Вуаль из виноградных лоз (ЛП)
— Это вино 2008 года, а это особенный год сбора. Я не могла позволить ему пропасть даром. Особенно из-за его цены.
Принц Зено улыбнулся.
— Ваш отец упоминал о вашей любви к нашему самому дорогому вину.
«Ох», — подумала я. — «Это объясняет, почему оно находилось в лимузине. Интересно чему еще его научил мой отец, чтобы он мог произвести на меня впечатление?»
— Остальное мы сможем выпить за ужином, — добавил он.
Зено снова предложил мне свой локоть. Я взяла его под руку и позволила вести меня наверх по ступеням. Поднимаясь все выше и выше, я не могла не обратить внимание на сады и покатые холмы вдалеке.
— Что вы думаете, герцогиня? — спросил Зено, возвращая мое внимание к себе.
Я покачала головой в попытке придумать ответ. Я никак не могла подобрать слова, чтобы описать красоту этого волшебного места.
— Это место… за пределами всего, что я могла только представить.
— Это уже кое-что, — согласился Зено.
— Сколько здесь акров? — спросила я.
— «Белла Коллина» составляет чуть меньше десяти тысяч12.
— Так много?
Зено пожал плечами.
— Большая часть этой земли — леса, сады и плантации оливковых деревьев. И, конечно же, виноградники. Для производства вина используется около пяти тысяч13, — я окинула взглядом обширную территорию. — Большинство наших виноградников по всей Италии имеют точно такую же площадь.
Он помолчал и затем гордо добавил:
— Хотя, никто не производит такое вино, как «Белла Коллина Резерв». Будь то здешняя почва, погода или все вместе — ни один винодел в мире не может этого объяснить.
Я кивнула, соглашаясь.
— Значит, вы проводите здесь много времени?
Зено на мгновение напрягся, прежде чем взять себя в руки.
— Не так много. Мой дом в Палаццо во Флоренции, — ответил он, затем прочистил свое горло. — Мой отец… Это он проводил здесь много времени.
При упоминании короля я почувствовала волну сочувствия. Положив свою свободную руку на руку Зено, я сказала:
— Сочувствую по поводу вашего отца, Зено. Должно быть вам сейчас тяжело.
Голубые глаза Зено на секунду остановились на мне, прежде чем снова сфокусироваться на последних ступеньках.
— Спасибо. Он очень хорошо о вас отзывался, — ответил он, стиснув зубы.
На этом разговор был окончен. Было очевидно, что эта тема была для него болезненной.
Пока мы поднимались к дому, царило молчание. Я остановилась и посмотрела на особняк.
— Захватывает дух.
Он подождал, пока я закончу восхищаться, а затем указал на открытую дверь, ведущую в дом. Как только я вошла в холл, мои глаза расширились. Наверху обосновалась куполообразная крыша, напоминавшая о Флорентийском Дуомо — красивом соборе, где должна будет состояться наша свадьба. Богатые золотые и красные тона украшали стены и мебель. А в центре находилась большая лестница, разделенная на две части. Впечатляющие кристальные люстры свисали с потолка словно бриллианты, заливая комнату золотым светом.
Но лучшим были написанные маслом портреты всех Савонов Италии. Я подошла к стене и улыбнулась — старые монархи, которые создавал итальянскую историю. Галерея заканчивалась новым портретом, на котором красовался принц Зено. Он стоял в гордой позе, повернувшись немного в сторону — эта позиция показывала его сильный подбородок и его точенные черты лица.
Я обернулась и остановилась, как вкопанная напротив огромной картины, занимающей всю стену. Это был небольшой виноградник, притаившийся на склоне холма. Я подошла ближе. Виноградные лозы располагались рядами, зеленые и коричневые, перемешанные с рубиново красным виноградом, сочным и спелым. В отдалении — маленькая вилла. Нет, скорее серый каменный коттедж, будто сошедший со страниц какой-то сказки — скрытое убежище, спрятанное от суетного мира. Над дверью горела старомодная лампа, приветствуя каждого, кто оказывался поблизости.
Не знаю почему, но я не могла оторвать от картины глаз. Я была так очарована безмятежной красотой этого маленького кусочка рая, что даже не заметила Зено, который подошел ко мне и сказал:
— Это любимая картина моего отца. Он мог часами на нее смотреть, — он пожал плечами. — Понятия не имею почему, эта же убогая вилла посреди поля, пригодная только для нищих.
Мой желудок скрутило от намека на печаль в голосе Зено. Должно быть, он почувствовал мою жалость, потому что тут же откашлялся и предложил мне следовать за ним. Он провел меня через богато украшенную золотую арку, ведущую в другую большую комнату, где в ожидании стояло несколько человек.
Зено подошел ко мне и положил свою руку мне на спину.
— Позвольте представить, герцогиня ди Парма, — сказал он, обращаясь к слугам поместья. — Герцогиня, это люди, которые сохраняют «Белла Коллина» в первозданном виде, мужчины и женщины, которые сделают ваше пребывание здесь комфортным.
Я кивнула и постаралась посмотреть каждому сотруднику в глаза.
— Очень приятно познакомится со всеми вами, — я жестом обвела красивую комнату, в которой мы находились. — Вы проделали отличную работу в поддержании красоты и уюта этого поместья. Я не видела ничего подобного за всю свою жизнь.
В ответ на мой комплимент мужчины поклонились, а женщины присели в реверансе. Зено снова положил свою руку мне на спину и повел меня через стеклянные двери, которые выходили на огромное патио. Теплый ветерок заиграл в моих волосах. Справа от нас стоял обеденный стол, накрытый на двоих.
Я двинулась в сторону стола, но остановилась, когда заметила открывшейся передо мной вид.
— Великолепно, — пробормотала я, кода подошла к каменной балюстраде, огораживающей патио.
Вдалеке открывался панорамный вид на виноградники, акры полных цветущих лоз. Луна висела низко на небе, заливая окрестности своим бледно-голубым светом.
Я услышала звук скольжения стула по камню. Когда повернулась, принц Зено отодвинул стул, что бы я могла сесть. Оторвавшись от потрясающего вида, я подошла к столу и присела. Зено сел напротив и указал на мою руку:
— Ты собираешься когда-нибудь выпустить ее из рук?
Я уставилась на него, не понимая, что он имел в виду, пока не заметила, что все еще сжимала бутылку мерло. С моих губ сорвался удивленный смешок, и я поставила ее на стол.
— Я даже не заметила, что все еще ее держу.
— Очевидно, тебе очень нравится этот сбор, — ответил Зено с нотками юмора в голосе.
— Не думаю, что нравится — достаточно подходящее слово, скорее обожаю.
— Тогда я рад, что пригласил тебя в это поместье, — мягко сказал он.
Затем наступило неловкое молчание. К счастью его прервала официантка, которая принесла воду и бутылку белого вина. Она собиралась забрать мерло, но я положила свою руку на ее запястье, останавливая.
— Я буду пить это вино.
Она наклонилась и наполнила мой бокал великолепным мерло.
Следующие несколько минут к нам подходили официанты, принося хлеб, домашнее оливковое масло «Белла Коллина», бальзамический уксус и наконец, нашу закуску из isnsalata caprese14. Затем они поклонились и ушли.
И снова я осталась наедине с принцем.
Глубоко вздохнув, я оглядела территорию и решетки, поднимающиеся вверх по древним каменным стенам. Я отрицательно покачала головой.
— Что-то не так? — спросил Зено.
Я резко посмотрела ему в глаза.
— Нет, — ответила я. — Это все просто так… сюрреалистично.
Его голова наклонилась в сторону, когда ярко-голубые глаза сфокусировались на мне.
— Брак? — спросил он.
Его голос был напряжен, будто он пытался подобрать слова.
Я опустила голову, играя с ножкой винного бокала.
— Да. Но не только это, — я указала на виноградники, особняк, еду. — Все. Пребывание здесь — свидетельство того, что упразднение монархии могло и не происходить. Ты все еще принц для этих людей. Эти великолепные земли достойны правителя.
— Ты герцогиня ди Парма. Ты тоже не так уж и непривычна к такой жизни.