Наследники Двоеземья (СИ)
Подойдя к двери из толстых досок, обитых металлическими полосками, я постучал в неё изогнутым дверным молотком. Пару минут было тихо, и я уже собирался постучать повторно, но тут изнутри послышались глухие шаги, а затем скрип отодвигаемого засова.
Дверь распахнулась, явив всё так же растрёпанного Банадина, одетого в кожаный фартук поверх запачканного балахона. Одной рукой он держался за дверь, а в другой сжимал длинную колбу со светящейся жёлтой жидкостью.
— Анриаль! — воскликнул он, сделав ошибку в моём имени. — Заходи!
Пройдя внутрь, я осмотрелся. Комната имела вытянутую форму: с правой стороны место у стен занимали стеллажи с некими предметами и сосудами, а с другой возвышался деревянный шкаф со множеством ящичков, от которого пахло травами. Посередине помещения громоздился широкий прилавок, на котором лежала раскрытая книга, принадлежности для письма и множество прочих вещей.
Заперев за мной дверь, Банадин обогнул прилавок и направился к проходу, ведущему куда-то в соседние помещения. Уже около него он спохватился, и, обернувшись, позвал меня за собой:
— Ой! Пошли, пошли! Ты извини, я как раз эссенцию приготовляю, отвлекаюсь. Так ты нашёл свой арбалет-то?
— Нашёл. — подтвердил я. — На том же месте, где и думал.
— Это хорошо. — обрадовался алхимик. — А то сейчас, знаешь, многие на улицы выходить начнут. Смотреть, что можно подобрать из полезного — от некоторых демонов различные части остаются, а у нас такое в цене.
— Знаю, уже видел. Ходят.
— О! Ты уже с кем-то встречался?!
Соседняя комната оказалась небольшой лабораторией — справа от входа стояло несколько узких стеллажей, за которыми скрывалась стойка с алхимическими аппаратами, справа темнели двери в другие комнаты, а прямо у противоположной стены размещался рабочий стол. На столе стояло множество колб и реторт, в креплениях на штативах покоились исследовательские амулеты.
— Тебя не останавливали? — повернувшись ко мне, Банадин обеспокоенно сощурился.
— Так. — усмехнувшись, я взял алхимика за плечо и кивнул на его стол. — Давай обо всём по порядку, ладно? Ты занимайся своими делами, а я пока расскажу, что и как. Хорошо?
— Хорошо. — сразу же согласился алхимик. Подойдя к столу, он подвинул табурет, уселся на него и принялся добавлять в свою колбу какие-то порошки, после чего перелил её содержимое в округлую ёмкость. — Так. Сейчас посмотрим… Ты меня быстро нашёл? Не блуждал?
— Быстро. — ответил я. — Вывеска у тебя действительно интересная, остальные попроще. Ты её для привлечения внимания придумал?
— А? — Банадин на мгновение обернулся. — Нет, нет. Тут напротив другая лавка была, "Целебные снадобья" называлась. Ну мы с её владельцем и соревновались немного, кто себя более заметным сделает.
— Ну и как? Кто победил?
— Никто. — пожал плечами алхимик. — Его какая-то нечисть утащила, где-то у Темнолесья, когда он с охотниками за ингредиентами пошёл. И зачем только сам потащился, не понимаю. А лавка потом закрылась.
— Вот оно что. — протянул я. — А что за ингредиенты ему были нужны? Из чего такого он делал свои снадобья?
— О, да я разве ж так отвечу? — рассмеявшись, Банадин тряхнул лохматой головой и посмотрел на меня. — Ему и кровь чью-то там приносили, и травы. Яд Белозубки, опять же… Она его, кстати, в итоге и схватила. Кажется.
— Яд и кровь местных демонов, значит? — наблюдая за работой алхимика, я посматривал на стеллажи, разбираясь в нагромождениях коробочек, мешочков, пучков листьев и непрозрачных бутылочек. — Это что, действительно может лечить?
— А отчего ж нет? — удивился алхимик. — И может, и лечит. Приготовлять только надо по-правильному — это да. А в остальном это совершенно нормально. Что сразу не убивает… — отлив немного жидкости из пузатой колбы в низкую чашу, алхимик поставил её на горелку. — То нас потом и вылечивает. Так-то вот.
— А ты сам, Банадин? — спросил я. — "Едкие элексиры" — это зачем?
— Для охоты. — обернувшись ко мне, Банадин поморгал и принялся перечислять. — Для растворения и обработки, для древесных паразитов, для выведения тварей, для противников всяческих. Да мало ли, что ещё!
Вскочив с табурета, он наклонился и поднял с пола рядом со столом широкую плоскую плитку, выполненную, судя по виду, из какого-то минерала. Положив её на стол, он принялся вставлять в невидимые отверстия металлические штырьки и я заметил, что поверхность плитки густо покрыта канавками и бороздками, а также разрисована различными символами. Да-а, Леоратте бы здесь определённо понравилось! У меня самого нет ни времени, ни желания разбираться в премудростях алхимии, а вот она бы наблюдениями не ограничилась точно.
— И потом, я ж не только яды и разъедатели создаю. — продолжал говорить Банадин. — У алхимии много полезных направлений.
Сняв со штативов один из своих исследовательских амулетов, он положил его в центр плитки. Рядом вылил несколько капель из чаши над горелкой, а в бороздку, идущую вдоль края, налил той светящейся жёлтой жидкости. Сейчас она, впрочем, приобрела более густой цвет и приятно переливалась.
— Вот так. — сказал алхимик. Штырьки, ввинченные в плитку, образовали круг и он поместил в него толстую линзу из чего-то, похожего на стекло. Взяв в руки небольшую палочку, он быстрым движением открутил её кончик и помахал ей из стороны в сторону, отчего вокруг закружились тонкие пряди светлого дыма. Любопытно…
Расположив палочку над линзой и амулетом, Банадин повернул её дымящимся концом вниз и сделал быстрое витиеватое движение, отчего в воздухе появился некий дымный символ. Коротко вспыхнув, он исчез, а над поверхностью плитки засияло множество мелких значков и рун. Регистрационные камни, вделанные в амулет, замерцали, а в толще линзы появилось несколько надписей.
"Любопытный метод визуализации. — подумал я. — Топорный и слишком долгий, но в выдумке местным, опять же, не откажешь."
Разглядывая надписи в линзе, Банадин помрачнел.
— Не запомнил он ничего. — пожаловался он. — Представляешь? Вообще никаких данных, как будто он после первого же срабатывания отключился!
— А он точно работал?
— Ну да! Может, мне его настроили неверно? А-а… — махнув рукой, Банадин рухнул на табурет и с недовольством посмотрел на линзу над плиткой. — Пропади оно всё! Всё равно что-нибудь придумаю!
— Такое упорство достойно лучшего применения. — улыбнулся я. — Отдай их магам, которые на них чары накладывали — пусть разбираются, что с ними не так.
— Так и сделаю. — поднявшись, алхимик снял линзу с креплений и взял амулет в руки. — Загляну сегодня, после обеда… Хотя лучше уже завтра. Кстати!
Обернувшись ко мне, он всплеснул руками, не выпуская зажатых в пальцах предметов, и поинтересовался:
— Анриаль, а в чём тебе помощь-то была нужна? А то, может, захочешь в Гильдию Магов заглянуть? Ну, если я помочь не смогу?
Рассеянный энтузиазм Банадина меня забавлял. Этот растрёпанный человек чем-то неуловимо напоминал мне Анниша — он столь же эмоционально говорил о том, что его интересовало и точно так же забывал обо всём, стоило ему хоть немного отвлечься.
— Загляну, Банадин, обязательно. Я уже общался с одним из их Мастеров, неким Лофонетом.
— Лофонетом? — Банадин так удивился, что едва не выронил собранные со стола вещи. — Это такой бородатый старикан с длинным посохом и самомнением?
Услышав описание Лофонета, я рассмеялся:
— А что, похож! Добавь сюда пару учеников и действительно получится тот, с кем я разговаривал.
— Это ж один из Старейшин Совета Гильдии! — воскликнул Банадин. — А ты, Анриаль, зря времени не теряешь! И когда только успел?
— Я Анриель, Банадин. — поправил я алхимика и поднял ладонь, увидев, что он собирается что-то сказать. — Не извиняйся, это мелочь. А с магом я случайно столкнулся, на той самой площади, где остался мой арбалет.
— Ах, вот оно что! Значит, он всё-таки выбрался из своей берлоги! Что же он там делал?