Ревизор: возвращение в СССР 18 (СИ)

— Кстати, сынок! — вспомнила мама. — Мы вещи привезём детские, что Саньке малы. Вам как раз пригодятся.
Решил, что на выходные тоже поеду в деревню, с мамой повидаюсь и проверю, как там старики справляются.
Жара и дым распугали спортсменов в секции самбо, остались только самые стойкие.
Сатчан после разминки утянул меня подальше на парные упражнения.
— Ну, что? У нас всё получилось, — победно улыбаясь, проговорил он. — Бортко уже ездил на Старую площадь знакомиться. Все прошло гладко. Нам передали из горкома, чтобы мы заходили на их предприятия, осмотрелись там свежим взглядом и дали свои предложения. Надо обсудить твоё участие, в каком виде, в каком объёме, долю и так далее. Ну, и вообще, как ты видишь себя в общей структуре?
— Мне надо подумать, — ответил я. — Дай мне день-два.
— Конечно, — кивнул он и остаток тренировки мы просто «выбивали друг из друга пыль и вытряхивали песок» как шутил старший тренер, вернувшийся из отпуска.
А я всё думал над предложением Сатчана. Человек из ЦК, горком партии, комсомол… Непотопляемая комбинация. И не важно, что до развала СССР ещё девятнадцать лет. С одной стороны, до этого времени ещё надо дожить. А с другой, время летит слишком быстро. Мне ли не знать…
Возвращался домой один. Миша устроился в общежитие. Перед этим убедил его открыть вклад в сберкассе.
— Во-первых, — говорил я ему, — деньги не украдут. А во-вторых, не наделаешь спонтанных покупок. Это надо будет сначала выбрать время доехать до сберкассы, снять деньги, а потом только купить, что так приспичило. Уже голова включиться и успеешь подумать, а так ли оно тебе надо.
Поглощённый своими мыслями, свернул в свой двор и заметил Лину, вышедшую из соседнего подъезда и прошмыгнувшую в наш. Не сразу сообразил, но к кому она во второй подъезд ходила? К Грише, что ли? Только этого не хватало. Неужто он совсем оголодал без женского внимания, что опять готов с Линой хороводы водить? Не хочется в это верить. Тем более, Родька же уже дома… Ничего не понимаю…
Сел писать лекцию для КГБ, но больше отгонял навязчивые мысли то о том, как там Галия, то о предложении Сатчана, то о шашнях Гриши с Линой.
С утра в субботу поспешил в гараж и оттуда поехал сразу в деревню. Алироевых ещё не было. Бабушка, Никифоровна и Трофим ждали гостей. Спросил, чем им помочь? Предложил картошку выкопать, всё равно, воды нет, ботва уже вся посохла, она уже не растёт. Трофим затылок почесал и согласился со мной. До обеда мы с ним вдвоём ковырялись. А после обеда к нам Пётр присоединился. Урожай был не шибко хороший, что не очень удивительно.
Ахмад с дороги отдыхать лёг. Мама и Аришка соскучились и до конца дня не расставались. Вещей детских переложили мне сразу в машину целый узел. Саньке уже четвёртый месяц, вес хорошо набирает, крупный пацан, из всего вырастает моментом.
Вечером рассказывали Алироевым и Петру про Палангу. Бабушкам очень понравилось, так рады сейчас, что дали себя уговорить на поездку. Порадовался вместе с ними, что настоял на этом.
Малая не знала, к кому ей на руки залезть, по всем соскучилась и по бабушке Поле с дедом Ахмадом, и по отцу. В конце концов, заставила всех их сесть на диван, легла к бабушке на колени, ручки вытянула к Ахмаду, а ножки на отца положила.
Утром в воскресенье, часов в одиннадцать, проводили Алироевых с Аришкой в Святославль. Несколько часов поработал над лекцией для КГБ. Самому стало интересно, а можно ли что-то сделать превентивно, чтобы СССР при Горбачеве так быстро не развалился? Записывал все мысли, что приходили в голову, в квартире уже систематизирую. И сложно, что не экономика, в разы медленнее работаю, но и понимаю важность этой темы, поэтому черт с ним, что медленно…
К обеду и мы с Петром поехали. По дороге поинтересовался, как у них с Инной дела? Зять признался, что устал за этот отпуск и с радостью возвращается на работу. Инна вся в ребёнке, Санька ручной, она его таскает всё время на руках, спина болит.
— Представляешь, исхудала! Стала тоньше, чем в девках была, — с удивлением жаловался зять. — Взяться не за что.
 
Бедный, ты бедный, — с иронией подумал я. — Жена похудела, горе-то какое!
— Ну, семья — это не просто, — ответил ему я. — Главное, помни, что всегда так не будет. Дети растут очень быстро. В четыре года это уже осмысленный человек, с ним можно поговорить и договориться. И отцу нужно уделять сыну много внимания. А жене сейчас тоже очень нелегко. Помогай ей, как можешь. Со временем нагрузка уменьшится, выспится, и наберёт вес, не сомневайся. Ну и еще учти, что обычная жалоба молодых отцов совсем другая — что жена не худеет после родов. Так что…
  
Глава 14
 
Москва.
Пётр доехал со мной до самого гаража и поспешил на электричку, пока я машину загонял. Узел с детским добром нёс до дома на плече, смешно, наверное, смотрелось со стороны, но наплевать. Нужно перевалить за полсотни, чтобы понять, насколько неважны те страхи и тревоги, что обуревали тебя в молодом возрасте. Можно ли надеть куртку, если из-под нее выбивается пиджак? Хорошо ли подходят туфли по цвету к этому костюму? Да подавляющему числу людей вокруг тебя на это плевать…
Так что тащу узел, и плевать, кто и что подумает. Главное, что надо с собой в Клайпеду часть взять, на выписку жены с ребёнком из роддома. А что там сейчас надо?
Вернувшись домой, постучал к соседям. Открыл Иван.
— Слушай, у меня тут вещи детские, — показал я на мешок размером с большую наволочку. Выглянула Ксюша. — Мне бы проконсультироваться, что везти с собой в Прибалтику, когда надо будет жену с ребёнком из роддома забирать…
И Ксюша и Ирина Леонидовна тут же зашли ко мне и потащили узел в большую комнату разбирать.
— Сейчас они всё сделают, — успокоил Иван меня, а я подумал, чтобы я, вообще, делал, если бы мама не побеспокоилась о детских вещах⁈ Это же тебе не двадцатые годы следующего столетия. Тут же всё доставать надо. Что-то мы уже прикупили, конечно, заранее… О, кстати, надо женщинам и эти покупки показать!
Только успел им принести стопку детских вещичек, купленных нами по тому талону, что дали в Верховном Совете, как раздался звонок и мне пришлось отвлечься от рассуждений о детской одежде для грудничков.
Звонил Межуев. Сам. Домой… Завтра у него доклад в Политбюро. Неужели я накосячил, расписывая ночью последнюю партию записок по новинкам?
— Павел, хотел бы тебя видеть, — заявил он вдруг после короткого приветствия. — Сможешь подъехать ко мне завтра на Старую площадь?
— Да, конечно, после занятий сразу к вам, — пообещал я. Он попрощался вполне удовлетворённый и положил трубку.
И что это было? Зачем я ему понадобился? Вроде, судя по голосу, ругать за доклад не собирается… Так, а не может быть это приглашение связано с объединением двух группировок? Возможно такое? Вполне. Он же вписался тогда за мебельную фабрику. Мало ли, он скрытый член группировки горкома. Там же есть Стельмухов из ЦК…
Чем дальше в лес, тем больше дров…
Но если спокойно взвесить все за и против, то предложение войти полноценным членом во вновь созданную группировку партийцев и комсомольцев надо принимать. Надо думать о будущем. А что, если этот альянс доживёт до времён Горбачёва? Тогда получится приватизировать подконтрольные предприятия как единый хозяйственный комплекс, создать холдинг. Еще не знаю, что там у горкомовцев под контролем, но наверняка достаточно привлекательные предприятия. Да одна земля на территории промышленных предприятий, что сейчас частично не используется, может быть так задействована, что кучу денег принесет в условиях рынка! Если даже взять ту же камволку, там такая территория пустует… С учётом накопленных средств за границей от партнёрства с семьёй Фирдауса в девяностых можно хоть гостиницу там построить в излучине реки, хоть производство расширить и модернизировать.
А можно со своими же предприятиями за рубежом скооперироваться и часть производства в Россию перевести. И рабочая сила будет дешевле, чем в Европе, и рабочие наших предприятий будут при хороших зарплатах, когда всё вокруг начнёт разваливаться. Тем более, если удастся в новой группе до прихода Горбачева так модернизировать средства производства и направления, чтобы можно было выйти на зарубежный рынок после распада СССР, то у трудовых коллективов будут все шансы пережить лихие девяностые в более-менее стабильных и человеческих условиях. То есть, если сделать все по уму, я смогу спасти десятки тысяч рабочих и членов их семей от ужасов девяностых… Этот холдинг сможет стать островком благополучия во всеобщем хаосе и отчаянии после краха СССР… Эти люди не сопьются, не умрут от голода, у них будут средства, чтобы лечиться в разоренной крахом СССР постсоветской медицине, где и врачу нужно дать на лапу, и лекарства все принести с собой…