Тропа ауберианского траппера (СИ)

— Но ваш звездолёт давно не покидал орбиту. Он ещё способен летать меж звёзд?
— Ещё как способен! — Крински вдруг ощутил прилив гордости: чудеса Орли меркли по сравнению с «Протеем».
Грог Хахи молчал с полминуты, затем спросил:
— Где вы построили звездолёт? Я знаю, что не в Иднише.
Как следовало отвечать? В инструкциях к этой миссии предписывалось разъяснять, что хуманы — не эбрайлы, а пришельцы, но оговаривалось: исходить из контекста, ситуации.
— Да, не в Иднише, Грог. И вообще не на Аубере. Его построили несколько веков назад возле далёкой звезды Солнце.
Грог медленно повернул голову к человеку, некоторое время всматривался в его лицо, будто сканировал.
— Я слышал, что эбрайлы живут не только в системе Эу. В незапамятные времена мы приблизились к Порядку как никогда. Многие тысячи звёзд заселили, брали энергию из космоса, всё было нам по плечу. Закон торжествовал, Великий Замысел почти воплотился: жизнь была легка и интересна и всегда хватало путей, которыми стоит идти. Но Хаос не пассивен, и он нанёс сокрушительный удар. Мы не знаем, как именно всё происходило — быстро или медленно, интенсивно и ярко или исподволь, незаметно. Но движение к Порядку остановилось. Хаос проник в душу каждого. Распалась связь между звёздами, разрушился великий Свод Миров.
Эдвард внутренне подобрался: в этой тираде его гида пахло открытием. Конечно, имелись косвенные признаки того, что Аубера — не родная планета эбрайлов. Взять хотя бы тот факт, что вне Идниша — весьма ограниченного по площади пространства — следы развитой цивилизации практически не встречались. Некоторые ученые на основе этих выводов строили смелые гипотезы о чрезвычайной развитости найденной расы в далёком прошлом. Более того, мы, дескать, наткнулись на самую окраину бывшей звёздной империи. Нечего и говорить, что убедительно подтвердить или опровергнуть эту гипотезу не представлялось возможным. Эбрайлы, с которыми удавалось установить диалог, не могли сказать ничего внушающего доверия, а каких-либо архивов на Планете никто не нашёл. Да и не особо искали.
— Значит, хуманы пришли из Свода Миров? — прервал ход мысли георазведчика Грог Хахи.
— Что? Нет, мы… Хуманы не из Свода Миров, мы вообще не эбрайлы. Хуманы, то есть люди — другая раса, другой вид.
— Хорошо, — согласился макматуба. — Ты волен верить в то прошлое, какое тебе близко по духу.
— Верить? Да нет же, это факт!.. — попытался протестовать Эдвард.
— Настоящее важнее прошлого, — мягко перебил Грог. — Лучше поговорим о вашем производстве. Знаешь ли ты, что и где у вас производится?
Эдвард знал в общих чертах. А так как запрета на поверхностный рассказ в инструкции не было, он, опять же не без гордости, стал перечислять. На Планете добывались в основном чистые химические элементы (как металлы, так и неметаллы), а также вода, чернозем, совместимый с биосферой «Протея», минералы. Велись опыты с выращиванием в естественной среде различных сельхоз-культур, а также отбирались местные экземпляры фауны и делались попытки их прижить в корабельных оранжереях. В последние годы на Планету перенесли некоторые этапы производства техники, необходимой здесь. Крински умолчал, конечно, почему власти Корабля не развернули на Планете полноценные заводы машин и оружия, хотя это безусловно облегчило бы их поставку на базы. Зачем Макматуба знать о трениях между Капитаном и Колонизаторами?
— Это сильная индустрия, — одобрил Грог Хахи. — Сколько же у вас поселений?
Был ли этот вопрос вполне безобидным или являлся прелюдией к попытке прощупать обороноспособность конкурирующего клана? Крински решил обождать с ответом.
— А у вас сколько?
— Орли-ма — крупнейший город Макматуба. Есть несколько городов поменьше и множество небольших поселений, поставляющих нам сырьё, — важно проговорил Грог, уходя от прямого ответа, и добавил без видимой связи: — Завтра мы пойдем к Глашатаю Закона Ксэцуба-ма. Он управляет Сектором, — эбрайл поднялся с места, легко покачался как богомол на своих членистых ногах. — Что ж. Поедем обратно. Ты устал и должен восстановиться, а ещё подумать.
 
Крински действительно ощущал утомление к концу такого насыщенного новой информацией дня. Однако по дороге к дому он все-таки выспросил о Глашатае Закона и вообще управлении городом. Грог Хахи охотно ответил, даже похвалив любознательность хумана.
Орли делился на Сектора, отсечённые от пригородов стеной. Каждым Сектором управлял свой глава, отвечающий за поддержку и обновление его инфраструктуры, а также за постройку и снос прилегающих районов. Кроме того, Глашатай решал, кого из кандидатов принять в клан, а кого и при необходимости изгнать. Он же имел связь с главой города и от него получал некие указания. Главы городов, в свою очередь, объединялись в Совет Клана. Этот орган взаимодействовал напрямую с Исатарой, у клановиков рангом пониже такой привилегии не было.
Это было для Эдварда поразительно: четкий отлаженный менеджмент эбрайлов, существ, которые, казалось, сами были порождением Хаоса.
Также Грог Хахи пояснил и свою должность: как понял Крински, он являлся помощником Ксэцуба, что-то среднее между советником и адьютантом.
Он проводил Эдварда до гостевых апартаментов и удалился, предложив ему напоследок хорошо отдохнуть тем же вежливым тоном, каким до этого звал на экскурсию.
Оставшись один, Крински первым делом лег на мешок-кровать и минут двадцать просто лежал, наслаждаясь удобством, и даже не пытаясь утихомирить скачущие мысли. Затем достал наладонник. Просмотрев расшифровки аудиозаписей разговоров с макматуба, георазведчик несколько раз обвел слова «Свод Миров», отправил в поиск по научной базе. Конечно, не нашлось ничего внятного — короткое описание мифа, как побочного материала в одном исследовании, да упоминание в Дневниках Дове Лукка. Причём Лукк воспринимал эту тему исключительно как элемент фольклора, впрочем, он никогда и не задавался целью определять долю правды в эбрайлских сказаниях.
Ладно, насчет других миров с эбрайлами дело обождет. В первую очередь следует помнить о миссии — наладить контакт с Макматуба, определить вероятность заключения с ними некого договора. И в этом плане встреча с Глашатаем Закона Ксэцуба весьма кстати.
Утром Эдвард проснулся свежим, отдохнувшим. Давненько ему не приходилось спать в таких комфортных условиях. Мягкость ложа, температура, насыщенность воздуха кислородом — всё подстроилось под него, образовав идеальную спальню. В открывшейся в стене нише обнаружился душ, из пола услужливо выехал столик с завтраком в виде трех разных салатов, очень вкусных и при этом бодрящих.
Грог Хахи появился точно в условленное время. Многие эбрайлы в знак уважения и для лучшего взаимопонимания Изменяют ипостась, становясь похожими на партнера по общению, но Грог этого не сделал. Это и понятно, ведь он клановик, находящийся дома.
Хахи привёз Эдварда к подножию небоскреба, вершина которого терялась в легких облачках. Окна у здания располагались по какому-то неочевидному правилу. Сразу за входом открылось фойе, заполненное макматуба. Одни разговаривали, другие работали с какими-то терминалами вдоль стен, третьи рассматривали таблицы на стендах. Давки не было, казалось, что никто никому не мешает.
— У макматуба всегда много дел, — пояснил Грог не без гордости, когда они вошли в лифт в конце фойе. — Каждый строит или мастерит, сколько может, потому что это ему нужно, без этого он не может жить.
Выйдя из лифта, Грог подвел разведчика к двери, рядом с которой прохаживался то ли стражник, то ли секретарь, а может быть, и то и другое. Грог коротко переговорил с ним, после чего дверь открылась будто сама собой.
Небольшая комната без мебели, с гигантским окном вместо одной из стен. В центре потолка — механическое крепление, с которого… свисает существо. Оно похоже на мешок, покрытый не то шерстью, не то длинными чешуями. Из мешка торчат несколько членистых конечностей: две почти касаются пола, ещё две держатся за поручни на потолке, и еще пара скрещена на… груди?