Искусство бегать на каблуках (ЛП)

1. Не высовываться.
2. Попытаться смешаться с местными.
— Тебе лучше? — спросил Джимми, оглянувшись.
Этим утром на нем был какой-то растянутый свитер и поношенные вельветовые брюки. Если бы жизнь Лекси не стала такой запутанной, она могла бы, в самой мягкой форме, дать Джимми совет: сжечь его одежду, чтобы спасти себя и окружающих от этого ужаса. Но ее жизнь совсем запуталась, и Лекси ответила:
— Нет! Люди будут звонить Ходе и Кэти Ли, если увидят меня. — Она с трудом сглотнула.
— Как в той книге «Где Уальдо»? — Джимми покачал головой и перевернул пластиковый пакет над кроватью. — На тебя охотятся, как на Покемона.
Нелепый тихий смешок слетел с губ Лекси, и она прижала руку ко рту. Это было хуже, чем Уальдо или крот.
— Покемономаньяки.
Содержимое пакета рассыпалось по кровати.
— Что ж, Пикачу, если тебе станет легче, никто в супермаркете Сэндспита или в «Вафельном домике» не говорит ни о чем, кроме палтуса весом в сто восемьдесят килограмм, которого кто-то поймал вчера. Хотелось бы взглянуть на него перед отлетом.
— «Вафельный домик»? Ты позавтракал? — Лекси не думала, что сможет что-то съесть сейчас, но желудок урчал всю ночь из-за того, что вчера она слишком нервничала, чтобы вспомнить о еде.
— Я принес тебе булочки и имбирный эль.
Лекси застонала, подходя к кровати. Упаковка пончиков с корицей, две баночки эля и мобильный телефон лежали там вместе с шампунем, зубной щеткой и пастой и какой-то одеждой.
— Я тут подумал… Очень вероятно, что кто-нибудь видел, как ты садилась в «Морского кузнечика» прошлой ночью. На озере было более оживленно, чем в другие дни, из-за всех этих туристов, приехавших в город, чтобы застать твою свадьбу. Вероятно, это только вопрос времени, прежде чем кто-нибудь поймет, что в летающую лягушку втиснулась вовсе не огромная зефирка.
Джимми прав, но мозг Лекси был слишком возбужден, чтобы думать о чем-то серьезней черных спортивных брюк, красной футболки с надписью «Дух Сэндспита» и пары подделок под «угги».
— Что, если кто-нибудь спросит об этом?
И рыбацкой шляпы.
— Не говори правды.
Хотя и не совсем обычной рыбацкой шляпы.
— Ты хочешь, чтобы я солгал?
Лекси подняла шляпу и повертела ее из стороны в сторону.
— Нет, отклонился от истины.
— Одно и то же.
Красная голова лосося торчала спереди шляпы, а хвост выглядывал сзади.
— Что за черт, Джимми? Я думала, мы решили, что я должна смешаться с местными. Я не могу смешаться, когда у меня рыба на голове.
Он пожал плечами:
— Классная шляпа.
И это сказал парень, который носит старый авиаторский шлем и защитные очки. Он вытащил пачку канадских долларов и передал их Лекси. Джимми был как шпион под прикрытием. Он возражал, чтобы Лекси использовала кредитку, которую можно отследить через минуту после платежа. Вместо этого он оплатил отель и снял деньги с собственной карты.
— Мне надо идти. Я вернусь за тобой и Шоном через два дня.
Лекси решила не спорить по поводу его вкусов в шляпах. Она была благодарна Джимми за помощь, да и в самом деле, что следовало ожидать от человека, который всегда одевается так, будто участвует в «модном поединке»?
— Спасибо. Я все верну. Обещаю. Не знаю, что бы делала без тебя. — Лекси обняла своего друга, он в ответ сжал ее в успокаивающем объятии. — Я перед тобой в огромном долгу. — Она сделала шаг назад и посмотрела Джимми в глаза, находившиеся на том же уровне, что и ее собственные.
— Я знаю, — ответил он с улыбкой. — Но для чего же тогда нужны друзья?
— Тебе вернуть куртку? — Лекси указала на кожанку, висевшую в маленьком шкафу.
— Нет. Заберу послезавтра.
— Еще раз спасибо.
У кожанки оказался оторван карман, но Лекси все равно была ей рада.
Джимми шагнул к двери и рассмеялся, открывая ее.
— Не влипни в еще большие неприятности, пока меня не будет.
— О, Боже, нет. — Лекси покачала головой. — Я не собираюсь покидать этот номер.
Она заперла за Джимми дверь и снова села в центр кровати. К обнаженному колену подкатилась банка эля, и Лекси взяла ее, открыла, потом отключила громкость на пульте. На ней была фланелевая рубашка, которую она позаимствовала у Шона предыдущей ночью. Неужели всего лишь вчера вечером она сбежала со своей свадьбы, запрыгнула в самолет Джимми и в итоге оказалась в Сэндспите? Неужели менее двенадцати часов назад она смотрела в зеленые глаза и на темную щетину мужчины, который выглядел так, будто спрыгнул с обложки журнала «Мен’с Хелф»? Неужели меньше двенадцати часов назад он отдал ей свою рубашку? Случилось так много, что казалось, будто прошли все сорок восемь часов.
 
Приземлившись в Сэндспите, они все упаковались в зеленую «субару». Ключи торчали в замке зажигания, и Лекси подумала, не стала ли теперь соучастницей большого ограбления или не была ли машина оставлена у причала для Шона. Она склонялась к последнему варианту, но к тому времени была слишком усталой и замерзшей, чтобы переживать об этом. Шон высадил Лекси и Джимми у «Харбор Инн» даже не попрощавшись. Лекси бы не удивилась, если бы он оставил после себя запах жженой резины в воздухе.
Он ничего не был ей должен. Он помог ей с платьем, предложил выпивку и свою рубашку, но… было бы мило, если бы Шон дождался, пока Джимми зарегистрируется, прежде чем унестись прочь, как будто уезжал с места преступления, оставив Лекси прятаться снаружи в ее Лабутенах, фланелевой рубашке и кожанке Джимми. Лекси глотнула эля и поморщилась. Имбирный эль всегда напоминал ей, как она болела в детстве. Вчера Лекси не только выглядела как низкопробная шлюха, но и чувствовала себя сбежавшей из тюрьмы заключенной, прячась в кустах, и не могла просто войти в фойе отеля и попросить номер.
Вместо этого она ждала за углом здания, пока Джимми снимет два номера. Двери каждой комнаты выходили на парковку. Лекси не думала, что кто-то видел, как она зашла в седьмой номер, по крайней мере, надеялась на это. Особенно теперь, когда Хода и Кэти Ли начали на нее охоту. Рядом с рыболовной шляпой лежал телефон с предоплаченным временем. Лекси смотрела на него с раздражением и ужасом, но не смогла сопротивляться неизбежному и взяла его. Сердце бешено стучало, когда она набирала номер, и с каждым гудком этот стук отдавался все громче у нее в голове.
— Алло.
Уголки губ Лекси задрожали, голос прервался.
— Привет, пап.
— Лекси? Где ты?
— Сэндспит, Британская Колумбия.
— Где?
Лекси почти улыбнулась:
— Это маленький город в проливе Хекате.
Воцарилась тишина, потом отец сказал:
— Это же чертовски близко к Аляске. Как, черт возьми, ты туда добралась?
— Джимми Паньотта и «Морской кузнечик».
— Летающая древесная лягушка?
— Ага. — Из глаз потекли слезы. — Я не могла выйти замуж за Пита.
— Что ж, ты чертовски постаралась, чтобы этого избежать. — Тон голоса отца стал ниже и злее. — Я предполагаю, с этим нелепым дельцем тебе помогла Мари.
— Да, но в этом нет ее вины.
— Было бы чертовски проще, если бы ты сказала мне или своей матери, что не можешь выйти за этого слабовольного осла, вместо того чтобы заставлять всю семью мучиться от неизвестности. — Лекси слышала, как гнев отца становится все сильнее, и знала, что неизбежное вот-вот произойдет. — У ворот нашего дома разбили лагерь репортеры, два идиота выскочили из-за машин на парковке в «Кей Арена»! Мы с твоей матерью всю ночь ждали вестей от тебя! Мы не знали, в Сиэтле ты или в Мехико, а может, в самом деле уехала в Швецию в этот раз.
— Прости, — чуть слышно прошептала Лекси и замолчала.
— Ты убежала вместо того, чтобы собрать яйца в кулак и разобраться с колоссальной заварушкой, которую устроила!
— У меня нет яиц, пап.
— Иисусе, Алексис! — выпалил он перед тем, как случилось неизбежное и слова превратились в длинный поток нечленораздельной брани.
Лекси почти слышала, как из ушей отца валит дым.
Она ненавидела злить родителей. У них была идеальная жизнь. И Лекси пыталась сделать свою идеальной тоже, но, кажется, всегда терпела неудачу. Особенно когда действовала без продуманного плана.