Чужие степи 2 (СИ)

— Хорошо Игорь, я подъеду. Спасибо. — поблагодарил его я, но он вышел из машины, и подойдя поближе, добавил заговорщицким шепотом.
— Ты смотри только, я краем уха слыхал что вроде недовольны тобой казаки, готовят что-то недоброе... 
— Только что Лёнька стращал, теперь ты тоже... Говорю же, мне скрывать не чего, так и передай. — тоже напрягся я.
Демченко хмыкнул, и спросил.
— Кому передать?
— Извини. Нервы что-то шалят. — пошел на попятный я, видно же, человек помочь хочет, переживает.
— Да ладно. — улыбнулся Игорь, — ты главное не дрейфь, глядишь и обойдётся. — и он снова протянул руку, — Ну давай, удачи!
Поблагодарив его ещё раз, я вернулся в сторожку, и поделился услышанным с Леонидом. 
— А я тебе про что? — ничуть не удивился тот. — Народ у нас на расправу скор, сам же знаешь...
Я знал конечно, если ловили кого на воровстве, или хуже того на убийстве, к стенке ставили без суда и следствия. 
— Да ладно тебе Лёнь... — мне не хотелось думать что меня могут заподозрить в чём то нехорошем. 
— Ладно то ладно, — хмыкнул тот, — а вот я бы подготовился на твоём месте. 
— Интересно, и каким же образом? — если меня обвинят в гибели двенадцати человек, и будут уверены что я к этому причастен, не думаю что в этом случае мне хоть что-то поможет. Люди у нас сам знаешь какие, а уж в такой ситуации и подавно. Пустят пулю в башку, и поминай как звали.
— Ну не знаю. Речь подготовь что-ли... Тебе же слово дадут, вот и объяснишь народу как и что. Андрюху предупреди, пусть тоже подготовится. Глядишь и пронесёт. 
— Да чего мне готовить? Расскажу как дело было, да и всё! Темнить мне не за чем. — в этот момент я был настолько уверен в себе, что все Леонидовы увещевания пропускал мимо ушей. Знать бы тогда что он окажется на сто процентов прав, может быть как-то по другому всё сложилось. 
Но я не знал, и посидев ещё сколько-то в сторожке, посмотрел на часы, до назначенного времени оставалось десять минут, попрощался с Леонидом, — он сегодня дежурил, поэтому никуда не спешил, сел в машину, и поехал к штабу.
Несмотря на позднее время суток, народу здесь собралось прилично. Кто-то курил, кто-то просто стоял — по причине отсутствия табака, курить бросили многие, кто-то как и я только приехал. 
Я конечно предполагал что меня тут ждут, но такого внимания предугадать не мог. Проходя мимо столпившихся мужиков я не услышал ни шороха. Ни здрасьте тебе, ни насрать. Полнейшая, я бы даже сказал гробовая тишина.
Поднявшись по лестнице, я зашёл внутрь, одним видом своей спины оживляя толпу, которая тут же потянулась следом. 
Народу в зале тоже было прилично, человек пятнадцать, или около того, с теми что караулили меня у входа получалось почти полсотни, как-то многовато для круга, там обычно куда как меньше собирается. 
Мне даже как-то зябко стало, зал не топлен, это понятно, но холод который я почувствовал, был несколько иного плана — могильный — наверное будет в точку. 
Выбрав место на первом ряду с краю, я смело уселся, и приготовился ждать начала собрания. Обычно начинают сразу как соберется круг — а это семь человек казачьего руководства, только как оно будет сейчас, при таком кворуме, я не знал. 
Но ждать не пришлось. Почти сразу на сцену выкатился глава, а с ним ещё несколько человек. 
— Василий, — сразу позвал меня Сергей Алексеевич, — расскажи уважаемому обществу как всё происходило. 
Я поднялся, и опять почувствовав как в спину мне уперлись десятки недобрых взглядов, вышел на сцену. Говорил только по факту, не отвлекаясь на свои умозаключения. Получилось коротко, но всё по делу. 
Из зала посыпались вопросы типа: Почему улетели не забрав трупы? почему не пошли со всеми, а остались в самолете? Как нашли Рустама, а самое главное куда потом дели его труп? Причем именно так, труп. Я конечно отвечал, но выходило как-то нескладно. Вот ведь правду говорят, интуицию к делу не пришьёшь, и объяснить почему мы остались в самолете, вместо того чтобы пойти со всеми греться у печки, я не смог. 
Много вопросов было про золото, и сводилось всё к главному — куда мы его спрятали? 
 
Аргументы о том что будь я вором, точно не стал бы говорить о золоте, и тем более показывать фотографии — не действовали, собравшиеся в зале мне явно не верили. Не знаю, наверное ещё немного, и меня бы просто растерзали, но положение спас глава, он сказал что прежде чем обвинять человека, нужно расспросить свидетелей, но это будет уже завтра. 
Из клуба я бежал со всех ног. Меня не преследовали, но чувство опасности гнало меня вперёд почище иной плётки. 
И когда уже сел в машину, откуда-то вынырнул Олег. 
— Здоров Васёк. — протянул он руку. — Куда спешишь? 
— Долго рассказывать. — не стал я объяснять, — вкратце не расскажешь, а расписывать времени нет, да и без меня найдутся добрые люди, введут в курс дела. А ты чего тут? 
— Дежурю. Сегодня вторую смену в ночь. Вот, ближние посты объехал, надо колеса менять, замело, к дальним не пробьюсь, решил мотолыгу взять, а тут народ тусуется, дай думаю погляжу... Всё так серьёзно? 
— Ясно. Серьёзно вроде как, но ты извини Олеж, устал как собака, спать хочу, поеду. — ещё раз пожав ему руку, я завел мотор, и захлопнув дверь, тронул машину с места.
В любом случае завтра разберутся, Леонид подтвердит, мужики тоже. Так то Рустам у них пропал, мы с Андреем вообще не при делах, нас в это время там и не было даже. 
Вспомнив про Андрея я сразу свернул на пятую, и остановившись напротив его дома, коротко посигналил. Заходить и пугать домашних не хотелось.
Появился он быстро, несмотря на время ещё не спал. 
— Блин, Васёк. Ты на часы давно смотрел? Случилось чего? — недовольно проворчал он, усаживаясь на пассажирское сиденье. 
— Ну не ночь же ещё. — отмахнулся я, пересказал всё что увидел, пожелал спокойной ночи и поехал домой. Сейчас в баньку, погреюсь чуток, потом стакан опрокину, и наконец спать завалюсь, — утро вечера мудренее, не зря же умные люди говорят. 
Машину в этот раз загнал во двор, и прихватив с заднего сиденья автомат, поднялся домой. Хотел ещё на тварюгу глянуть, но передумал, смысла никакого, а если он успокоился, только хуже сделаю. 
Дома не спали. Аня сидела за столом и зашивала какие-то тряпки, сын ковырялся со «смертью председателя», а девочки лепили очередную партию глиняных кукол.
— Что-то ты совсем долго. Случилось чего? — не поднимая глаз, прокомментировала моё появление супруга. 
— Да запара просто. Вы помылись? — ушёл я от ответа.
— Конечно. Время то уже... Веник там есть, не бери новый.
— Ладно, — согласился я, — тогда пойду сполоснусь, вы ложитесь, не ждите. Утром поговорим. 
И оставив домашних, я пошел в баню, захватив с собой смену белья, полотенце, и кусочек мыла — Аня раньше перекладывала обмылками бельё, вроде как от моли, а теперь вот пригодились. 
Наверное во всей банной процедуре этот момент я люблю больше всего. — Предвкушение. Когда выходишь из дома, на улице мороз, а ты в «трусах и шляпе» бежишь в баню, представляя как залезешь на полок, поддашь парку, и затаив дыхание будешь ждать когда обжигающее облако опустится вниз, и можно будет вдохнуть полной грудью. 
Не знаю как кто, а я считаю что русская баня, впрочем как и любая другая, — залог здоровья и долгой жизни. 
Но несмотря на настрой, в этот раз париться я не стал. Хоть и люблю это дело, но уж больно спать хотелось. Так, похлестал пару минут где дотянулся, сполоснулся, и до дому, мечтая теперь не о парке с веничком, а о подушке с одеялом. 
Время пол второго. Все уже спят. Закрыл входную дверь, проверил по окнам, и завалившись на свой «дежурный» диван, захрапел не долетая до подушки. 
Сколько я спал не знаю. Но когда открыл глаза, было ещё темно, но спать совсем не хотелось. Я приподнялся. 
У печки, на деревянном табурете, тихонько сидела Аня.
— Ты чего не спишь? 
— Сон плохой приснился. — заторможено, не своим голосом, ответила жена.