Отец подруги. Тайная связь (СИ)

— Она… она выглядела такой подавленной. У нас не получился диалог. Я просто не смогла ничего объяснить, я… — Сердце разгоняется до нереальной скорости за долю секунды. Таранит рёбра. Колотится так, что становится даже больно.
— Соня….
Не знаю почему этот момент. Почему именно когда он так произносит моё имя, но внутри что-то щёлкает. Сильной быть не получается. Всхлипнув, я больше не могу произнести ни слова. Слёзы ручьями катятся по щекам. Тело вздрагивает раз за разом. Я не понимаю. Ничего не понимаю. Что будет дальше? Что делать после? И есть ли хоть какая-то надежда на счастье?
Почему в эту секунду становится так обидно и страшно. Обидно, что меня все бросают. Сначала мама. После отец. Майя. А сейчас….он? Я ведь не смогу. Не переживу. Хочется схватить Михаила за руки. Попросить никогда не уходить. Но я не делаю. Что-то внутри не позволяет.
‍​‌‌​​‌‌‌​​‌​‌‌​‌​​​‌​‌‌‌​‌‌​​​‌‌​​‌‌​‌​‌​​​‌​‌‌‍— Малыш, тише.
Запах его парфюма вбивается в ноздри. Жар тела окутывает и согревает. Михаил совсем близко. Прижимает к себе. Я жадно вдыхаю его запах. Хочу, чтобы остался в памяти. Коленки подрагивают, кажется, что я вот-вот рухну вниз. И Михаил как будто чувствуя это, подхватывает меня на руки и несёт в комнату.
— Я… я ведь не хотела… Я так боялась… А сейчас… сейчас… — Из-за всхлипов говорить не получается. Я глотаю слова.
— Тсс, успокойся, всё хорошо.
Рука Михаила скользит по моим волосам. Гладит. Успокаивает.
Не знаю, сколько времени мы так сидит на моей кровати. Я на его коленях. Прижимаюсь и вдыхаю его запах. Я согласна даже оставить всё так. Только он и я. Здесь. Навсегда. Только вдвоём и никаких сложных разговоров.
— Она не простит… — Произношу тихонько.
— Ей нечего прощать, — голос Михаила спокойный. Он даже немного успокаивает, — она либо примет эти отношения, либо смирится.
Я даже вдохнуть боюсь. Мне кажется, что всё, что я только что услышала, галлюцинация. Мне послышалось или он правда это сказал?
— Вы поговорили?
— Разговор был, но Майя ещё на эмоциях. Не стоит ожидать, что в ближайшие дни она адекватно всё воспримет. Я знаю свою дочь и знаю, насколько эгоистичной она бывает. Нужно время.
Я тихонько выдыхаю. Я столько всего успела надумать, а он даже не думал меня оставлять. Даже…
— Что с твоим телефоном? Я звонил много раз.
— Он сломался, несколько раз упал на асфальт. — Отвечаю тихонько. Не двигаюсь, потому что не хочу, чтобы он меня отпускал. В его объятиях так тепло и хорошо.
— Я переживал, что что-то случилось.
— Я просто нервничала и выпустила его из рук, — голос хрипит от того, что я много плакала, — мне очень жаль, что она узнала вот так. Не от нас, а от неё…
— Разговор с Марго я даже вспоминать не хочу. Эта женщина мне не понравилась. Она плохая.
Михаил ничего не отвечает, лишь снова проходится пальцами по моим волосам. Я чувствую, как он напрягается. Это из-за моих слов про Марго? Хочу спросить говорил ли он с ней, но не решаюсь. Не хочу усугублять ситуацию. Закрываю глаза и глубоко вдыхаю его аромат. Вот так спокойней.
Он остаётся у меня. Никуда не уезжает. Не выпускает из своих объятий. И я разрешаю себе поверить, что будет хорошо. Обманчивая иллюзия или всё же…
  
Глава 39.
 
— Это тебе, — Михаил тянется назад, берёт какую-то коробочку с заднего сидения и протягивает её мне.
— Что это? — Непонимающе смотрю на мужчину, а после на коробочку.
— Телефон. Я чуть с ума не сошёл, когда не смог дозвониться.
Его слова отдаются теплом в груди. Он так за меня переживал, а я успела придумать столько глупостей, и сама загнала себя чуть ли не в депрессию.
— Спасибо, — губы сами раздвигаются в улыбке.
Машина Медведя стоит на парковке института. Я просила остановиться его чуть раньше, чтобы не провоцировать лишние разговоры и Майю. Но Медведь сказал, что больше никаких тайн. Игра в открытую.
— Всё хорошо? — Мужчина притягивает меня ближе, проводит большим пальцем по губам, слегка поглаживает, вызывая мурашки по всему телу.
 
— Я переживаю. — Честно признаюсь, не думаю, что Майя остыла за два дня. Вчера я отказалась идти в институт, и мы с Медведем весь день провели у меня дома. Сегодня я хотела поступить также, но Михаил не разрешил. Сказал, что нельзя отсиживаться и постоянно прятаться.
— Прекрати, всё будет хорошо. И запомни, ты не должна чувствовать себя виноватой. Вся ответственность целиком и полностью лежит на мне. Не разрешай угрызениям совести взять верх.
Я согласно киваю на его слова и закрываю глаза, когда Михаил меня целует.
Я не стала ему говорить, что не могу переложить вину полностью на него. Потому что нас в этих отношениях двое. И я молча приняла все его условия и даже не попыталась поспорить, хотя могла. Я просто думала в тот момент только о себе и о том, что так сильно хочу быть с ним. Я и сейчас хочу быть с ним больше всего на свете. И готова принимать последствия.
Я настраиваю себя быть сильной, даже успеваю поверить в то, что могу. Но всё летит к чертям, стоит мне только зайти в аудиторию. Тяжёлый взгляд Майи чувствую сразу, она буквально прибивает меня им к полу. Прожигает. Подруга сидит не на нашем привычном месте. Она сидит на два ряда выше. В компании девчонок, с которыми мы никогда не общались. Понимаю, что она сделала это, скорее всего, специально, чтобы меня задеть и показать, что умеет быстро находить друзей. Я же таким похвастаться не могу.
Иду на своё место, чувствую, как немного дрожат коленки. Естественно, не только я замечаю, что между нами с Майей пробежала чёрная кошка. Это замечает вся группа и начинает шептаться.
Я стараюсь писать лекцию, и не отвлекаться. Но когда слышу разговоры за спиной, это получается плохо.
— Конечно, он берёт деньги. За пятёрку возьмёт дороже, но вот с четвёрками проблем нет.
— Мне позарез нужна пятёрка, иначе отец прибьёт.
Эта фраза принадлежит Майе. Я понимаю, что они обсуждают. Знаю, что Яна и Марина не сдают предметы сами, они всегда платят. Именно из-за этого их чуть не отчислили на прошлой сессии, когда словили за руку. Чудом только спаслись, спихнув всё на преподавателя, которого в три шеи погнали из универа.
Внутри всё колотится от волнения. Майя решила закопать себя ещё глубже?
«Это её дело» — твердит внутренний голос, и я пытаюсь себя уговорить не лезть всю пару.
Но у меня ничего не выходит. Я досиживаю до последней пары и когда все собираются домой, всё же решаюсь подойти к Майе.
— Что-то хотела?! — Подруга очень резко произносит слова. Смотрит на меня так, будто готова сжать пальцы на моей шее. Но я переступаю через себя и желание послать всё к чёрту. Как бы ни было я за неё волнуюсь.
— Майя, я хотела сказать, что плохая идея предлагать деньги преподавателю. Ты ведь помнишь, что насчёт тебя поступили особые распоряжения…
— Что, отцу сдашь? И здесь поступишь как подлая сучка?
Щёки моментально вспыхивают. Хочется уйти, но я как будто чувствую за неё ответственность.
— Я понимаю, что ты злишься, но ты по-прежнему мне дорога. И, возможно, когда-то… ты сможешь принять. Но ты связалась с плохой компанией, и я волнуюсь, что…
— То, что ты трахаешься с моим отцом, ещё не даёт тебе повод меня поучать. Я никогда не приму это. Тем более, ты ненадолго. Отец не заводит серьёзных отношений. Пройдёт кризис среднего возраста, и ты вместе с ним сгинешь в топку. Ах, и да, по поводу компании. Хуже, чем твоя будет найти сложно. Я пообещала отцу не устраивать истерик, так что будь добра не подходи ко мне больше и не пытайся заговорить, а то обещание будет сдержать очень сложно.
* * *
Последняя пара заканчивается раньше, я больше не пытаюсь подойти к Майе. Понимаю, что она оттает ещё не скоро. Но внутри всё равно всё сжимается от разочарования и обиды. Она ведь очень близкая. Я так привыкла, что могу с ней поделиться, поговорить. Она мне очень дорога. Но понимаю, что нужно время. Ещё и не малое. Майя восприняла всё как предательство.