Спецкоманда на завтра (СИ)
28 июня. 1974 год.
Крым. Севастополь. Военно-морской госпиталь.
Сколько времени прошло с момента аварии я не помню. Не засекал… Но меня наконец-то на машине скорой помощи доставили в стационарное медучреждение. Сразу же из приёмного покоя, потащили на рентген. И так сняли руку, и эдак… Диагностировали перелом пястной кости. Сказали, что надо кость на место поставить…
Потащили в операционную… Дали мне подышать немного эфиром. А проснулся я уже в палате с гипсом на руке… Обидно… Правая рука теперь как минимум на месяц или больше не работает как надо… Придётся учиться писать левой.
Жаль, что я не амбидекстр. Помню сильно смеялся, когда узнал перевод этого слова. Буквально это означает «обе» «правые»… Так что хорошо ещё, что я не амбисинистр у которого «обе» «левые».
Ожоги на левой руке не сильные оказались. В пределах первой степени… Несколько волдырей, а остальное просто красное и зудит… А на лице только волосы опалило, да брови с ресницами. В общем, я тот ещё красавчик нынче. Правильно Лёха говорил. Вылитый чёрт, с красной мордой… Так что… Сбылась мечта идиота. Мы теперь с братом совсем не похожи друг на друга.
Левую руку намазали мазью и лицо всё измазюкали. Дико хотелось почесаться, зудело буквально всё… Правая рука в гипсе… Висит на перевязи… Ни задницу вытереть, ни нос высморкать… Хорошо ещё, что ожоги слабенькие и скоро заживут. День другой… И будет проще…
Ну, а пока не зажила рука… Более беспомощным я себя давно не ощущал. Слава богу, ноги целы. И не на каталках меня катали, а сам пешком ходил. Когда меня привели в палату, мне уже давно приспичило отлить лишнее… Пожилая медсестра отвела меня в туалет и помогла… Давно не было так стыдно… Левую руку надо срочно восстанавливать…
— Это где это тебя так, парень? — спросил один из соседей по палате.
Палата была шестиместная. Но кроме меня лежало всего четверо. Одна койка пока пустовала… Любопытство соседей было понятно. Скучно в больнице… А тут новый человек. Новые истории и новые уши для старых анекдотов.
— Авария на трассе. Две машины сгорели… ЗИЛок сто тридцатый и Москвич четыреста восьмой.
— А ты в какой машине был? В грузовике или в легковушке?
— Я в другой машине был. Авария прямо на наших глазах произошла.
— И как же тебя так разукрасило, если ты в другой машине был?
— Машины дымиться начали. Я вот этой рукой… — показал им правую в гипсе, — Разбил стекло в задней двери Москвича. А потом вытащил оттуда мужика… Тут машины и загорелись.
— А ещё кто в машине был?
— Водила уже мёртв был. На него весь удар пришёлся. А бабу на заднем сиденье зажало сильно и она сгорела… К машине уже невозможно было подойти, когда бензин полыхнул…
— Ух, ты… — высказался молодой парень в тельняшке. — Ни фига себе… А в ЗИЛке тоже водила погиб?
— Нет. Его раньше вытащили. Брат мой и тот парень, что был за рулём нашей машины…
— Брат старший или младший? — поинтересовался немолодой дядька с загипсованной ногой.
— Близнец… Хотя теперь уже, наверное, мы с ним совсем не похожи…
— Не ссы, малец! — успокоил дядька. — Ты молодой. А на молодых, как на собаке всё заживает…
— Да уж скорей бы!
— Во дела! — возмутился «морячок». — Не успел заехать, как тут же хочет, чтобы у него всё зажило.
— Да мне пусть хотя бы левая… А то зад нечем подтереть…
Парень в тельняшке заржал… Не зло, а так по-доброму. А потом и остальные его поддержали…
Открылась дверь в палату, и медсестра вкатила двухъярусную тележку для развоза пищи.
— Ужин…
Есть особо не хотелось, да и мысль о том, что в туалет меня будет кто-то водить… Нет. Пожалуй, до утра с голода не помру… А там видно будет. Когда мазь на левой руке подсохнет, то пальцами пользоваться смогу… Ожоги в основном на тыльной стороне ладони, да там, где горел рукав рубашки…
* * *
Я лежал на кровати и смотрел в потолок… Правую руку просто положил рядом, а с левой пришлось повозиться. Кое-как пристроил её поудобнее, соорудив валик из полотенца… У меня уже стало получаться что-то делать, используя загипсованную правую и пальцы на левой руке…
Больница медленно засыпала… Через окно проникал свет с улицы… и совсем темно в палате не было.
А я всё лежал и думал… Что-то в последнее время всё развивается совсем не по сценарию. Попали в прошлое. Молодые, сильные и крепкие… Чего ещё надо? Живи и радуйся.
Сперва нарвались на гопников… Выкрутились кое-как…
Потом этот левый замес в интернате… И снова удалось выскочить с минимальным ущербом для себя…
В милиции я начудил слегка… Обошлось…
А после… Наташа… Потом Аня… Теперь вот Бес погиб. А я… Играю роль Квазимодо… Смешно… В роли Квазимодо актёр безрукий… Каламбур получается… Хотя Сергей Безруков кого только не играл… И бандита, и мента, и Пушкина, и Дантеса… А ещё Есенина… И Василия Сталина. Да что там говорить… Даже образ Христа в Мастере и Маргарите сыграл. Думаю, что ему и роль Квазимодо будет по плечу…
29 июня. 1974 год.
Севастополь. Военно-морской госпиталь.
Ночью мне реально приспичило снова посетить туалет… Никого будить не стал. Постарался справиться сам. Кое-как получилось. Так что думаю, что и дальше я с этой проблемой постараюсь сам разбираться. Ибо не фиг лишний раз медперсонал эксплуатировать. Им и так работы хватает, за лежачими больными утки выносить.
Надо будет утром у морячка спросить, как правильно называть это приспособление: Судно или утка? У них, у моряков, всё не так называется. Гальюн, камбуз и всё такое… А вот насчёт судна я не уверен… Я слышал, что корабль — это судно имеющее на борту вооружение. Ладно… Спрошу потом, если не забуду…
До утра ещё далеко… Надо ещё немного поспать…
* * *
На завтраке я уже довольно ловко ел кашу ложкой. Но неудобно всё-таки левой. Хотя мимо рта ни разу не промахнулся…
После обхода врача, я сходил на процедуры. Снова намазали лицо… Сказали, что всё нормально… А с рукой вот похуже… Пара волдырей лопнула… Опять намазали и наложили лёгкую повязку, чтобы лишний раз не беспокоить места лишённые кожи… Пальцы остались свободными. Так что моя беспомощность скоро уже закончится.
* * *
А потом ко мне стали приходить посетители…
Первым пришёл совершенно незнакомый мне человек. Представился следователем, предъявил ксиву. Я насторожился. Но напрасно… Лично его интересовало только ДТП. Ну, что… Рассказал ему всё, что видел… Всё, что делал. Скрывать мне было нечего. Выдумывать тоже… Единственный скользкий вопрос был, почему я не попытался вытащить водителя из Москвича…
— Мне показалось, что он уже был мёртв.
— Показалось? А если он был жив?
— Удар грузовика пришёлся прямо в него. Там полголовы не было… А думать было некогда. ЗИЛ уже дымился… Я дверь дёрнул… Заклинило. Разбил стекло…
— Рукой?
— Кулаком. — я показал правую руку в гипсе…
— Ну и что дальше?
— А дальше я вытащил пассажира, и отволок подальше…
— А что женщина?
— Она шевелилась, но была сильно зажата. Там машину почти расплющило… Я попытался, но успел только сунуться внутрь, как мне прямо в лицо огнём полыхнуло…
— Но мне сказали, что вы вытащили какой-то портфель… Почему не попробовали спасти женщину?
Офигительный вопрос. Да я бы из-за неё вообще не стал бы заморачиваться. А портфель…
— Когда вспыхнуло пламя, я постарался закрыть лицо… Но, как видите, мне и этого не удалось сделать. Теперь ни бровей, ни ресниц ещё долго не будет… На мне одежда загорелась… — я протянул вперёд левую руку… — Рука вот ещё обгорела.
— А как же женщина?
— Сгорела… К машине уже было не подойти. Там вспыхнул бензин… Все боялись, что вот-вот бак рванёт… А я уже понял, что у меня правая рука сломана… Даже если бы я попробовал её спасти, то у меня ничего не получилось бы всё равно. Только сам бы погиб…