В ритм с твоим сердцем (СИ)

— Брэндон, я не смогу прилететь на этих выходных, сам понимаешь, академия только открылась, и на меня навалилась просто куча дел. Я закажу себе билеты на следующие выходные, и проведём их вместе.
— Мишель, на следующих у меня дела, — проговорил парень. — Мне нужно лететь в Европу.
— Полетели вместе? — с надеждой спросила она.
— Мишель, у меня не будет времени, чтобы гулять по городу. Я буду весь в работе, — устало проговорил парень.
— И когда мы сможем увидеться? — после небольшой паузы, тихо спросила хореограф.
— Не знаю. Прости, мне пора.
Как бы сильно эта пара не пыталась, но сохранять отношения на расстоянии оказалось всё сложнее и сложнее. Мишель отчаянно боролась, хваталась за каждую возможность, за каждую ниточку, ведущую к любимому, но этого было мало. Под лежачий камень вода не течёт, а в её случае, лежачим камнем был именно он.
Брэндон зарылся в работу, перестал прилетать, звонки от него поступали всё реже, а сообщений и вовсе не было. Конечно, Мишель понимала, что сейчас просто тяжелый период, но они обязательно со всем справятся. Должны ведь справиться. Правда?
Вылезая из ванной, Мишель забрала полностью пустой бокал, и, замотавшись в полотенце, пошла прямиком на кухню, чтобы подлить себе алкоголь.
Как заворожённая, она наблюдала за тем, как из бутылки вытекало вино, выходя уже за границы фужера. Тихо выругавшись, она механически взяла тряпку и протерла мокрую столешницу. Все ее движения напоминали робота. Ни капли души, ни единого чувства, кроме адской боли.
Расположившись на удобном кресле прямо перед панорамным окном, она снова погрузилась в воспоминания. Последние воспоминания. И самые болезненные.
***flashbackГод назад
Весь день плохое предчувствие мешало хореографу сконцентрироваться. У Мишель буквально всё валилось из рук. Вот уже месяц они не созванивались с Брэндоном, а на все её попытки ему позвонить, телефон парня не отвечал. Собираясь уже прилететь лично к нему, Мишель почти заказала билеты, как перед глазами вылезли очередные светские новости.
«Один из самых красивых и богатых холостяков Америки — Брэндон Форд, был замечен на благотворительном вечере со своей спутницей. Кто это таинственная незнакомка, пока никто не знает. Ясно лишь одно: их точно что-то связывает…»
На какое-то мгновение Мишель показалось, что она потеряла способность дышать, а звуки, которые были вокруг неё, резко пропали. Как будто бы её поместили в вакуум, и она не могла из него выбраться.
Продолжая всматриваться в картинки, которые мелькали на экране телевизора, она схватилась за кольцо, которое до сих пор хранилось на её безымянном пальце.
Тяжело сглотнув, девушка старалась сделать погромче, чтобы понять, может быть ей всё это казалось. Может она просто везде слышала его имя, а на экране он ей просто мерещился? А может быть это был лишь дурной сон? Но на экране и правда был тот самый мужчина, которого она безумно любила всем сердцем, и который прямо на этом снимке крепко держал под руку другую.
Не теряя надежды разобраться в ситуации, Мишель схватила телефон и в очередной раз набрала Брэндона. Спустя несколько томительных гудков, телефон, наконец-то подняли. Да только вот это был не он, а какая-то девушка.
— Добрый день, мне необходимо поговорить с Брэндоном, — кое-как выдавила она из себя.
— Он занят, — отрезал женский голос.
Потеряв связь с реальностью, Мишель отключила вызов и бросила телефон в стену, стараясь хоть как-то унять дрожь во всём теле. Руки перестали её слушаться, а сердце вырывалось наружу, больно пробивая грудную клетку изнутри.
Лишь спустя пару часов она взяла себя в руки и включила телефон, который к счастью ещё работал, хоть и был разбит. На него сразу же поступило несколько оповещений о пропущенных вызовах, а спустя минуту кто-то начал названивать Мишель.
Готовясь к худшему, она ответила на вызов и была полностью права. Это звонил он.
— Я знаю, как это может выглядеть со стороны, но всё не так, как ты могла уже себе накрутить.
 
— Я с большим удовольствием послушаю твою версию, пока какая-то деваха не выхватила твой телефон и не стала говорить вместо тебя.
— Мишель, эта девушка — мой личный секретарь. Это она сопровождала меня на благотворительный вечер, не более. Ты же знаешь, жёлтая пресса всегда всё перекрутит и выставит в нужном им положении.
— Почему ты не звонил мне месяц? Я названивала каждый божий день! Неужели ты не видел ни одного звонка и не додумался перезвонить? Или же для того, чтобы ты соизволил оторваться от дел и набрал мой номер, мне в очередной раз нужно увидеть тебя в телевизоре с другой? — сорвалась на крик девушка.
— Мишель, у меня много работы. Я правда не успеваю со всем разобраться.
— Я вылетаю к тебе ближайшим рейсом, — сказала она.
— Мишель, я сейчас в Лос-Анджелесе.
— Ты издеваешься? Это что, шутка такая? Ты не ставишь меня в известность о том, где ты находишься. Ты не удосужился позвонить мне ни разу. Ты стал холоден по отношению ко мне. Я стараюсь сохранить отношения, стараюсь изо всех сил. Но я не могу делать это одна.
— Мишель, я всё понимаю. Но сейчас у меня нет времени на отношения.
Эти слова стали финальной точкой для хореографа. Они глубоко резанули по сердцу, и она чувствовала, как падала в пропасть, из которой ей, кажется, больше не выбраться.
— Нет времени на отношения? — повторила шёпотом она. — Знаешь, я думаю ты прав. Эти отношения изначально были обречены на неудачу. Надеюсь, у тебя всё в жизни сложится. Прощай, Брэндон, — на этих словах девушка положила трубку и сквозь слёзы заблокировала такой родной, но теперь чужой абонент.
Продолжая смотреть в окно, за которым стеной лил дождь, Мишель аккуратно дотронулась до безымянного пальца, на котором раньше красовалась кольцо от любимого. Сейчас на этом месте не было ничего. Пустота. Как и в её сердце.
Вот уже как год Мишель замкнулась в себе. Она перестала выбираться лишний раз из дома, закидывая себя работой даже на выходных. Хореограф набрала дополнительные группы, занятия с которыми начинались с раннего утра и продолжались до позднего вечера.
Мишель не праздновала за этот год ни один праздник. И даже несмотря на то, что Крис отчаянно пытался вытянуть её из затянувшейся депрессия, она закрылась и не поддавалась.
Парень несколько раз приезжал к ней, и это было лучшим, что происходило в её жизни за последнее время, потому что даже на эти несчастные несколько дней Кристиан был рядом, развлекая её и стараясь вытащить её со дна под названием «Брэндон Форд».
Кристиан был зол на друга, потому что был уверен в том, что никогда в жизни Брэндон не позволит работе занять всё место в сердце, но, как это бывает, людям свойственно ошибаться. Несколько раз он пытался связаться с Фордом, но так как последний был очень занят, дальше девушки-секретаря Кристиан ни с кем не разговаривал.
В конце концов Мишель попросила его оставить эту затею. А ещё попросила не стараться её вытягивать из этого болота, если парень сам не хотел в нём увязнуть. И сколько бы Мишель не отталкивала от себя Криса, он единственный всегда был рядом и поддерживал её.
Несколько раз Мишель пыталась связаться с Кэтрин, но та лишь выслушивала бывшую почти невестку и говорила, что к этому изначально всё шло. Кэтрин уверяла девушку, что ей безумно жаль, что я они с её сыном разошлись, но повлиять на него она никак не могла, так как тот не объявлялся даже дома, а после расставания так вообще чуть ли не ночевал на работе.
 
Вот так вот Мишель и продолжала сидеть в своем кресле, празднуя то, что сегодня ровно год, как они разошлись. Вот такой вот праздник, жаль только, невесёлый.
Допив бутылку вина, девушка убрала вымытый фужер на положенное место и двинулась в сторону спальни. Укутавшись в тёплое одеяло, которое они купили вместе с Брэндоном, утверждая, что это их первая совместная покупка в будущее семейное гнёздышко, она крепко зажмурилась, стараясь не поддаваться вырывающимся наружу слезам вместе с болезненными криками, разрывающими её душу.