Искусство бегать на каблуках (ЛП)

— Я собираюсь заняться с тобой любовью, — сообщил Шон, раздев ее и уложив на кровать.
Все, что она услышала, было слово «любовь», и ее сердце ответило: «Да».
— Весь день я думал только о тебе. — Он скользнул языком по ее тугому соску, затем поднял голову и посмотрел в глаза. — Я думаю, что у меня зависимость.
Шон скользнул в нее, решительно и мощно, и Лекси закрыла глаза. Ее пульс стучал так сильно, что она ничего не слышала из-за бешено колотящегося сердца. Она целовала Шона, касалась его и занималась с ним любовью своим телом. Этот раз отличался от предыдущих. На этот раз вовлечены были сердце и душа, поглощая ее, подавляя все мысли в голове, кроме как о нем.
— Шон, — выдохнула она, когда первая волна оргазма собралась у нее между ног и обожгла изнутри и снаружи. — Шон.
— Поговори со мной, Лекси. — Он толкнулся дальше, сильнее и чертовски жарче. — Поговори со мной, принцесса.
— О Боже! — Она выгнулась, когда второй оргазм сжег первый. — Не останавливайся. — Ее глаза распахнулись, и она подумала, что может умереть от удовольствия. — Я люблю тебя, Шон.
Только после того, как их дыхание успокоилось, а пот на коже остыл, она поняла, что сказала.
— Секс с тобой с каждым разом становится лучше, — сказал Шон и перекатился, чтобы лечь рядом. — Ты удивительная.
Это был не тот ответ, которого ожидала Лекси, когда выпалила, что любит его. На мгновение она замолчала, а затем спросила:
— Ты меня слышал?
Он закрыл глаза и удовлетворенно вздохнул:
— Хм.
— Ты слышал, как я сказала, что люблю тебя?
— Ага. Это просто твой оргазм говорит. Иногда это случается во время хорошего секса.
Только не с ней.
— Это случалось с тобой?
— Хм.
Судя по голосу, Шон собирался заснуть, и Лекси толкнула его локтем и повторила:
— Это случалось с тобой?
— Нет, но оргазмы не делают меня эмоциональным.
Она села и посмотрела на его закрытые глаза.
— Действительно?
— Да не переживай так. Женщины просто говорят в пылу. — Он зевнул. — Мы забудем это к утру.
Быть такого не может.
— Меня секс так не захватывает, и я знаю разницу между любовью и пылом. У меня еще мозги на месте. Помнишь?
— Мы можем поговорить об этом позже. — Он приоткрыл глаз: — Почему бы тебе не прилечь рядом со мной?
— Ты мне не веришь.
Лекси не собиралась выпаливать это, но не удержалась, и Шон ей не поверил. Он хотел выбросить ее из головы, как и других женщин, с которыми спал, которые страдали от «пыла». Лекси села и потянулась за своим нижним бельем. Она знала, что Шон ее не любит. Всплакнувшее сердце дало понять, что в нем жила надежда, вдруг Шон чувствует то же самое, а Лекси не ожидала такого. Но также не ожидала, что с ней будут обращаться, как с еще одной женщиной, которая сказала, что любит его. Она не была особенной и не знала, почему ожидала большего. Шон приоткрыл оба глаза.
— Куда ты собралась?
— Домой.
— К чему такая спешка? — проговорил он сквозь очередной зевок. — Я отвезу тебя утром.
— Я вызову такси.
Лекси застегнула лифчик и потянулась за рубашкой на полу. Это привлекло внимание Шона, и он сел.
— Что делаешь?
— Одеваюсь.
— Вижу. Почему? — Ей надо уйти. Выбраться. Как можно быстрее, пока она не ударила его и не разрыдалась, несомненно, как и все другие женщины. Это была ее вина. Она влюбилась в мужчину, который только притворялся, что любит ее. — Ты выше этого, Лекси. — Он завернулся в простыню и встал. — Ты лучше, чем женщины, которые обижаются и ведут себя таким образом.
Она тоже так думала. И не угадала.
Шон сделал паузу, словно пораженный мыслью:
— У тебя скоро начнутся месячные?
У нее отвисла челюсть, и Лекси задохнулась:
— Скажи мне, что я ослышалась.
— Извини, но ты ни с того ни с сего так возбудилась. — А он нет. Нисколько. Ни по какой причине. — Я думаю, ты просто запуталась.
— Ты меня оскорбляешь.
— То, что ты чувствуешь, нереально. Ты поймешь это завтра.
— Не смей говорить мне, что я чувствую или что я пойму завтра. — Лекси натянула рубашку через голову и подпрыгнула на одной ноге, а затем на другой, забираясь в штаны. — Я знаю, что чувствую. Я знаю, что чувствую, когда ты входишь в комнату и вижу, как ты улыбаешься мне. Я знаю, что от прикосновения твоей руки к моей пояснице у меня сердце замирает и сильно колотится одновременно. Я знаю, тебе нравится говорить себе, что ты хороший парень из-за очевидных поступков, но делает тебя хорошим парнем, то, что не так очевидно. Может быть, даже тебе. — Она застегнула молнию на штанах и снова посмотрела ему в лицо. — Но я вижу тебя, Шон. — Он насупил брови и сжал губы, как будто она заглянула в него глубоко, и ему это не понравилось. — Ты не обязан любить меня в ответ. Это нормально. — Нет, не нормально. — Я имею в виду, что никогда не ожидала этого от тебя. Мы договорились. Вот и все, но не говори мне, что я запуталась, как и все другие женщины, которые имели несчастье сказать, что любят тебя. — Лекси откинула волосы с лица. То ли от напряжения, то ли от эмоций ее дыхание стало частым и прерывистым. — Вместо того, чтобы обвинять мои месячные — что, кстати, так типично для мужчин, — по крайней мере, ты мог бы сказать, мол, Боже, Лекси, как мило.
 
— Боже, Лекси, как мило.
У Лекси опустились руки, когда она смотрела, как Шон стирает всякое выражение со своего красивого лица.
— Может быть, ты мог бы подделать некоторые эмоции.
— Извини. В следующий раз запиши это для меня в одной из своих надоедливых записок.
Теперь он просто добавлял к ране оскорбление.
— Ты ведешь себя как придурок.
— А ты чересчур эмоциональна.
— Что ж, извини. — Лекси подобрала чулки и туфли. — Я сказала, что люблю тебя, а ты сказал, что я запуталась.
— Так и есть. — Шон боролся с простынью, но смог собрать ее в одной руке. — Ради бога, два месяца назад ты думала, чт
о влюблена в Пита Далтона.
Лекси вздернула подбородок и собрала все свое достоинство:
— Это было низко.
— Зато правда.
Она сунула туфли под мышку. Ее сердце сжалось, глаза защипало, и, прежде чем полностью разбиться на куски, она сказала:
— Спасибо за все, что ты сделал, чтобы помочь мне. — Ей следовало бы покончить со всем этим прямо сейчас, пока у нее еще была крупица гордости, но помоги ей бог, она не могла заставить свое сердце проститься. Еще нет. — Лучше, если мы просто сохраним эту дурацкую сделку до середины следующего месяца.
  
ГЛАВА 15
 
«Люби меня, как можешь только ты» (Элли Голдинг)
«Платановый зал» отеля «Времена года» сиял в золотистом отблеске свечей. Золотые скатерти и изысканный белый фарфор украшали круглые столы с букетами экзотических цветов. За столами с табличками в руках толпились легенды хоккея.
— Далее у нас будет поездка «все-включено» в Гонолулу, — объявил аукционист. — Начнем с двух тысяч. Две тысячи — слышу ли я «двадцать две»?
Пока торги вокруг него накалялись, Шон глядел на женщину, притворявшуюся рядом с ним статуей. Красивая статуя в красном платье. Тонкая талия, глубокое декольте.
— Ты выглядишь прекрасно.
— Спасибо.
Он не видел Лекси два дня. С тех пор, как она выбежала из его квартиры.
— У тебя слишком низкий вырез.
Лекси подняла табличку:
— Меня не волнует твое мнение.
Разозлилась? Так и он тоже. У нее, как у любой женщины, от хорошего секса размягчились мозги, и в голове образовалась каша. Он-то думал, что Лекси умнее большинства женщин.
— Это один из тех стандартных ответов, которые ты пишешь в своих памятках?
— Да. — Она опустила табличку, даже не взглянув в его сторону. — Раздел первый, подраздел «б», под «оставь меня в покое, Шон».
Он не знал, что больше всего вывело ее из себя. Что он тоже не размяк или что напоминал ей о том, сколько за последнее время она думала, что влюблена.