Я! Мне! Мое! (СИ)
Ладно, эта часть мне понятна. Еще одна с теми же проблемами, что и у Митяя. Хм, так у них тут это прямо проблема? Не хочу жениться, хочу гулять и веселиться?.. Во дела.
Правда, в отличии от Митрофана, Аня явно решила сыграть тоньше. Я подозревал, что всерьез отказываться от родительских денег эта точно не решится. И если прижмут, как следует, как миленькая замуж выйдет.
Но не прижимали. Любят, значит? Вероятно. Вот она на том и играла.
А тут запалилась со мной и решила вывести игру на новый и уровень. Ну, в целом похвально. На мой взгляд. Во всяком случае, получалось у нее куда лучше, чем у того же Митяя.
Но вопрос оставался открытым: а что дальше-то?
— Предположим, — кивнул я, отпустив ее кисть. Поискал глазами свою одежду и сполз с кровати. — Но дальше что? Об этом ты думала?
— А что дальше? — девушка, наконец, отыскала свой телефон и потыкала пальцем по экрану. — Ч-черт, разрядился… Блин. Ты о чем?
— О том, что будет, когда твои насчет даты свадьбы спрашивать начнут.
— Ты слишком усложняешь, — беззаботно махнула она рукой и тоже поднялась с кровати. Присела на корточки у тумбочки и вытащила из-под нее проводок зарядника, воткнула в телефон. — Ну, скажу, что мы не сошлись характерами и разошлись. Увяла любовь и все в таком духе. Мое сердце разбито, и теперь я вообще никак не готова к новым отношениям. Буду страдать… По моим прикидкам, это еще от пары месяцев до полугода мне выиграет. А там еще что-нибудь придумаю…
Вот как? Ну… я ничего не знал о ее родителях, конечно, но ведь могло и сработать. План, как план. Не без слабых мест, но и не совсем уж невероятный. Вполне могло и сложиться.
— А чего запаниковала тогда? И что это были за разговоры про «хочешь жить»? — я вытащил свои штаны из общей кучи и принялся одеваться.
Аня тоже подошла, вяло поворошила вещи и решительно направилась к шкафам у стены. Тоже одеваться стала.
— Да были варианты. Вот, например, если б ты надумал через окошко рвануть, все скорее всего куда хуже бы закончилось. У моего папки знаешь, какие рефлексы? Он как видит, что кто-то от него убегает, сразу каа-ак вдарит! А уже потом разбирается, пытались от него скрыться или на утреннюю пробежку вышли. Я, конечно, утрирую немножко, но в целом не так чтобы уж очень сильно… Мне идет?
Я повернулся к девушке, окинул взглядом. На ней была какая-то помесь спортивного костюмом и пижамы. Розовой пижамы. Смотрелось, безусловно, миленько. Но уж очень по-девчачьи. А уж если вспомнить ее вчерашний наряд, да и вообще… Ну, точно, актриса.
— Нормально, — кивнул я.
— Всего лишь нормально, — она недовольно поджала губы. — Да чего ты? Подумаешь, выпьешь с моими чаю — что тако-то? Я вот тоже не ожидала, что они так рано объявятся. Должны были еще несколько дней кататься. Не конец же света. И никто тебя под венец не потащит, расслабься уже. Я же сказала — мне все эти заморочки тоже не уперлись, вот.
Я и сам толком не понимал, что именно меня в этой ситуации напрягало. Но что-то такое было. Как предчувствие, что ли. Эдакое предвкушение грядущих проблем. Когда еще не знаешь, какой ногой, но уже чувствуешь характерный запашок, однозначно подсказывающий, что ты конкретно так вляпался.
— Ты права, — я вздохнул. В общем-то, и правда ничего ужасного не случилось. Почему бы не познакомиться с ее родителями? Хоть я и не собирался так далеко заходить, но чего и нет? — Пойдем, попьем чаю.
Мы спустились на первый этаж, где в числе прочего располагалось аж две столовых — одна для приемов, вторая чисто так, посидеть в семейном кругу. Это я еще вчера узнал, когда с домом — кхм — знакомился.
— О, а вот и вы! — довольно взмахнула руками анима мама. — Как раз вовремя. Леша… тебя же Леша зовут, верно? Ага, мы по пути в магазин заехали за выпечкой. Вот, угощайся.
Она придвинула мне вазочку с ватрушками. И налила чай в небольшую изящную чашечку.
— У нас обычно свежеиспеченная по утрам. Но в этот раз пришлось возвращаться чуть раньше ожидаемого, так что мы просто не успели предупредить слуг…
Я вежливо кивнул и улыбнулся. Все равно немного не в своей тарелке себя чувствовал. Напротив меня сидел хмурящийся отец, разглядывал меня. Аня уселась сбоку, весела схватила ватрушку и откусила. Довольно покивала и протянула одну мне. Пришлось взять и попробовать.
Неплохо…
— Ну, ничего, — продолжала хлопотать вокруг ее мама. — Вот в следующий раз приедешь, обязательно попробуешь нашей домашней выпечки…
Я слегка поперхнулся и закашлялся. В следующий раз? Вообще-то, я не был уверен, что он будет, этот следующий раз. Уж слишком это как-то все было…
Мне доводилось в жизни бывать на военных советах высших сущностей. Как света, так и тьмы. Доводилось принимать решения, которые наверняка приводили к многочисленным смертям и страданиям. В мирах смертных. Много чего всякого было.
Это никогда не было прямо целенаправленным действием. Не так, что ты указал пальцем на кого-то, и он помер. Нет. Насколько я знал, даже самые сильные и могущественные целестиалы, изверги или наблюдатели не могли прямо вот так распоряжаться чужими судьбами.
Однако, любые действия имели последствия. И чем масштабнее событие в сферах иномирья, тем сильнее это влияло на материальные миры. Может, где-то вдруг станет сильнее магический фон. И кто-то, почувствовав силу, решит развязать войну. Может, еще что. Как и говорил — последствия. По большей части, непредсказуемые. И никуда от них было не деться.
Я привык к этому, смирился. Но вот сейчас… прямо сейчас я ощущал себя совсем как нашкодивший подросток. Которого взрослые поймали на горячем, но стараются слишком сильно на это не давить. Чтобы, значит, не смущать.
И я ничего не мог с этим ощущением поделать.
— Мы же не познакомились, толком! Аня, ты рассказывала Леше про нас? Нет? — женщина осуждающе покачала головой. — Что, даже как зовут не сказала?.. Ох, дети-дети…
— Извини, мам. Просто как-то к слову не пришлось, — я почувствовал, как она меня ткнула легонько ногой под столом.
Я взглянул на девушку мельком. Чего хотела-то? Типа, не выпендривайся? Подыгрывай? Или что?..
— Леша, — тем временем продолжила она, не обращая на мои взгляды внимания. — Это мой папа, Поливанов Артем Иванович. А это мама — Надежда Илларионовна.
— Приятно познакомиться, — выдавил я из себя.
Поливанов, Поливанов… что-то такое крутилось в памяти, но я никак не мог вспомнить, почему эта фамилия вдруг показалась знакомой. Где я мог ее слышать? Причем это было не такое воспоминание, как на меня накатывало иногда. А именно вот буквально недавно где-то мелькало…
— Ну, вот и славно. Вот и хорошо. Давайте, кушайте-кушайте, — Надежда Илларионовна села рядом с супругом и подлила себе чаю.
Вопреки моим ожиданиям, Артем Иванович не проронил и слова. Сидел, глазел. Злился, похоже. Или по крайней мере сердился. Уж точно довольным он не выглядел. Но молчал.
Видимо, пока мы с Аней собирались, инструктировали не только меня одного. Как сидеть и что говорить.
Хм, а не в маму ли девушка пошла?.. М?.. Это… Хм. Надо бы к Надежде присмотреться. Если я прав, то эта добродушная домохозяйка тоже далеко не так проста. Совсем.
В общем, чаепитие прошло даже неплохо. Меня особо не допрашивали, чай с булочками был очень даже неплох, да и вообще — утро хорошее. Вероятно, я и в самом деле зря так себя накрутил.
Ну, подумаешь, выдуманная помолвка. Обещать, еще не значит, жениться! Прорвемся. Будем считать, что это я Ане одолжение сделал. Выручил, так сказать, из сложной ситуации. Прикрыл. Мне ничего не стоило, а ей приятно. Ну, не хочет девочка замуж.
После завтрака я распрощался с родителями девушки, и мы вдвоем с ней вышли на крыльцо.
— Ладно, ты молодец, — похлопала она меня по плечу. — Вполне терпимо все прошло.
— Думаешь? — я усмехнулся.
— Да-да… сколько там времени?.. — она достала из кармана телефон. — Восемь⁈ Всего восемь утра?.. Черт, то-то я не выспалась нифига. Не могли они попозже приехать?..