Счастье по завещанию - 2 (СИ)

Он меня пытается взять на «слабо»? Хитро. У него почти получилось. Если бы не одно но…
— Можно одолеть лишь того врага, которого видишь или хотя бы осознаешь, — с грустью повторила я слова Анхельсема. Только сейчас до меня дошел смысл сказанного.
Мне они стали близки и поняты. Ведь жреца не увидел никто. Чем сможет помочь Демиан? Только отвлечет мое внимание и погибнет сам. Разве можно допустить подобное?
Но в чем-то он все же прав. Если уж строить доверительные отношения, то двоим. Доверие должно быть обоюдным, иначе теряется весь смысл этого понятия. А я настолько сильно обижалась на Рорков, что утратила его. Поэтому и решала все вопросы сама. Но с другой стороны, герцог в то время тоже не был готов идти на уступки какой-то провинциальной девчонке, пусть даже ставшей волею судьбы его женой.
— А ты его видишь? — вдруг спросил Демиан.
— Скорее, осознаю его присутствие… — тут же отозвалась я.
И лишь после этого увидела размытый силуэт в красном. Жрец рвался ко мне сквозь толщу пространства и был уже довольно близко.
— Осознаю и вижу, но пока еще не четко, — тут же поправилась я.
— Тогда… доверься мне, Лисси. Пожалуйста… — последнее слово супруг произнес пробирающим шепотом прямо на ухо.
Одно слово. Всего одно. Но сколько в нем тепла и мольбы! Могла ли я отказать?
Нет! Нет! Нет же! Я отрицательно покачала головой, отвергая только что предложенную помощь. Но разве упрямый солдафон меня послушал? Он улыбнулся, склонился и на мгновение коротко дотронулся до моих губ шальным пьянящим поцелуем. Ничего светлее в моей жизни еще не было, и кто знает, случится ли еще. Я зажмурилась и постаралась запомнить это мгновение, ту сладость, те эмоции, то тепло, что разлилось в моем сердце.
— Есть древнее заклинание Рорков. Оно объединяет магов с созвучным даром. А мы подходим друг другу, Лис! Подходим, иначе «слеза королевы» никогда не приняла бы тебя, несмотря на то, что Торнборны связаны с драконами кровно. Это разные ритуалы, но все совпало и не следует отворачиваться от удачи, — продолжил говорить Демиан.
Жрец проявлялся все четче. Я уже могла различить черты его лица и даже цвет глаз. Они стали привычно карими. Тьма ушла из облика императорского советника, а вот злость нет. Она осталась, потому что была всегда!
— Демиан, пойми…
— Лис… Я прошу лишь на пару мгновений поверить мне, магии и нашему миру. Слышишь меня, девочка?
— Слышу, — эхом откликнулась я, утопая в зелени его глаз. Он смотрел на меня так, что реальность растворялась, оставляя лишь нас одних в каком-то мифическом уголке пространства.
— Ты видишь врага? — вновь спросил супруг.
— Да, — зачарованно ответила я.
— Тогда стань моими глазами, Лис! Я же буду твоим щитом, твоим карающим мечом. Я буду кем угодно, лишь бы ты верила в меня и была рядом.
Щитом? Мечом? Нет, любимый, у единого целого все общее: и глаза, и магия, и карающая зло длань. Поэтому я тоже стану для тебя всем. Но готова довериться. Сейчас… На пару мгновений…
Герцог что-то шептал, какие-то древние великие слова, связывающие нас воедино. Пусть ненадолго, но я почувствую его, как саму себя. Всего несколько мгновений он будет мой всецело, безраздельно и искренне. Так же как я на это время полностью стану его.
«Выигранное сражение еще не победа, — пронеслось в голове. Да, сейчас голос жреца был узнаваем и сочился ядом. — Жаль, что останутся жить все эти людишки. Но хозяин дотянется и до них. Придет время. А ты, Торнборн, все равно умрешь. Сегодня. Сейчас. Я заберу тебя с собой в бездну-у-у-у-у»!
То, что сейчас неслось на меня, только напоминало Джаса. Он первым принял темного бога. Где? Когда? Наверное, это так и останется тайной. Главное одно, он принял проклятого дракона по собственной воле. Значит, тьма уже жила в нем.
Это люди хитрят, изворачиваются, ищут в словах двойной или скрытый смысл. Драконы же поступают иначе, мыслят иначе и живут совсем по-другому. Для них важно добровольное согласие на их предложение. И не важно, светлый высший или проклятый. Они не мы, они другие.
 
Джас Мор — ключ ко всем бедам. Джас Мор — враг всего живого. Джас Мор — убийца, предатель, первостатейный мерзавец. Джас Мор должен умереть!
Не знаю, кто так решил. Мне в какой-то момент показалось, что я слышала голос королевы Анхель, но мое желание было созвучным с ее. И да, это я, Лисси Торнборн, приговорила сейчас преступника к смерти! Это я сейчас была судьей и палачом.
То, во что превратились мы с Демианом, слившись воедино, тоже было странным существом — живым сияющим шаром. Он летел прямо к жрецу, и я видела, как по мере нашего приближения меняется его лицо, превращаясь в гримасу ужаса. Мы же ничего не боялись, потому что разделить нас не смогла бы даже бездна.
Столкновение и…
Ослепительная вспышка, резкая боль и крик. Наверное, именно такой и бывает смерть — короткой и ошеломляющей, прямой, делящей все события на те, что были до и остальные, уже совсем не важные.
Но даже если я погибла, то моя жертва не была напрасной, потому что я видела гибель жреца. Жаль только, что не смогла последний раз взглянуть в зеленые, словно весенняя трава, глаза.
  
Глава 16
 
Было тепло, пахло прогорающими яблоневыми поленьями, весело трещавшими в камине, свежей сдобой и еще чем-то с детства знакомым, но почти уже забытым. Медуницей и лавандой? Именно такими травами в Торнборне перекладывали стиранное белье, чтобы оно стало душистым.
Как же давно это было! Словно в другой жизни.
О, Пресветлые! А ведь и правда в другой жизни. Я ведь умерла? Или нет?
По ощущениям, тело у меня все же было. Болели натруженные мышцы, саднило горло, и ныла каждая косточка, словно меня мял кто-то огромный и весьма недовольный. Хотя, так оно и было.
И, если предположить, что я все-таки жива, то, как себя чувствует герцог? Вдруг с ним что-то случилось?
Беспокойство заставило забыть о собственных неудобствах и распахнуть глаза. Я лежала на высокой кровати с резной спинкой в небольшой уютной комнатке. За окном занимался рассвет, а в углу, в кресле с полосатой обивкой и изогнутыми ножками удобно расположился… король!
Монарх мирно спал, громко посапывая и иногда всхрапывая, как уставший конь, у которого выдался трудный день. Конечно, учитывая мое положение герцогини, можно рассчитывать на присутствие фрейлины или даже служанки. Но сам монарх, вызвавшийся побыть сиделкой при жене брата, это знаете ли… В голове не укладывалось.
И как быть?
Покашлять, привлекая к себе внимание? Тихо встать и пойти искать того, кто мне все объяснит?
Очевидно, что бой мы все же выиграли. Ворота открыли. И Демиан выжил, иначе вряд ли его брат похрюкивал столь безмятежно в спальне чужой пока еще жены. И все же игнорировать его величество это плохая идея и вопиющее нарушение этикета. Леди Грейс бы пришла в ужас. Хотя… Она все равно пришла бы в ужас, застав величество в спальне воспитанницы.
Неизвестно от чего больше. Я же решила судьбу не искушать и тихонько кашлянула.
Сон монарха оказался тревожен и чуток. Георг смешно дернул носом и открыл на удивление ясные, такие же зеленые, как у брата, глаза. Словно и не он позорно заснул на почти боевом посту.
— Дорогая невестка, — тоже очень знакомо улыбнулся он. — Позвольте узнать, как вы себя чувствуете?
— Живой, — честно ответила я и даже не подумала смягчить свой ответ улыбкой. Как-то не до этого было. — А Демиан?..
— С ним все в порядке, — заверил король. — Я дал ему возможность поспать, пока вы отдыхали и приходили в себя. Распоряжусь на счет завтрака и позову брата, но потом мы обо всем подробно поговорим.
 
Слава, Пресветлым, что с Демианом все в порядке. Остальное можно пережить. А поговорить давно нужно. Я кивнула, и Георг вышел.
Дверь скрипнула, и в довольно широкую щель просунулась голова Милли. Девушка тут же широко улыбнулась и вошла уже вся. Вернее, вплыла, ибо за то время, пока мы не виделись в ней незримо, но кардинально что-то поменялось. Осанка, жесты, походка, манера держаться и взгляд. Милисента больше не опускала глаза, когда говорила со мной.