Оливия Джоулз, или пылкое воображение

Оливия спустила ноги с кровати, села. Все тело ныло. Во рту было сухо и противно. Морщась, Оливия подошла к окну, раздвинула шторы... Перед ней расстилался хорошо ухоженный английский сельский парк: газоны, живая изгородь – настолько ровная, что, казалось, ее стригли маникюрными ножницами. Прямо под окнами выложенная медового цвета камнем терраса: ступеньки мха, по краям декорированные античными урнами на небольших постаментах, сбегали к лужайке, на которой можно было разглядеть воротца для игры в крокет. По краю лужайки рос орешник – деревья казались голыми и замерзшими. Дальше виднелись серо-зеленые холмы, стены из нетесанного камня и дымки, поднимавшиеся к февральскому небу из труб домиков, что сгрудились вокруг церковного шпиля.
Оливия обернулась и обвела взглядом комнату. Каким-то чудом ее оливковый чемодан и коричневая кожаная сумка были уже здесь – а в них лежали все вещи, которые она внесла в список, отданный профессору Уиджетту. Под дверь был просунут конверт. В нем она нашла план дома, телефонный номер, по которому надо позвонить, когда она будет готова к завтраку, и короткая записка: «Сразу после завтрака поднимайтесь в комнату Технического обеспечения».
 43 
  Конспиративное поместье МИ-6,  
  Котсволд  
Оливия прищурилась, глядя на монитор. Техник пролистывал на экране снимки, снятые цифровой камерой, купленной в «Шпионском мире».
– Что на этом? – спросил он.
– Э-э-э... – замялась Оливия. На фотографии был виден мускулистый негритянский торс и выразительно бугрящиеся спереди красные плавки.
– Перейдем к следующему? – стараясь, чтобы голос звучал как можно естественнее, поинтересовалась Оливия.
– Какой, однако, забавный кадр, – услышала она за спиной. Профессор Уиджетт, чуть прищурившись, рассматривал красные плавки.
– Я снимала с бедра, – пояснила Оливия. Объяснение почему-то прозвучало не очень убедительно.
– – Я заметил, – кивнул профессор. – А у этого Аполлона есть имя? Или только штрих-код? – все кадры были отмаркированы службами МИ-6.
– Уинстон.
– А-а. Уинстон...
– Ну что, идем дальше?
– Нет. А эти девицы, что плещутся с Феррамо в бассейне... Они сплошь актриски? Зачем они здесь? Ублажают его?
– Не знаю.
– Нет, не похоже... – он еще какое-то время смотрел на экран, потом вздохнул, словно вид ему прискучил и, склонив голову на бок, взглянул на Оливию. – Н-да. Вряд ли мы это узнаем. А чутье? Что вам подсказывает чутье? – он резко обернулся к ней, широко распахнув глаза, и прожег ее взглядом насквозь. – Что вам говорит внутренний голос?
– Думаю... Думаю, он отбирает их... И использует для каких-то своих целей.
– А они об этом догадываются? Знают, для чего их используют?
Оливия на мгновение задумалась:
– Нет.
– Вы уверены?
– Может быть, это как-то связано с Голливудом? – она еще раз глянула на фотографию с плавками. – Феррамо ненавидит Голливуд лютой ненавистью. А эти девицы – они ведь сшиваются в Голливуде... Мы будем смотреть следующую? – Оливия кивнула на монитор.
– Н-да. Будем, куда ж мы денемся. Давай следующую, Додд. Мой Бог... А это еще что?
У Оливии возникло такое чувство, будто она с размаху треснулась головой о стол. Блин! О чем она думала, когда снимала! На экране красовалось что-то вроде перевернутой вверх ногами буквы V из резины, с молниями по бокам. Над буквой V вздымался бронзовый от загара плоский живот. Накачанный пресс свидетельствовал, что его владелец занимается спортом всерьез.
– Ну... Еще один неудачный снимок, – пробормотала Оливия. Она, наконец, сообразила, кому именно принадлежит все это богатство... Мортон Си!
– Неудачный? Я бы так не сказал, – промурлыкал Уиджетт.
– Давайте следующий. Думаю, я смогу сказать, кто это.
Компьютерщик тяжело вздохнул, и на экране возник другой снимок. На нем опять был запечатлен Мортон Си, на этот раз со спины: в гидрокостюме, куртка расстегнута и спущена до талии – какой торс! Мортон Си оглядывается через плечо, поза чем-то неуловимо напоминает фотографии звезд эпохи 50-х.
 
– Весьма соблазнительно, – оценил Уиджетт.
– Ничего соблазнительного! – фыркнула Оливия, сердито сощурив глаза. Что? Над ней будут смеяться?! – Это тот парень, о котором я рассказывала. Ну, тот, что полез на меня с пушкой.«. Полное ничтожество.
Уголки рта Уиджетта слегка приподнялись. Он яено заинтересовался:
– А-а-а... Ничтожество, говоришь... Насколько я понял, он работал на Феррамо? Можешь сказать, в каком качестве? Сводник? Жиголо?
– Ну... Судя по всему, Феррамо нанял этого парня недавно. Ему был нужен кто-то вроде инструктора по дайвингу для его актрисок. Пьер Феррамо всем морочит голову, его не очень поймешь... Этот мужик, он косил под подводника. Лип ко всем с разговорами, что в баре, что на катере. Ну вроде того, что не прочь с любой...
Уиджетт резко наклонился к ней, поднял бровь и прошептал:
– У тебя с ним что-то было?
– Нет, конечно, – прошипела Оливия, раздраженно уткнувшись в экран. Обиднее всего было то, что на этой фотографии Мортон Си и впрямь выглядел чертовски привлекательно. Здесь у него было то лихое и вместе с тем сосредоточенное выражение лица, которое так понравилось ей, когда она впервые его увидела в Гондурасе.
– Жаль, жаль... Интересный мужчина...
– Пустышка он, вот кто! Готов перед всеми пресмыкаться. Хуже шлюхи...
В глубине комнаты послышалось покашливание. Из-за компьютерного стола в дальнем углу комнаты встал мужчина. Его фигура была Оливии хорошо знакома. Только вот одет он был совсем иначе: свободный темный костюм, галстук, правда узел расслаблен, а верхняя пуговица рубашки расстегнута... И волосы... Все так же вьются, но уже не травленные перекисью... Профессор Уиджетт сосредоточенно изучал свои ногти. Наконец он поднял свой взгляд:
– Хуже шлюхи, утверждает она, – Уиджетт кивнул на Оливию.
– Да, сэр, – кивнул Мортон Си.
– Колючая юная леди... Чем она уколола тебя в прошлый раз?
– Шляпной булавкой, сэр, – сухо ответил Мортон Си, подходя к загончику, в котором они сидели.
Уиджетт выпрямился и поднялся из-за стола:
– Мисс Джоулз, разрешите представить, Скотт Рич из ЦРУ, в прошлом – боевой пловец и, между прочим, – звезда Массачусетского технологического института, – Уиджетт говорил, растягивая все эти «сс» и «тс», словно Лоуренс Оливье на сцене. – Скотт будет направлять всю нашу операцию. Но замечу: кое в чем ты его опередила – тебе, а не ему, удалось подцепить объект на крючок.
– Добро пожаловать в команду, – произнес Скотт Рич, сопровождая свои слова несколько нервным кивком, адресованным Оливии.
– Добро пожаловать в команду! – взвилась Оливия. – Ничего себе, заявочки!
– Не понял?
– Нечего на меня так смотреть! Я что, неясно выразилась?!
– Не обращайте внимания, – обернулся Уиджетт к компьютерщику. – В момент узнавания это бывает...
Скотт недоуменно помотал головой.
– Хорошо! Тогда, может, ты скажешь, где ты был раньше?!
– Вел наблюдение за объектом, – ответил Мортон Си, он же Скотт Рич из ЦРУ.
– Да?! Так какого черта, если ты работал на ЦРУ, ты ничего об этом не сказал?
– Ну, знаешь... Могла бы догадаться...
– Я-то думала, ты работаешь на Феррамо...
– А я думал, что ты, – развел руками Скотт Рич.
– Ты думал, что я... Да как ты посмел?!
– Да минет меня чаша сия... – пробормотал Уиджетт, наклоняясь к компьютерщику. Тон, которым это было сказано, пристал какой-нибудь очень благовоспитанной девице, посещающей кружок вышивания. – А ведь минуту назад она утверждала, что он «хуже шлюхи»!
– В конце концов! Скажи я тебе, на кого я работаю, ты могла проболтаться об этом ему...
– Скажи ты мне, на кого ты работаешь, мы бы уже выяснили, что он затеял! Я бы могла там остаться!
– А вот тут я с ней абсолютно согласен! Ума не приложу, зачем Скотт ее оттуда отослал! – Уиджетт явно наслаждался ситуацией. – Кто его просил быть рыцарем, когда не надо! – реплика была адресована компьютерщику.