Буря (СИ)
Глава 21
Спустя полтора часа Киаран переступил порог приличного ювелирного магазина. Заметив покупателя в комбинезоне рядового военнослужащего, консультант-третиец брезгливо покосился на Киарана, явно не оценив по достоинству его финансовый потенциал.
— Здравствуйте! — Киаран подошел к стенду с проекциями свадебных браслетов и начал бегло изучать голографические копии товара.
— Ищете что-то конкретное? — консультант подошел к нему.
— Интересует пара браслетов верности для обетов намерений.
— Поздравляю, — консультант натянуто улыбнулся. — У нас широкий ассортимент по приемлемым ценам.
— Я вижу, — согласился Киаран, застряв взглядом на одной из цифр. — За эти деньги можно подержанный двухместный корабль купить.
— Сюржетан для ценителей, — тяжело вздохнул консультант. — Но у нас есть более доступные по цене образцы, — он указал рукой на другой стенд.
— С радостью на них взгляну, — не скрывал воодушевления Киаран.
Консультант отвел его в сторону и показал на голомониторе совсем убогие образцы из дешевых элементов, которые явно не стоили тех денег, которые за них просили.
Киаран тяжело вздохнул. Он знал цену вещам. А еще он знал, что не скатится до покупки какого-то говна за большие деньги только ради того, чтобы уязвить самолюбие Аудроне.
— А трикламиновые браслеты у вас есть? — спросил он приунывшего консультанта.
— Трикламиновые? — не без удивления повторил тот.
— Неужели нет? — усмехнулся Киаран.
— Конечно есть, — консультант склонил голову и указал рукой на другой стенд. — Изделия из трикламина представлены там.
Киаран подошел к стенду и увидел их. Пара браслетов, выполненных в виде двух змей с золотистой чешуей. Только один из них был черным и более тонким, а другой — белым и более широким. Крупные ярко-зеленые глаза белой змеи глядели на Киарана довольно снисходительно. А вот не менее крупные ярко-синие глаза черной змеи холодно бросали вызов его электронному кошельку.
Киаран тяжело вздохнул.
— Сюржетан — прекрасный элемент, — начал «выруливать» из щекотливой ситуации консультант.
— Но сюржетан — не трикламин, я прав? — Киаран покосился на него.
— Трикламин вечен, — развел руками консультант. — Ему не страшны ни плазма, ни время.
— Мне нужны эти змеи, — Киаран указал на пару браслетов.
Консультант откашлялся.
— Нужно знать размеры. Это — штучные экземпляры. Возможно, что…
— Что-то мне подсказывает, что они как раз тех размеров, что мне нужны! — захохотал Киаран, чем привел консультанта в ужас.
Правда, спустя десять минут консультант предложил отвезти Киарана с покупкой по любому адресу на машине, которую предоставляет магазин, но Киаран от этого предложения отказался. Зная пройдох в таком месте, как станция «Оникс», Киаран вовсе не был уверен, что машина магазина не завезет его в какую-нибудь подворотню, чтобы убить и вернуть браслеты обратно.
Сумма накоплений на счету Киарана значительно уменьшилась, а баланс стремительно понесся вниз. И это только браслеты. Только БРАСЛЕТЫ! А в какую сумму ему встанет покупка брачных рун и сама церемония? И все ради чего? Развода через три года?
Сработал заушник.
— Киаран, это я.
— Как прошло, Вильям? — он сел в такси и назвал адрес.
— Нормально. Без сюрпризов.
Голос Вильяма показался каким-то сдавленным.
— С тобой точно все в порядке? — на всякий случай уточнил Киаран.
— Да, все хорошо.
— Так что конкретно интересовало твоего бывшего?
— Спит Аудроне с тобой или вы придуриваетесь.
Киаран нахмурился.
— Придуриваемся?
— Я ответил, то не сомневаюсь в том, что у вас роман.
— Понятно, — Киаран задумался. — На корабле поговорим.
— Да не о чем говорить, — отнекивался Вильям. — Я все уже сказал.
— Поговорим на корабле, Вильям.
— У меня увольнительная. И сейчас я пойду в бордель, а потом поеду в клуб. А когда протрезвею, мы поговорим, и я перескажу тебе все то, что сказал сейчас. Все, пока.
— Вильям…
— Бордель и клуб, Киаран. До встречи! — Вильям отключил вызов.
Видно, «свидание» с бывшим, который поставил крест на военной карьере Вильяма, допекло его. Но Киарану разговор все равно показался странным. Сдавленный голос Вильяма и его явное нежелание говорить с Киараном тет-а-тет подсказывали, что встреча прошла не совсем так, как Вилли пытался преподнести.
Киаран расслабился в кресле и смотрел на проносящиеся мимо неоновые вывески с рекламой. Странно лететь в воздухе в пластиковой кабине, где нет ни штурвала, ни пилота. Только четыре удобных кресла из мягкого пластика и тонированные с обеих сторон стекла. От такого уровня комфорта Киаран успел отвыкнуть. За полгода без увольнительных можно вообще забыть, что такое мирная жизнь. Что такое воздушное такси, неоновая реклама и бордель. Н-да… Киаран хотел секса. Но не со шлюхой из борделя, а с Аудроне. И признаваться в этом самому себе было неприятно. Потому что он прожил без секса с ней всего два дня, а уже заскучал. Всего два дня, а мысли его уже бродили около воспоминаний о том, чем они с Аудроне занимались в его каюте. Запала в ней столько, что слезть с нее очень трудно. Да и не хочется слезать! Он как юнец, который дорвался до первых впечатлений и теперь желал узнать как можно больше в серии практических занятий. Будь все проклято! Ему следует вернуться на корабль, выпить, успокоиться и зайти за Аудроне в ее каюту в семь вечера. Все просто и ничего сложного.
Киаран тяжело вздохнул. «Проще некуда», — пробурчал он себе под нос и скривился.
* * *Тартас прочел сообщение, которое ему прислал «один из своих» сотрудников в отделе внутреннего контроля, и свернул голограмму. Стоило обновить татуировки, пока Аудроне не передумала менять планы на день. Тартас нашел адрес ближайшего салона татуировок и поехал туда.
Всю дорогу он пытался не думать о том, что написал его осведомитель. Пока мастер размещал трафареты на его лице и наносил «фотофиксаж», Тартас даже не поморщился от боли. Больнее ему было внутри. От провала такого «достоверного» прогноза Аудроне. И от того, что Ренард Ворх просил лично донести информацию о результатах их с Вильямом встречи до ушей Тартаса. Когда мастер закончил свою экзекуцию, Тартас быстро расплатился и вернулся на корабль.
Он заглянул к Аудроне. Удостоверился, что она не собирается никуда идти, и показал ей обновленные татуировки.
— Что случилось? — тут же забеспокоилась Аудроне, заметив, что с ним что-то не так.
— Все хорошо, отдыхай. Если мы не идем вечером на пьянку со всеми, можем пойти на пьянку только вдвоем.
Аудроне тут же пощелкала пальцами и как-то странно улыбнулась.
— Я подумаю. Дашь мне пару часов?
— Конечно, — ответил он и быстро ушел.
Беспокоиться о том, что Аудроне сбежит куда-нибудь без него, у Тартаса уже не было сил. Если захочет пойти куда-до одна, ни Тартас, ни здравый смысл ее не остановят.
Он открыл дверь своей каюты и не без удивления обнаружил внутри Вильяма, сидящего на его кровати.
— Сам уйдешь или выставить? — с напускным безразличием поинтересовался Тартас.
— Он специально привел меня в бордель в их явочную комнату. И специально попросил растрезвонить всем о том, как весело мы с ним провели время.
— Мне наплевать, где и с кем ты проводишь время, Вильям, — Тартас вошел и указал рукой на дверь. — Если хочешь поделиться какой-нибудь информацией, я с радостью тебя выслушаю. А если ты пришел сюда… — Тартас задумался, — кстати, а зачем ты сюда пришел? Оправдываться? Тебе не нужно передо мной оправдываться. Ты мне никто. Да и я тебе тоже.
— Сам не знаю, почему я здесь, — признался Вильям и опустил глаза в пол. — Хотел сначала в бордель пойти, а потом понял, что от проституток воротит.
— Поэтому явился ко мне? — Тартас едва не расхохотался. — Потому что тебя от проституток стало воротить?!
Вильям поднял на него глаза и внезапно улыбнулся. Не злобно, не фальшиво, и даже не натянуто. Он улыбнулся по-доброму, с неким сожалением и каплей ностальгии, с грустью и обреченностью во взгляде. Так улыбаются тем, с кем прощаются, тем, кого больше, возможно, никогда не увидят.