В ритм с твоим сердцем (СИ)

— Если честно, я ещё не решила. Возможно, я не прилечу, — ответила она, а сердце вновь предательски заколотилось.
— Как это не прилетишь? Но Ребекка сказала, что ты обязательно будешь. Это одна из основных причин, почему я тоже приеду, не в обиду твоей тёте, — рассмеялась она.
— Не знаю, у меня много работы. Последнее время я работаю без выходных и уж тем более без отпуска.
— Милая, надеюсь это никак не связано с моим сыном?
— Миссис Форд, простите, но я бы не хотела поднимать эту тему.
— Хорошо, я понимаю. В любом случае я тебе обязательно ещё позвоню. Я вылетаю во вторник, а в среду уже буду у вас. Ребекка пригласила меня пораньше, чтобы мы могли провести побольше времени вместе. Брэндон тоже прилетит. Ты знаешь об этом?
— Знаю.
— Я надеюсь, ты не из-за этого не хочешь лететь?
— Миссис Форд, у меня правда много работы. Я подумаю, как мне будет удобней прилететь. Возможно, я прилечу в пятницу, а в субботу вечером улечу обратно.
— Хорошо, милая. Как скажешь. Была безумно рада тебя услышать, — с искренней теплотой в голосе сказала она, — до встречи.
Отключив вызов, Мишель прислонилась лбом к холодной стене. Ситуация настолько из ряда вон выходящая, что хотелось и выть, и на стену лезть одновременно. Как иронично, что раньше, когда она искала встречи со своим возлюбленным, судьба не сводила их вместе, но зато теперь, когда они разошлись, вот тебе, пожалуйста, едь домой и почти неделю проведи вместе с ним.
Доехав до квартиры в полной тишине, Мишель поднялась к себе и устало скинула с себя верхнюю одежду. Умывшись, она подошла к столику, где хранила косметику и украшения.
Пока хореограф доставала крем, она случайно толкнула коробку с ювелирными изделиями, от чего та полетела на пол, и всё содержимое высыпалось.
Глубоко вдохнув, а затем выдохнув, девушка начала собирать украшения, но стоило её взгляду упасть на небольшие металлические жетоны, а затем на кольцо, которое как назло валялось рядом, она отбросила шкатулку и села на пол.
Подняв кольцо, она начала крутить его в руках и рассматривать. Подумать только, одна вещь, а сколько воспоминаний. И самое грустное, что казалось бы все эти воспоминания должны были быть самыми счастливыми в её жизни, а на деле стали одними из самых болезненных.
Глядя на одну из самых дорогих для неё вещей, она думала и по-прежнему колебалась с решением о поездке домой. Две чаши на весах, которые постоянно тянули друг на друга. Одна из них говорила о том, что семья важнее принципов, что нужно наплевать на работу, на Брэндона, просто поехать и провести время с близкими. Другая чаша говорила о том, что как только она встретится с ним, весь её хрупкий мир, от которого он и так оставил после себя руины, окончательно рухнет, так и не отстроившись до конца. Стоит только голубым глазам проникнуть в её душу, как она самолично возьмёт нож и воткнёт его в своё изнывающее сердце.
Время шло, правильное решение на ум так и не приходило. Тогда девушка решила, что пока оставит всё как есть. Билеты бронировать она не стала, на случай, если не сможет уйти с работы. Хотя она сама понимала, насколько это смешно звучит. Неужели директор собственной академии не сможет выделить себе несколько выходных?
И тем не менее она не решалась. Просто сидела и прокручивала все воспоминания, глядя лишь на одно кольцо.
Первые два дня из недели пролетели для хореографа незаметно. Всё шло по обыденному сценарию: утром душ и кофе, днём и вечером тренировки, ночью сон. Но только даже в этот, казалось бы, распланированный график, умудрялись влезать мысли о предстоящей поездке.
Наступила среда. Мишель точно знала, что как раз сейчас Кэтрин Форд ехала из аэропорта в дом её семьи. А уже через несколько часов и сам мистер Форд окажется там же. Как бы гадко и горько это не звучало, но, к сожалению, это реальность, которая происходила прямо сейчас, в эту самую проклятую минуту.
Зарывшись в расписание, Мишель долго продумывала, как перенести группы, чтобы не потерять много занятий, ведь одна из команд сейчас под руководством Мишель готовилась к конкурсу. Девушка не хотела подставлять ребят, но тем не менее прекрасно понимала, что не может обидеть тётю тем, что не приедет. Ведь если она выберет тренировки с командой, которую готовила, получается, что она будет не лучше Брэндона, который в своё время выбрал вместо семьи работу.
 
— Мисс Адамс, — просунулась в дверь кабинета голова помощницы Мишель. — Как вы и просили, я распределила оставшиеся группы между остальными хореографами.
— Хорошо, Лесли. Где у нас ещё остались пробелы?
— Нигде. Всё вполне хорошо состыковалось с расписанием других. Вам не о чем переживать.
— Ты уверена? Может быть мне нужно остаться и провести какую-нибудь тренировку?
— Мишель, давай начистоту, — девушка зашла в кабинет и закрыла за собой дверь. — Ты ищешь повод для того, чтобы не ехать домой. Ты же сама прекрасно понимаешь, что я всё сделала и всё проконтролировала. Каждое твоё занятие я добавила кому-то в расписание. Хватит искать поводы. Просто поезжай домой.
На самом деле Лесли прекрасно знала всю ситуацию «от» и «до». Несмотря на то, что познакомились девушки тогда, когда Мишель только открыла академию, они хорошо сдружились. На работе они строго придерживались субординации, но по факту несколько раз хорошенько отжигали в барах.
— Хорошо. Спасибо, — не отрывая взгляда от помощницы, сказала Мишель.
Переодевшись в спортивную форму, хореограф пошла готовиться к трём предстоящим тренировкам. За это время Мишель по-прежнему ни разу не проверила, есть ли билеты домой. Настолько она оттягивала этот момент. Да только дальше тянуть было некуда.
Проведя все занятия, хоть и нехотя, девушка взялась за телефон и нерешительно начала смотреть билеты. Кто бы сомневался, что билеты будут. Почему на великую случайность не могли раскупить все до понедельника? Тогда было бы проще: не пришлось бы ни семью Форд видеть, ни извиняться перед тётей за то, что не смогла прилететь раньше, ведь виной тому были бы выкупленные билеты.
Прикинув список дел на завтра, а именно посещение салона красоты, магазинов, покупка подарков, Мишель решила, что вылетать домой она будет в четверг ночью. Получается, завтра нужно сделать как можно больше дел, чтобы со спокойной душой улететь.
С этими мыслями хореограф окинула последний раз взглядом студию, закрыла её и поехала домой. Сегодня, как ни странно, она наконец-то смогла нормально поспать.
Сан-Франциско. Дом Мишель.
— Ну наконец-то, — недовольно проговорила Кэтрин, когда Ребекка открыла дверь её сыну. — Я уже думала ты и сюда не прилетишь.
— Мама, я ещё даже не успел переступить порог дома, а ты меня уже отчитываешь, — улыбнулся Форд. — Здравствуй, Ребекка, это тебе, — сказал он и протянул ей роскошный букет цветов.
— Ах ты, негодник, иди сюда, дай хоть обниму тебя. Мы скучали по тебе, — тихонько прошептала последнюю фразу женщина.
— Брэндон! — прокричала Молли и ринулась к парню с объятиями. — Наконец-то ты приехал! Как же я рада тебя видеть!
— Я тоже рад тебя видеть, мышонок. Ничего себе, как ты подросла. Когда я видел тебя последний раз?
— Года два назад, — сказала девочка, но улыбаться не перестала.
— Держи, это тебе, — протянул блондин маленькую аккуратную коробочку Молли. — Открой её, когда никого не будет рядом.
— Проходи уже давай, блудный ребёнок, — наконец-то смягчилась Кэтрин и обняла сына.
К приезду Брэндона был накрыт большой стол. Что бы не натворил этот блондинистый засранец, как в последнее время называла его Бекка, женщина всё равно безумно любила его, поэтому постаралась сделать приём как можно теплее, особенно понимая, что Мишель уж явно не будет любезничать с парнем.
 
— Ребекка, каждое блюдо как всегда на высоте, — улыбнулся он, отпивая из бокала вино.
— Это я помогала ей готовить, — влезла Молли. — Рада, что тебе нравится.