Ревизор: возвращение в СССР 18 (СИ)

— Поехали, друг мой ситный, в университет, — сказал я. — Разбираться будем. Пока Эмма там. Заодно я узнаю, куда мне завтра на занятия.
Перепуганный не на шутку Мартин тут же начал обуваться.
Всю дорогу он переживал, а я пытался выяснить у него, что это за землячество такое, и что у него за функции. Понял только, что в функции землячества по идее должно входить упрощение жизни земляков на чужбине, а по факту происходит нешуточное усложнение. Прямо он ничего не говорил, но по намекам я догадался, что под прикрытием немецкого землячества работает Штази и занимается слежкой за границей за собственными гражданами. Я-то глубоко в теме, знаю из будущего, что Штази было крутой разведкой, верным товарищем КГБ. Много что мутило с советскими партнерами против Запада. Ну и, конечно, и своих граждан в ежовых рукавицах держало…
Ну да, с этими шутки плохи. Это такая суматоха из-за того, что он пропал из-под их всевидящего ока? И что теперь будет?
От метро к университету немец все ускорялся, пришлось спешить вслед за ним чуть не бегом. Повезло! Наткнулись на Эмму Эдуардовну в начале сквера перед главным зданием. Растерялись оба, и я, и она. Но, увидев рядом со мной Мартина, на котором лица не было, она всё поняла и улыбнулась.
— Ну, вы даёте! — сразу успокоилась она. — Можно и до завтра было подождать.
— Я думал, что с начала учебного года надо в землячество обратиться, — начал оправдываться Мартин.
Ну, начало разговора, вроде, нормальное. Расслабившись, только сейчас обратил внимание, что Эмма Эдуардовна стоит около новенького Фиата. А за рулём сидит мой знакомый с конференции в Ростоке.
— Ха! — непроизвольно воскликнул я. — Кого я вижу! Альфредо?
Он вышел из машины и, широко улыбаясь, проигнорировал мою руку и полез по итальянской традиции сразу обниматься. Ну хоть не целоваться, как Брежнев…
— Плохо меня Москва встречает! — тут же заявил он, едва оторвавшись от меня. — Что это такое⁈ — недовольно показал он вокруг. Потом принюхался и закашлялся, сморщившись. Показывал, как плохо дышать смогом. С такой живой мимикой, что его прямо сейчас можно в театр отправить выступать…
— До последнего тянули с приездом, — прокомментировала Эмма Эдуардовна. — Всё надеялись, что закончится это безобразие с пожарами. Но больше тянуть уже было нельзя…
И она, не в силах больше сдерживаться, любовно погладила машину. Ну, понятно, — улыбнулся я. — Быстро схватывает, молодец. Я попросил немца машину привезти для себя, а она, не будь дурой, явно попросила о том же итальянца.
— А у Мартина не будет проблем, что он потерялся ненадолго? — спросил я её.
— Пусть найдет комсорга своего землячества Хуберта Майера со второго курса… Хотя… он сам его завтра найдёт, — легкомысленно отмахнулась она и села за руль Фиата.
— Вы умеете водить? — наклонился я к ней. — Помочь перегнать?
— Уже умею! — радостно улыбнулась она. — Альфредо, поехали!
— А может, я с парнями останусь? — с опаской посмотрел он на неё, видимо, невысоко оценивая ее водительские таланты. — Поможете мне гостиницу найти? — повернулся к нам.
— Поможем, — кивнули мы одновременно с Мартином.
— Вещи! — поднял указательный палец вверх Альфредо и полез в багажник.
Эмма Эдуардовна вышла из машины и удивлённо уставилась на него.
— Не волнуйтесь, — улыбнулся я. — Он в надёжных руках. Завтра приедем все вместе на занятия.
— Ну, хорошо, — согласилась она. — Павел, ты человек серьёзный и ответственный. Помоги, пожалуйста, Альфредо устроиться в общежитие завтра.
— Конечно, — согласился я. Она кивнула благодарно и села в машину. Завела, включила зачем-то дворники, потом поморгала поворотниками. Подогнала сиденье, поправила зеркало заднего вида.
— Пока что всё хорошо, — проговорил я сам себе. Она тронулась, — Ручник! — заорал я. Она скорчила рожицу, сняла с ручника и поехала.
— Она тебе деньги за неё уже отдала? — спросил я.
Альфредо похлопал себя по заднему карману джинсов.
— Ну, так такую сумму точно носить не стоит… — наехал я на него. — Переложи куда-нибудь в надежное место!
 
— Я свои в сберкассе держу, — подсказал ему Мартин.
— Сейчас поедем домой и тоже положим, — строго сказал я Альфредо. — А пока переложи, а то останешься без денег. Вытащат в метро или в автобусе.
— В СССР такая проблема с ворами? — спросил итальянец.
— Не такая чтобы уж страшная, но есть, как и во всем мире. А главное, что? Не подставляться! Многих преступлений бы не было, если бы граждане сами не создавали для них условий.
Кивнув, Альфредо разложил сотки и полусотни по внутренним карманам пиджака.
— Кстати, поражен тем, как твой русский язык прогрессировал, — сказал я итальянцу.
Тот расцвел в улыбке, а потом сказал:
— Мы договорились с Эммой, что я приеду, и я начал очень усердно учиться. Курсы нашел еще одни, и девушку из СССР, что у нас в Ростоке училась. Нет, даже две девушки вышло по итогу из СССР, что мне помогали с русским языком!
Мы зашли, посмотрели расписание, выяснили, в какой группе будет учиться Мартин. У Альфредо было свое расписание, он же высшее образование уже получил в Ростокском университете, и в МГУ приехал учиться в аспирантуре. Там у него, конечно, занятий почти и не было, по сравнению с нами. По две пары в день, не по четыре, да еще и не каждый день. Мы, конечно, с Мартиным обзавидовались.
— Смотрите, тут у Мартина на курсе ещё одна иностранная фамилия, — показал я. — А. Аль-Багдади. Не буду загадывать, парни, но кажется, я знаю, кто это.
— Ещё один твой знакомый? — удивился Мартин.
— Хуже! Родственник, — улыбнулся я.
— Как это? — опешил он. — У тебя есть арабские корни?
— Кто его знает? — рассмеялся я. — Может, и есть.
Решил подержать немного интригу. Скоро сами все поймут.
Выяснив все необходимые моменты с учебой на завтра, мы поехали домой, увешанные сумками Альфредо. Чемодан свой он нёс сам.
— А гостиница? А где я сегодня буду спать? — не понимая нашего замысла, талдычил Альфредо.
— У меня будешь спать, — ответил я.
— Зачем? У меня, — возразил Мартин.
Выйдя из метро, повели Альфредо в сберкассу. Мартину тут счёт открыли, значит, и Альфредо откроют, — решил я. Открыли, но пришлось подождать. А дома нас уже потеряли.
— Ну, где вы ходите? Ушли куда-то и пропали, — взволнованно зашептал Миша, открыв нам дверь. — Марат уже в деревню съездил и вернулся. А еще тут твои приехали.
На кухне сидели Эль Хажжи и молоденькая смугленькая арабочка. Ничего такая, кстати, фигуристая!
— Моя племянница Аиша, — представил нас друг другу Фирдаус.
— Спорим, парни, это и есть А. Аль-Багдади! — воскликнул я.
— Нечего спорить, она и есть, — ответил Фирдаус. — А откуда вы знаете фамилию?
— Да в МГУ список посмотрели первого курса. Удачно вышло, что приехали, сможем сразу познакомить Аишу с однокурсником, — показал я на Мартина.
— Да, ладно! Так не бывает! — вышел вперёд Марат. — Мартин будет с Аишей в одной группе учиться?
— А я буду тоже там на факультете учиться, только на доктора наук, — вышел вперёд Альфредо с улыбкой до ушей и подошёл к засмущавшейся девушке.
Марат загородил её плечом, и Альфредо сразу сбавил скорость. Связываться со здоровенным татарином он не рискнул, тем более находясь в гостях.
— Это брат моей жены Марат, — поспешил я представить его, он протянул Альфредо руку и пожал так, что у того на мгновение гримаса боли на лице появилась.
В недоумении посмотрел на шурина, но тот, не обращая на меня никакого внимания, пропустил вперёд себя Аишу и посадил её в самый дальний конец стола на кухне. А сам сел рядом, глядя вокруг с вызовом, типа, ну кто на меня?
Влюбился, что ли, с первого взгляда? Вот хохма будет, если так…
Диана просочилась ко мне и обняла.
— Привет, надо поговорить, — шепнула она мне, пока целовала в щеку.
— Это моя сестра, Диана, — представил я её Альфредо, Диана мило улыбнулась.