Вуаль из виноградных лоз (ЛП)

— Спасибо за ужин.
Он кивнул и присущим ему джентльменским жестом, взял мою руку и прикоснулся к ней губами. Он нежно поцеловал тыльную сторону моей ладони.
— Хороших снов, герцогиня. Меня не будет здесь, когда ты проснешься. У меня есть неотложные дела во Флоренции.
— Как долго ты будешь отсутствовать?
Зено напрягся и пожал плечами.
— Меня может не быть много дней. Может неделю или две. Или больше, в зависимости от того, как все обернется, — вздохнул он. — Все дела связаны с вином, собранным на этой неделе, Кареса. Я должен посетить все виноградники лично. Мне необходимо показать активный интерес к нашим делам. Затем пойдут встречи с покупателями.
Я мягко улыбнулась, показывая понимание. Я знала, что сбор урожая самое важное время года для «Савона Вайнс». Конечно же, я знала это. Это было в те времена, когда мой папа был самым занятым человеком в Америке — он искал покупателей, продвигал новые сорта вин, посещал церемонии награждения, торжества и ужины.
Зено не казался в этом заинтересованным. Кроме того, он не предложил мне сопровождать его. Этот факт не ускользнул от меня.
— Ладно, — пробормотала я и отвернулась, открывая дверь.
— Тебя ждет несколько званых обедов, примерок и тому подобное, — сказал Зено.
Я посмотрела на него из-за плеча.
— Скоро начнется сезон фестивалей. Будут несколько событий, на которых мы должны появится вместе: ежегодный фестиваль давки винограда Савона, зимний маскарад и…
Мне было интересно, что он пытался сказать. Зено покачнулся на пятках, затем прочистил горло.
— И ужин в честь коронации.
Взгляд Зено уперся в пол. Коронация — его восхождение к трону. Конечно, он еще не был королем. Но он больше и не был принцем. В нашем кругу он уже считался королем, или скоро таковым будет, после коронации.
— Он будет проходить здесь? — поинтересовалась я.
Зено провел рукой по лбу.
— Возможно. Дата еще не назначена, но это скоро произойдет. Все…
Он сделал отрезвляющий вдох.
— Все произошло так быстро, что у меня не было времени на подготовку. Бизнес на первом месте.
Он театрально помахал рукой, перед своим лицом, давая понять, что разговор закончен.
— Я задержал тебя, — он начал уходить. — Скоро увидимся. Мария будет твоей личной помощницей. Она проинформирует тебя обо всех событиях, которые мы должны будем посетить, и организует для тебя новую одежду, наряды для бала, ужинов и конечно для… нашей долгожданной свадьбы.
Я быстро кивнула и зашла в свою комнату, закрывая за собой дверь. Затем прислонилась к холодной золотистой панели и закрыла глаза. Я досчитала до десяти и вновь их открыла.
Комната передо мной была не менее величественной, чем остальные помещения в доме. Я прошла через большую гостиную зону, рассматривая элегантные белые с золотым стены и пробегая пальцами по красивым частичкам фурнитуры. Большая дверь вела в спальню, где стояла огромная старинная кровать с балдахином. Французские окна от пола до потолка выходили на балкон с видом на виноградники. Но больше всего мне понравилось то, что вдалеке виднелся живописный городок Орвието19. По какой-то причине я ощущала, что благодаря этому буду чувствовать себя менее одинокой.
Ванная комната была роскошной, с ванной на когтистых лапах и тропическим душем. В шкафу уже лежала моя одежда. Мои туалетные принадлежности и косметика уже стояли на туалетном столике.
Делать больше было нечего.
Увидев луну через высокие окна, я вышла на балкон и прислонилась к ограждению. Вдохнув свежий воздух, я услышала звук колес, хрустящих по гравию. Черная машина класса люкс исчезала в дали.
Я издала невеселый смешок. Принц спешил обратно во Флоренцию.
Он не остался даже на одну ночь.
Чувствуя себя совершенно разбитой, я приняла душ и залезла в постель. Когда я потянулась выключить ночник, то заметила картину, висевшую напротив моей кровати. Женщина, одетая в роскошное фиолетовое платье, позирующая художнику. Я не знала почему, но мои глаза оказались прикованы к ее образу. У нее были темные волосы и красивые карие глаза. Она вся сияла: бывшая королева Италии.
 
Когда мои веки опустились, притягиваемые соблазном сна, я представила, какой была ее жизнь в качестве королевы. Мне стало интересно, проводила ли она свое время здесь, в королевском загородном поместье?
Но последнее, о чем я подумала, когда мой мир погрузился во тьму, — а была ли она счастлива?
  
Глава 3
 
Кареса
Мария, моя личная помощница, поднялась со своего места, когда я вышла из спальни в гостиную. Я находилась в «Белла Коллина» уже три дня. За это время я уже успела нарядиться в вечернее платье и пообедать с аристократами Умбрии. Но до сих пор не было ни слова от принца Зено.
Мария нахмурилась, когда заметила, что на мне надеты тренировочные леггинсы и лонгслив. Я собрала волосы в высокий пучок и не стала наносить макияж.
— Думаю, мне нужно выбраться из этого дома, — сказала я, садясь на стул, чтобы завязать шнурки на своих кроссовках. — Я хочу пробежаться и подышать свежим воздухом.
— Очень хорошо, герцогиня. Но на вашем месте я бы придерживалась садовых дорожек. Сбор урожая уже начался, и виноделы сейчас очень заняты.
Я кивнула и вышла за дверь, Мария последовала за мной.
— Несколько дней я буду отсутствовать. Мне нужно съездить в Ассизи20. До ланча у вас не запланировано никаких дел, — она одарила меня широкой улыбкой. — У вас есть время отдохнуть и познакомится с поместьем. Территория очень красивая и здесь есть на что посмотреть.
— А принц? — спросила я, главным образом потому что должна была.
Мария отрицательно покачала головой.
— Сегодня он уехал в Турин21. Не знаю, когда вернется, — она сжала мою руку. — Его отец был трудоголиком. Я бы подготовилась к тому, что и его сын будет таким же.
Мы подошли к главным дверям и вышли на свежий воздух. Мария расцеловала меня в обе щеки и попрощалась.
Я окинула взглядом садовые тропинки и решила отправиться налево в сторону леса. Я включила телефон, надела наушники и позволила ритму плейлиста для бега ударить по своим ушам. Я бежала так быстро, как только могла, мое сердце колотилось в груди от ощущения полной свободы.
Я мысленно вернулась ко вчерашнему дню. Мария дала мне стопку глянцевых брошюр, что бы я их просмотрела. Не было ни официального предложения, ни помолвочного кольца, но подготовка в свадьбе уже шла полным ходом.
Я бежала и бежала, пока тропинка не закончилась. Она петляла, пытаясь привести меня обратно к особняку, но я еще не была готова. Я взглянула за ее пределы, но все, что виднелось впереди — это поля виноградников.
В одно мгновение меня поразила вспышка воспоминаний из детства. О том, как я бегу по виноградникам в нашем поместье в Парме, и о том, как листья целуют мои протянутые к ним пальцы. Поэтому решила побежать прямо. Я наклонила голову и ощутила на своей коже лучи полуденного солнца.
Играла песня за песней, и я продолжала бежать, мои ноги двигались в такт музыки. Я забежала так далеко, что, когда остановилась перевести дыхание и оглядеться, поняла, что не знаю, где именно нахожусь.
Я вытащила наушники и попыталась услышать хоть какие-то признаки жизни. Я слышала, как вдалеке продолжался сбор урожая, но поблизости никого не было. Я поднялась на цыпочки, осматривая окрестности в поисках какой-либо активности. Передо мной не было ничего, кроме полей с многочисленными рядами виноградника и маленького коттеджа, находящегося примерно в трехстах ярдах от меня.
Пройдя до конца ряда, я двинулась по направлению к коттеджу, надеясь, что кто-нибудь окажется дома.
Пока я шла медленным, ровным шагом, меня охватило чувство покоя. Здесь среди виноградных лоз я почувствовала свободу, которую не ощущала с детства. Последние три дня были окутаны сменой часовых поясов и чувством долга. Сон давался мне очень тяжело, и я сильно скучала по дому. Так сильно, что мне казалось, будто в моем животе образовалась дыра. Мои родители были взволнованы предстоящей свадьбой, поэтому я не говорила им, что чувствую на самом деле. Однако Мариэтта сразу же меня раскусила. Она сказала одну единственную вещь, которую могла — что я должна оставаться сильной.