Ревизор: возвращение в СССР 18 (СИ)

— А-аа… Я, кажется, знаю! — воскликнул Костян Брагин, который внезапно появился около нас, подошел незаметно с лестницы и услышал часть нашего разговора. — Это не тот ли негр, что я у тебя дома видел?
— Негр? — поразился Денис.
— Тот, — кивнул я и, взглянув на Кукояку, предупредил, — сильно не удивляйся, когда его увидишь. Это наш негр, он в Москве родился. У русской матери.
— Ну, понятно, — хохотнул Брагин, — фамилия же Баранов.
— Что мне ему сказать? — перебил его Кукояка, у которого руки уже дрожали от надежды вернуть свои деньги.
— Ну, скажи: я Денис Кукояка, потерпевший по делу о краже денег в ресторане «Арбат», мне Ивлев сказал, вам позвонить.
— Понял, понял! — обрадовался Денис и хотел уже бежать вниз к телефонным автоматам, но по лестнице поднялся преподаватель и остановился у двери, глядя на всех студентов в холле с намеком, мол, заходите, пора начинать занятия. Пришлось нам всем, поздоровавшись с ним, идти на лекцию. Ох, как терзался Кукояка, получивший надежду вернуть потерянное, уж очень ему хотелось немедленно бежать к телефону!
Во время следующего перерыва пошли звонить с Кукоякой вместе. Он позвонил Васе. А я Ионову. Узнал, куда мне ехать и с какой темой на лекцию. И попросил Константина Сергеевича ставить меня на лекции только один день в неделю, пусть это будет четверг.
— Работы в Верховном Совете что-то прибавилось, — объяснил я. — Боюсь учёбу запустить.
— Конечно, Паш, — тут же согласился Ионов. — Я и раньше-то удивлялся, когда ты всё успеваешь? А что с выездным днём? Как в том году, помнишь, ездили по Подмосковью раз в месяц.
— Ну, давайте, попробуем, — задумчиво ответил я. Денег-то, вроде, и так уже хватает, но там подарки, дефицит. — Если не буду справляться, я же всегда смогу отказаться?
— Конечно, — с готовностью согласился Константин Сергеевич и попрощался.
Повесив трубку, увидел перед собой сияющего Дениса. Он аж припрыгивал на месте.
— Велел зайти к нему сегодня после четырёх часов, — радостно сообщил он.
— Что, уже и деньги отдаст? — догадался я по реакции Кукояки. — Оперативно работает, молодец.
— Даже не верится!
— Ну, удачи тебе! — искренне пожелал я ему, а сам подумал, авось все сложится. Насторожило меня, что Вася сказал не прямо сейчас подойти, а после четырёх, может, вся комбинация ещё только завязывается, мало ли, что может пойти не так. Хотя, может, он, просто, на совещании каком-нибудь будет до четырёх.
В столовке с нами за столом опять как-то оказалась Регина. Болтала без умолку, не давала сосредоточиться. А подумать было о чем. У меня сегодня в три часа знакомство с Захаровым. Перед этим позвонить в Клайпеду. А после горкома на лекцию…
— Куда пойти посоветуешь? — теребила меня за руку Регина.
— Что? Не понял. Куда пойти? — отвлёкся я от своих мыслей.
— Ты меня не слушал? — с удивлением надула губки девушка. — Мне посоветовали выбрать общественную нагрузку, мол, преподы это любят, легче учиться будет. Вот, я и спрашиваю, куда пойти?
— Куда пойти? — оглядел я наших и наткнулся на несколько ироничных взглядов. Что происходит? — У нас с вами не будет больше возможности работать в Комсомольском прожекторе. Так?
— Я и забыл уже про него! — хлопнул себя по лбу Лёха. — Два-три раза в неделю в Комитет по миру, в остальные дни подработка на заводах. Тут не до Прожектора, учёбу не завалить бы.
— Вот и я о том же, — показал я указательным пальцем вверх. — У нас там остаётся только Света Костенко и Маша Шадрина. Так что, всё в твоих руках, — сделал я приглашающий жест Регине. — А нам с вами, парни, по-хорошему, надо подойти к Самедову и «уволиться» из Прожектора. Чтоб он обиду на нас не затаил, если мы позже его перед фактом поставим.
— Правильно, — поддержал меня Витя Макаров. — Давайте, сразу и Регину к нему приведём, чтобы ему не так обидно было.
— Нет, — ответил я. — Сперва, давайте, её с Машей познакомим. Она же, теперь по старшинству будет Прожектор возглавлять. Маша с Самедовым сначала переговорит, пусть он утвердит её кандидатуру на старшего в команде. А потом уже по рядовым членам можно начинать разговор вести. А то, может, у Самедова свои кандидаты уже есть.
 
— Пошли прямо сейчас все вместе к Самедову, — попросил Лёха. — А то что-то я волнуюсь. Действительно, скажет потом, а что сразу не пришли, не предупредили?
— Так мы ещё проверку не прошли для работы в Верховном Совете, — напомнил ему Булатов. — Что бежать впереди паровоза?
— Да причём тут проверка? — отмахнулся Лёха. — От Прожектора, в любом случае, отказываться надо. Я жениться хочу! — с вызовом посмотрел он на старосту. — Я лучше после занятий на стройку поеду, денег заработаю, чем буду по чужим заводам бесплатно бродить в составе Прожектора.
— А мне-то что делать? — воскликнула недоумённо Регина.
— Ничего, пока. Ждать, — ответил я. — Я тоже не могу разорваться… Ираклий, может ты в Прожектор пойдёшь?
— На мне обязанности комсорга, — с сомнением посмотрел он на меня. — Два-три раза в неделю Комитет по миру. И мне тоже деньги нужны. Я рассчитывал подрабатывать по вечерам со всеми на стройке.
— Понятно, — откинулся я на стуле, задумавшись. — Кого же нам ещё рекомендовать вместо себя, если Самедов спросит?
Взгляд упал на Булатова.
— На меня не смотри, — воскликнул он. — С меня обязанностей старосты хватит и всего остального. Не надо мне вашего Прожектора.
— Может, Семёну Давыдову предложить? — посмотрел я на парней.
— Можно, — с энтузиазмом кивнул Лёха. — И ещё кого-то надо.
— Ладно, пошли к Самедову, — кивнул я Лехе и Вите, вставая. — Делим тут шкуру неубитого медведя. А, то, может, он уже и так нас заменил, ни одного рейда в конце прошлого года не было.
— А я? — подскочила Регинка.
— Ждать, — повторил я.
— До чего же бестолковая девчонка, — сказал я парням, когда мы уже отошли от неё подальше. — Бедная Маша, как она с ней работать будет…
— Она не бестолковая, — ехидно взглянул на меня Ираклий. — По-моему, она влюблённая.
— По-моему тоже, — расхохотался Булатов и похлопал меня по плечу.
— Не понял. А я тут причём? — остановился я и оглядел друзей.
По сочувствующему взгляду Брагина понял, что чего-то не заметил.
— И что я пропустил? — настороженно спросил я и парни дружно покатились со смеху.
— Она перед ним и так, и этак, — сквозь смех выдавил Ираклий.
— Кто? Регина? Передо мной? Да ладно… Вам показалось.
— Глаза разуй, дружище! — немного успокоившись, посоветовал Булатов и пошёл на занятия. Костя Брагин, улыбаясь, беспомощно развёл руками и пошёл за старостой. Ираклий поспешил за ними, продолжая прикалываться.
— Ладно, пошли к Самедову, — недоумённо пожал я плечами и направился в нужную сторону. Леха и Витя пошли за мной.
Женившись, я автоматически перевел всех остальных девчонок вокруг себя, помимо Галии, в разряд товарищей. Ну, не готов я изменять своей жене ни в этой, ни в прошлой жизни… Неужто Регина и в самом деле меня клеит? А на кой она мне сдалась?
Самедов принял нас почти сразу. Говорил я. Типа, мы все втроём устраиваемся в Комитет по миру, в Прожекторе нам очень нравилось, но не судьба.
— Жаль, а я, Ивлев, планировал тебя старшим с этого года сделать, — реально расстроился Фархатыч. — И кто будет у меня теперь Комсомольский прожектор возглавлять…
— Маша Шадрина, — как о само собой разумеющемся ответил я. — И люди будут. Первый курс, вон, уже на пятки наступает.
— Кто именно? — откинулся в кресле Самедов и с любопытством посмотрел на меня.
— Регина… Узнаю фамилию.
— И всё?
Тут у меня мелькнула в голове мысль, но… Интересно, как к ней отнесётся университетское начальство?
— Рашид Фархадович, в качестве идеи: а что, если в Комсомольский прожектор включить иностранного студента из дружественной страны? Из ГДР?
— Ну а почему нет? — серьёзно посмотрел он на меня. — Он же в МГУ учится?
— Да, у нас на факультете. Мартин Нойлер.