Буря (СИ)

— Почему Лала Ли поселилась на отдаленной базе, а не осталась на Луите? — спросил Киаран.
— Потому что жить в этом бреду устала, — ответила Аудроне. — Я ведь знала, что она умрет… Я ведь ее просила… — на глазах Аудроне снова проступили слезы. — Я просила…
Киаран обнял ее и прижался подбородком к затылку.
— Тебе придется отпустить Лала-Ли, — произнес он, поглаживая ее по спине. — Не сейчас. Чуть позже. Но придется.
— Не волнуйся, я не впаду в депрессию и не стану выискивать маму в других реальностях, где она может быть все еще жива. Разницу между тем, что для меня настоящее, а что нет, я очень хорошо знаю.
— От синдрома трансгрессира не застрахован ни один трансгрессир, — напомнил Киаран.
— Ну, тогда если заметишь, что с головой у меня что-то не так, бей тревогу.
Киаран отстранился и наклонился вперед, заглядывая в ее лицо:
— Я до сих пор не уверен, что у тебя с головой все в порядке.
Аудроне улыбнулась сквозь слезы, застилающие взор.
— Скажи это себе, мальчик, играющий с волнами.
— Принимается, — подмигнул ей Киаран и засмеялся.
Аудроне смотрела на его смеющееся лицо и думала о том, что очень хочет его сейчас поцеловать. Но если попытается, может испортить такой волнующий момент, ведь он вправе отстраниться и исчезнуть в мареве сновидения. А вероятности в собственном сознании она просчитать не в состоянии. Так живут обычные люди, те, кто не способен заглянуть в сумеречную зону и найти подсказки. Это пугает, если честно, ведь когда ты привык многое знать наперед, неизвестность становится более устрашающей.
— Пора спать, девушка, которая сметает все на своем пути, чтобы добиться цели, — Киаран коснулся пальцами ее щеки и погладил ее.
Аудроне закрыла глаза, невольно прижимаясь щекой к его руке. Ощутить бы сейчас прикосновения его горячих губ к своим губам. Она задержала дыхание, в надежде, что загаданное желание исполнится. Секунда, две, три. Желание не исполнялось. Так часто в жизни бывает. Не все, чего мы хотим, можно добиться. Но если и не стремиться к исполнению своих желаний, то тоже будешь не у дел.
— Пожалуйста… не мог бы ты меня поцеловать? — произнесла она, но Киаран ей не ответил.
Аудроне открыла глаза и поняла, что находится в своей каюте и настойчиво прижимается щекой к собственной ладони. Не все наши желания могут исполняться. Особенно, когда они напрямую связаны с другими людьми, чьи действия от нас не зависят.
* * *
Киаран сел и выругался про себя. Он хотел ее поцеловать. Хотел поцеловать ее, когда она прижималась к нему всем телом, ища банальной поддержки, в которой иногда каждый может нуждаться. Он хотел поцеловать ее в момент, когда она была уязвимой. «Слабая и беззащитная женщина произвела на тебя самое сильное впечатление», — вспомнил он слова Аудроне и покинул ее разум, так и не решившись воспользоваться ее слабостью и поцеловать губы, о которых он слишком много думает в последние сутки.
Ее идея о том, как имитировать начало служебного романа, не попадаясь на камеры, действительно должна сработать. Но Киаран внезапно понял, что в этом плане его кое-что не устраивает. Его не устраивает отсутствие секса. И в то время, как его эта мысль тяготит, Аудроне наоборот, радуется отсутствию необходимости спать с ним.
Он как будто перестал привлекать ее как мужчина, и превратился в друга-гея, с которым можно поговорить, о чем угодно, не боясь, что тот внезапно начнет приставать. Киаран в «друга» превращаться не хотел, но пока что именно по этому пути он и следовал. Седьмые сутки знакомства с Аудроне Мэль подходят к концу, а он уже ловит себя на мысли о том, что мечтает затащить ее в койку. И не скажешь ей прямо: «Дорогая, я мужчина, и если мне нельзя спать с другими женщинами, потому что я, вроде как, влюблен в тебя, почему бы тебе не удовлетворить мои потребности?» Но скажи он это ей, она бы улыбнулась, наверное, и начала раздеваться. Только ее улыбка была бы не искренней, а сам акт больше бы походил на насилие над женщиной, у которой нет выбора. Киаран насильником становиться не хотел. Поэтому его не радовала перспектива дружбы с Аудроне. Ведь если бы он привлекал ее как мужчина, она бы продолжила пытаться его соблазнить. И он бы поддался на ее уловки, изображая из себя жертву его коварства.
 
Жертва… Жертва не фантазирует о женщине в своих снах и не подносит ее трусики к носу. Киаран прижал ладони к лицу, стыдясь собственных мыслей и поступков.
Сработал сигнал экстренного оповещения, и Киаран вздрогнул. Красные маячки загорелись на стенах, указывая направление следования.
— Внимание! Опасность столкновения с неопознанным объектом в гиперпространстве!
— Какого… — произнес Киаран и провел рукой по иллюминатору, уменьшая процент затемнения смотрового окна.
Снаружи были видны лишь растянутые ленты разноцветных потоков света, которые слепили своей яркостью уставшие глаза Киарана.
— Внимание! Опасность столкновения с неопознанным объектом в гиперпространстве! — повторяла система оповещения Анвайзера.
На связь вышла Жасмин, которая сегодня дежурила в командном блоке.
— Капитан, похоже кто-то пристроился прямо над нами и пытается состыковаться.
— В гиперпространстве? — не поверил собственным ушам Киаран.
— Я о таких маневрах только слышала. И то, считала их байками.
Киаран перешел на общий канал связи с экипажем.
— Всем внимание! Говорит капитан Рурк. Регистрируется попытка незаконного проникновения на судно в гиперпространстве. Всему экипажу прибыть на капитанский мостик для получения дальнейших инструкций.
* * *
Аудроне пощелкала пальцами и, лишний раз убедившись, что в гиперпространстве ее способности к трансгрессии абсолютно бесполезны, начала быстро одеваться.
Выбежала из каюты и понеслась в рубку. По дороге встретила помятого Вильяма и не менее помятых Око и Шори.
— Мэль, что происходит? — Шори, как самый высокий и спортивный среди них быстро всех обгонял.
— Не знаю! В гиперпространстве я других реальностей не вижу!
— То есть как?! — возмущенно произнесла Око, на бегу оборачиваясь к ней.
— А вот так! — буркнула Аудроне и поспешила нагнать остальных.
Они скрылись за очередным поворотом, и Аудроне поняла, что благодаря своей выдающейся физической форме прибудет на мостик как всегда последней!
Так и случилось. Когда она оказалась там, Киаран и остальные уже вели активные дебаты по поводу того, что им делать.
— Я попытался посмотреть на него через иллюминаторы, — говорил Дон, — но в них ничего не видно, кроме долбаного света.
— Я за выход из гиперпространства, — поднял руку Шори.
— Слишком большой риск, — покачал головой Киаран. — Мы скорее утянем за собой этот объект и столкнемся с ним при выходе.
— Да нас разорвет при столкновении на таких скоростях! — воскликнула Око. — Нельзя выходить из гиперпространства!
— А ты что скажешь? — Дон повернулся к Аудроне.
— Я ничего не вижу, — ответила она. — Гиперпространство — это недоступная для меня область. Поэтому я и не предсказала такой вариант развития событий.
— А я думала, что ты всесильна, — безрадостно поделилась мнением Жасмин.
— Нет, как видишь, — Аудроне подошла к затемненному смотровому окну, полукругом окружающему рубку. — Если объект следует на одной скорости вместе с нами и пытается состыковаться, значит, это корабль.
— Спасибо, что пояснила! — воскликнула Око.
— Не за что, — спокойно ответила Аудроне. — На связь мы с ними выйти не можем, потому что система внешней связи в гиперпространстве не работает. Просканировать тоже не можем из-за помех, создаваемых сверхполем. А нам нужно определить, что это за корабль, — задумалась она, глядя на приглушенные блики света за темным смотровым окном.
— Надо стыковаться, — подытожила Жасмин. — Они, похоже, нас в покое не оставят до тех пор, пока наши генераторы сверхполя не сдохнут. А как питание закончится, мы вылетим из гиперпространства вместе с ними. И, скорее всего, столкнемся.