Запах грозы (ЛП)

— Пройдемся мимо домика Грэма перед сном?
— Идем.
Мы с Мон преодолеваем десяток скамеек амфитеатра и, двигаясь к лагерю, я придумываю, как отвадить от себя Моррисона. Наше общение, наши обоюдные разговоры и космическое притяжение не должны стать той наковальней, что свалится на хрупкие плечи Моники. Я сильная и справлюсь, а она может получить душевную травму, к которой не готова.
Парни кучкуются на террасе и заостряют свои взгляды на нас двоих. Я отметаю всех, кроме Грэма и они расплываются, как фон под фотографией. Он затягивается, оставляя от сигареты лишь фильтр и выбросив тот в кусты, заходит в бунгало. Кажется, он понимает меня без единого слова.
  
ГЛАВА 12. ГРЭМ
 
«Она гроза, что я жду с нетерпением, чтобы ощутить заветную прохладу. Она шторм, что приближаясь с горизонта, настигает внезапно, настойчиво и бесповоротно. В моих фантазиях она: нежная, покорная, чуткая, мечущая молнии, окрашенные триллионами чувств…»
Строчка обрывается на полуслове, и я закрываю блокнот, смяв его в два слоя, чтобы вместить в передний карман узких джинсов. Вентуро тем временем, загоняет парней из четырнадцатого домика в периметр и с сомнением смотрит на меня, будто в чем-то подозревает. Мудак. Я не собираюсь бежать. А если бы хотел, сделал бы это, не выжидая неделями. Шимус тормозит у административного здания, и я наблюдаю, что он удаляется вглубь лесной чащи. Что за секреты у парня с хищным прищуром? Любопытство просачивается в мое нутро, и я окончательно отставляю на неопределенный срок, свое нахлынувшее вдохновение. Следуя за мужиком по кустарниковым закоулкам, замираю за внушительным стволом вековой сосны. Спина срывает края выпирающей коры, и я морщусь от неприятных ощущений. На улице жара и на мне только растянутая майка с низкими проймами. Давай же, скажи хотя бы слово!
— Да, Клиффорд…что? Я сказал, что всё под контролем! Парнишка? Он в полном порядке. Звони, лишь по особо важным вопросам и на другой телефон. Понял?
Имя моего отца, как расколотый лед в бокале с горячим чаем — совершенно не к месту.
— Черт побери! — матерится Вентуро и тычет пальцем в экран, прогоняя десяток контактов, пока, не находит нужный. — Алло, мистер Сазерленд?
Последующую речь, я воспринимаю в пол уха. Меня волнует лишь Клиффорд Моррисон. Что за делишки у отца с этим любителем дикой природы и породистых скакунов? Пора ретироваться. Я отталкиваюсь от дерева, и настолько бесшумно, насколько могу, пробираюсь обратно на кишащую подростками местность. Проходя мимо дуба с канатом, вспоминаю, как пялился на Мэй в охренительно обтягивающих шортах и топе, когда она подбадривала Дикси. Меня цепляет, как она ведет себя с девчонками. Никаких послаблений и намеков на упадок сил. Всегда с энергией, всегда с расправленными плечами. Прошлой ночью, я забирался в Твиттер и смотрел два ее боя. Один с американкой с кубинскими корнями, а второй с Мариссой Омис. Я даже ставил на паузу самые крутые моменты. А таких завались! То ее кулак в дюйме от лица вспотевшей девчонки, то она благодаря мне, застывает в прыжке. Я в курсе, что движение ног для боксеров, также важно, как для танцоров и тех, кто занимается балетом. Надо отдать должное, Мэй бесподобно переставляет ноги. Словно парит над настилом.
— Привет, бро. Где загулял? — Флориан смахивает, мои волосы с затылка рукой и смеется.
— А ты? Не видел тебя со вчерашнего вечера.
— Немного развеялся.
— Не так, как с Моникой?
Фло сгибается пополам и, держась за меня, отвечает сквозь смех:
— Я не взберусь на нее во вменяемом состоянии. Да и ты меня отправил в крепкий сон.
— Прости за это, — я черчу пальцем овал вокруг своего лица. — Так надо было.
— Да знаю я, не первый раз выручаешь.
Я оглядываюсь и, повиснув на плече друга, говорю:
— Это был последний раз.
— Ты уверен? Я твой брат.
— Мой брат уже не родится, а ты меня достал со всем этим дерьмом, что тянется за тобой из Чикаго.
 
— Слушай, это всего лишь телка. Причем не самая симпатичная.
На секунду закатив глаза, опять навожу прицел на Флориана.
— Она девственница и ни хрена не сечет в парнях. А ты…
— А я стал бы тем самым, кто снимет первые сливки и покажет, что такое секс!
— Только попробуй приблизиться к Шай, и я клянусь, что сровняю тебя с землей, под одной из сосен. Их здесь много, выбирай любую!
Дефо и я выпускаем огненное дыхание, как быки на арене и расходимся по разные стороны от указателя направлений, что водружен на перекрестке тропинок. Надеюсь, он поймет, что я не шучу.
***
Четыре года назад. Вечеринка в доме Аннабель Джонс.
Басы, что рубит Линкольн Икон, разбивают фундамент дома вдребезги. Фронтмен школьной рок-группы под названием «Слизняк Стиви», входит в транс после водочного заплыва и рвет перепонки всем гостям праздника. Я прихватываю пятую бутылку пива с фуршетного стола и выискиваю Флориана, что приехал на час раньше меня. Где этот сучонок? Одна из девчонок в серебристом мини, кивает на второй этаж, и я не раздумывая приобнимаю ее за талию. Малышка знает, куда идти и три минуты спустя, мы целуемся у двери хозяйской спальни, невзирая на снующую толпу пьяных одноклассников. Поцелуй никудышный и я предлагаю не затягивать прелюдию. Я толкаю пяткой белое полотно и глухие, жалобные стоны доносятся из душной комнаты. Секунда и я понимаю, что Флориан знатно накосячил! С широко разведенными ногами, на кровати лежит девчонка, а под ней, крохотная кровавая лужица. Она на год младше нас и профессионально занимается легкой атлетикой. Бл*ть! Я выгоняю свою подружку и сбиваю обдолбанного друга ногой. Он валится на пол, а я, не смотря на прелести тринадцатилетней спортсменки, заворачиваю ее в покрывало и беру на руки.
— Как ты?
— Я хочу домой.
— Верни мою шлюшку на место! — бессвязно бормочет Дефо и перед моим уходом получает в живот.
— Где ты живешь? — спрашиваю у малолетней ноши, что вот-вот потеряет сознание.
— Пересечение двенадцатой и двадцать второй улицы. — Ее рыдания заглушают музыку.
— Тише, всё будет хорошо. Я отвезу тебя и обещаю, что он получит сполна.
Она тесно вжимается в меня и внутри переворачивается зыбкая часть моего мира. Фло переходит границы и не замечает этого. Будь на ее месте, более взрослая и бойкая девчонка, его яйца посинели бы в один момент. А тут, ангелочек с вьющимися белоснежными волосами.
Час потрачен на дорогу, и мы перед кирпичным двухэтажным многоквартирным домом. Я вытаскиваю из салона уснувшую малышку, и несу к входу на высоком крыльце.
— Отпусти или папа подумает, что это сделал ты. — Бубнит она, медленно открывая глаза цвета жухлой осенней листвы.
— Ты сможешь идти?
— Да. Сверну к соседке и приведу себя в приличный вид.
Поступаю, как просит эта милашка, и делаю шаг назад.
— Знаю, что ты никогда его не простишь, и я не оправдываю Флориана, просто…в следующий раз будь осторожна и носи с собой перцовый баллончик.
— Ни один парень больше не прикоснется ко мне.
Злобно выговаривает девчонка и теряется за винтажной дверью. Черт, черт, черт! Я вытрясу из тебя все дерьмо Дефо!
***
Ужин из макарон с сыром и тупая болтовня с парнями по несчастью, переходит в изучение повадок Мэй. На озере, она позволила прикоснуться к себе и смешать со слюной пряный мускус своей кожи. Сейчас, она беззаботно смеется и яркие морщинки по обеим сторонам ее носа, напоминают мне изогнутые гитарные струны. В паху неистово жжет, когда взгляд опускается к губам, что в сырном соусе, и слегка приоткрыты для повторения очередной веселой фразы. А одно филигранное облизывание языком, наливает свинец в яйца и становится больно сидеть. Когда-нибудь, я не смогу скрывать, что хочу Мэй. Так сильно, как только можно представить.
 
— Эй, дружище, ты будешь доедать? — Флориан не дожидается ответа и вилкой придвигает мою тарелку к своей пустой тарелке.