S-T-I-K-S. Иные 3 (СИ)

- Других квазов не нашли, - отрапортовали сразу несколько муров.
Внешник вколол иглу в толстую шею и медленно ввел янтарную жидкость.
Квазиха не подавала признаков жизни даже после дозы спека, и это озадачило все еще рассматривающего ее внешника.
- Дохлая она, - шмыгнул носом плешивый мужичонка в потертых джинсах.
- Мне насрать, приказано доставить всех, и я выполню приказ, - внешник жестом приказал мурам запихать бездыханное тело в броневик.
Через четверть часа все иммунные были погружены в грузовики.
- Зачем трупы-то брать? - Здоровяк в камуфляже морщил нос от вони, заполнившей весь стаб.
- Приказ тащить всех.
- Кусач бы ее сожрал, эту командиршу, - плешивый вжал голову в плечи, как от удара, и осмотрелся по сторонам.
- Меньше трепа, - рыкнул на него внешник, что-то записавший в блокнот. - Всех погрузили?
- Аха, всех, и живых, и дохлых, - отрапортовал плешивый и направился к машинам.
- А этого почему оставили? - внешник оторвался от блокнота и посмотрел на черный труп под навесом.
- Так этот черный уже, тронь, и рассыпется в прах. Чернота до него добралась. - Плешивенький мур отмахнулся от назойливого внешника.
Машины, глухо рыкая движками, медленно выехали со стаба.
- Ух, пронесло, - Храп отпихнул от себя закатывавшего глаза Павлушу.
- Они не вернуться? - Зоя боязливо покосилась на проход в черноте.
- Хрен бы их знал? - Храп, кряхтя, попытался встать на четвереньки.
- Ммм, - тихо замычал кваз, потерявший сознание от использования дара.
- Надо валить отсюда, - здоровяк медленно поднялся на негнущихся лапах, которые дрожали от напряжения.
- Павлуша без сознания, и Таня еще не пришла в себя, - всхлипывала Зоя, поглаживая девочку по голове.
Храп доковылял до навеса и одним движением содрал ткань шмыгая носом. Аккуратно обойдя Деда, он расстелил полотно на земле и скомандовал: «Всем в гамак».
Медленно ковыляя по пыльной дороге между черноты Храп брел уже пару часов, его мотало из стороны в сторону и он несколько раз падал на колени придерживая на груди сбившихся в один бесформенный комок иммунных.
Когда наконец в просвете появилось поле он тяжело выдохнул и задрал башку вглядываясь в даль. Но колонны и след простыл, убедившись в том что их никто не караулит у черноты здоровяк вышел на поле и без сил свалился на землю отпихивая от себя куль с иммунными.
Зоя очнулась от громкого урчания зараженных, опасливо подбиравшихся к тушкам иммунных, неподвижно лежащих метрах в десяти от элитника, не подававшего признаков жизни. Этот сладкий запах еды сводил их с ума, а непреодолимый голод окончательно лишил страха. Самый шустрый схватил кусок ткани, укрывавший неподвижную еду, и потянул на себя, но отскочил в сторону, испугавшись неизвестно откуда возникшим перед ним элитником. Голограмма, которую создала Чуня, лишь на несколько минут удержала зараженных, которые серой массой уже вплотную подошли к неподвижно лежащим людям. У собачки просто не хватило сил поддерживать страшилку, так как она была почти полностью истощена, подпитывая сначала хозяина, а потом и мутанта, вытянувшего из нее все силы до капли. Бакс бесшумно оскалил клыки, но тоже не смог воспользоваться своим даром и отскочил в сторону от шустрого зараженного, клацнувшего зубами у самого уха льва. Женщина нащупала камень и кинула в голову мутанта, подбиравшегося к Тане. Камень с глухим стуком ударил по почти лысому черепу и, не нанеся большого урона, отскочил в сторону. Зоя, воспользовавшись минутным замешательством урчащих тварей, подхватила дочь и, спотыкаясь, побежала к Храпу. На Бакса навалились несколько урчалок, лев разрывал серую кожу, откидывая зараженных от себя, но они снова и снова кидались на него, оставляя на рыжей шкуре раны, из которых обильно шла кровь, запах которой свел их с ума окончательно. Чуня забилась под хозяина и, тихо рыча, все ещё пыталась отпугнуть урчащих на все лады тварей, не понимая, что их привлекает именно ее запах, а бесчувственно лежащее тело и так никуда от них не денется. Зоя, запихнув дочь под лапу Храпа, беззвучно зарыдала, закрыв лицо руками, понимая, что это конец.
 
- Уррррррр, - раздалось слабое урчание, и здоровяк пошевелил лапой, подгребая под себя Зою с дочерью, открыл глаза.
Бакс, истекая кровью, рычал и с остервенением катался по земле, разбрасывая вцепившихся в него злобно урчащих мутантов.
- Урк, уррррр, - Храп гортанно заурчал на все лады, но мелкие зараженные, попробовав крови кошака, обезумели и не реагировали на злобный рык элиты.
- Пошли вон! - Храп, окончательно придя в себя, заурчал так, что край черноты осыпался в пепел.
Зараженные замерли, потом рванули в поле, пихая друг друга и жалобно урча. Бакс поднялся с земли и тихо зарычал, скалясь, потом медленно подошел к Храпу и упал к мутанту под бок, тихо скуля. Зоя, выйдя из ступора, рванула к квазу, ухватив его за ворот рубашки, потащила мужчину к все ещё лежавшему на земле здоровяку. Чуня, тихо повизгивая, кинулась следом и забилась под морду элиты.
Храп тихо ворчал что-то про то, что он теперь похож на наседку с цыплятами, но иммунным было все равно, находясь под защитой высшего зараженного.
Зоя била нервная дрожь, когда она кинулась к брошенному на поле рюкзаку, понимая что от его содержимого зависит их жизнь.
Несколько глотков живца привели в сознание Павлушу и он все еще находясь под спеком глупо лыбился осматривая поле с тремя зараженными разорванными Баксом.
Храп от перенапряжения не мог пошевелиться, но превозмогая слабость тихо урчал отгоняя привлеченных запахом крови урчащих тварей устремившихся серой массой с края пекла.
Заражённые боялись злобного урчания элиты, его запах приводил их в ужас, но нестерпимый голод и такой сладкий запах жратвы придавал им храбрости и вселял надежду, что элитник пригласит их на пир.
Они топтались на месте, тихо урча и клацая желтыми зубами, от чего иммунных начинал бить нервный тик, заставляя все плотнее прижиматься к Храпу.
Здоровяк шумно вздыхал, не в силах подняться на лапы, слабость, накатившая после долгого забега из черного кластера, все еще давала о себе знать, и его веки безвольно закрывались. Храп хотел спать, отключиться ему не давало нытье Зои и бессвязное бормотание кваза.
- Храп, родненький, - причитала женщина. - Ты только не засыпай, а то твари нас по кусочкам растащат.
- Совсем озверели урчалки мелкие, элиту не бояться. Ничего, дайте только силы восстановить, и полетят клочки по улью, - здоровяк поскреб землю лапой, выпуская когти-ножи.
Зараженные наскакивая друг на друга отпрыгнули в сторону испугавшись скрежета огромных когтей оставивших на земле широкие борозды.
- Так-то лучше будет, - Храп махнул задней лапой и снес зазевавшемуся бегуну башку.
Фонтаном забила черная кровь, и более мелкие зараженные кинулись на поверженного собрата, отрывая от бившегося в агонии серого тела куски кожи и мяса, жадно слизывали кровь.
Храп дернул лапой и подцепил на коготь пустыша, несмело топтавшегося в стороне, зараженный задергался и жалобно заурчал. Но здоровяка это не остановило, и он запихал еще живого зараженного себе в пасть.
- Храп, делай что хочешь, больше слова плохого про тебя не скажу, - Зоя зажала голову руками, - только восстанавливайся скорее.
- Ну так-то лучше, - ответил здоровяк морщась от отвращения.
Серые твари, разодрав тело бегуна, утробно урчали, чавкая, и смотрели мутными глазами на огромного элитника, лежавшего на земле. Поверженным они его не считали, но подсознательно чувствовали его слабость и поэтому не покидали поле в надежде все-таки добраться до вкусного мяса.
Храп изловчился и поймал еще одного зараженного, целиком запихал его себе в пасть, разжевывая плоть огромными зубами, здоровяк старался не блевануть от тошнотворно вонючего мяса и смердящих кишок, понимая, что это единственный способ восстановиться и разогнать стервятников.