Беспредельщик (СИ)
А я сидела, как красавица из "Звонка", что из колодца вылазила. С лохматыми патлами на лицо и опущенной головой в песок.
Слезы лились из глаз сплошным потоком, окончательно прорвавшем плотину моего самообладания.
И весь этот сумасшедший баллаган происходил под звук ревущей сирены сигнализации дома.
И никто даже не додумался набрать код и отключить ее.
В прострации и анабиозе я вспомнила всего одно высказывание страховика
— Лилия, мне очень жаль, но у вас еще в прошлом месяце закончилось полное Каско страхование. Ваш отец отказался продлевать, сказал, что для вас это сейчас непосильные траты. А обычная страховка покрывает две тысячи долларов ущерба при аварии. Угон страховым случаем не считается…
Пиздец…
Глава 20
Лили.
Я шла в институт с четким намерением убить Самойлова. Реально взяла свой пневматический пистолет в рюкзак. Папа подвез меня к универу, пряча глаза в пол.
— Полиция сказала, что сработано чисто, без отпечатков и улик. Удивительно, как эти беспредельщики списали код твоей сигнализации и замка. Как завели машину. Я буду жаловаться в Порше центр. Мы это так не оставим, дочь…Лили?
Я вышла из машины молча, громко хлопнув дверью.
— Киса, я слышал твою тачку украли. Весь город гудит. Даже в интернете в новостях есть объявление. Хочешь, покажу, — Ринат подошел ближе.
Видя мой рассерженный вид, осмотрительно не приблизился на расстояние вытянутой руки.
— Где этот гребанный фрик? — сквозь зубы прошипела я.
Ринат уставился на меня, как психотерапевт на шизофреника с запущенной формой заболевания.
— При чем тут Самойлов? Уж не думаешь ли ты, киса, что это он угнал твою тачку? — с ухмылкой произнес Ринат.
— Нет, блядь, не думаю. Я точно знаю, что это этот уебок сделал! — прокричала я.
— Уф, киса, выдыхай! Прежде чем человека обвинять в преступлении, надо иметь веские доказательства…
— Отвали от меня, Ринат. Не нарывайся. Иди найди ту шлюху белобрысую, Светулю, и ей втирай свое дерьмо. А меня оставь в покое. Уже помог моей семье. Спасибо. Твой отец одобрил моему кредит, а я полностью рассчиталась своей пи*дой. Отработала!
Я толкнула его в плечо и пошла к муниципальной парковке.
— Лили, ну зачем ты так. И при чем здесь Света? — донесся жалобный писк мне в спину.
К черту. Я заебалась от всего.
Уйду из дома. Начну жизнь с белого листа.
Только машину свою сначала надо вернуть.
Самойлов, как ни в чем не бывало подъехал к универу и припарковал байк возле дерева. Снял шлем, сразу натянул капюшон и свой дебильный намордник. Опять весь в черном, словно он лидер движения сатанистов.
Я быстрым шагом в кроссовках направилась к нему.
Машинально засунула руку в рюкзак и нащупала пистолет. Хоть он и пневматический, но если выстрелить в упор в его наглющие ядовитые глаза, быть ему трупом. Убивать его при всех — беспросветная глупость.
Я это понимала даже пребывая в дичайшей ярости.
Надо его увести куда то подальше. Я оглянулась на гаражный кооператив через дорогу в дворах.
— Привет, Платон, — сдерживая гнев и раздражение прошипела я сквозь зубы.
Он смерил меня уничтожающим циничным взглядом. Таким, от которого я была готова осуществить задуманное прямо сейчас.
— "Потрахаться" сегодня не интересует. Чур, я пас, — сказал он и, отпихнув меня плечом, пошел к универу расслабленной вальяжной походкой.
— Нам надо поговорить. Если не боишься, пошли отойдем, — громко сказала я.
Он остановился и обернулся. Поправил рюкзак на плече.
— Ты составила прайс? Обсудить хочешь? Я люблю анал. Надеюсь, ты учитываешь пожелания клиентов? — с нескрываемой насмешкой в голосе подъебнул он меня.
Я заскрипела зубами. Вот же подонок!
— Прекрати грубить. Я тебя никак не оскорбила…пока. Ты с мамой тоже так разговариваешь? Как моральный урод?
Глаза Самойлова превратились в две щелки. Он резко сорвал с себя балаклаву. И подошел ко мне впритык. Его губы изогнулись в кривом оскале. Так, словно у него сейчас появятся вампирские клыки, и он сожрет меня.
— Ты явно попутала, Лили. Еще раз скажешь что то про мою мать, и я тебя задушу, — с этими словами он вцепился мертвой хваткой мне в шею. Совсем не по детски и не играючись. А с такой силищей, что мне казалось, он сейчас сломает мои шейные позвонки.
Я схватила его руку, царапая ногтями.
— Отпусти, псих, — прохрипела я, чувствуя, как не могу вздохнуть, и голова начинает вертолетить.
Он отшвырнул меня в тот момент, когда я задыхалась и пыталась вдохнуть.
— Ты совсем ненормальный. Я просто хотела поговорить, придурок, — я потерла шею, хватая ценный кислород.
— Говори. У тебя минута, — скомандовал он.
— Пошли отойдем. Туда, за гаражи, — сразу сориентировалась я.
Он презрительно фыркнул
— Боишься, что твои мажористые дружки увидят королеву рядом с беспризорником? — с насмешкой произнес он, — Или сто долларов понадобились. Решила глоткой отработать?
— Заткнись уже, — вскипела я.
Никто никогда не позволял себе со мной разговаривать настолько грубо и унизительно.
Я никому бы не позволила так с собой разговаривать. Уничтожила б на месте. Испепелила б взглядом. Превратила жизнь обидчика в кошмар. Ад при жизни.
А перед Самойловым я стояла, как под гипнозом его изумруда глаз. Словно под веками у него мистические камни вместо зрачков, и они своим мерцанием вводят меня в состояние близкое к трансу. Покорности.
— Ну пошли, — вдруг согласился Платон.
Я на миг зависла рядом с ним и забыла, что сама его должна была утащить к гаражам и пригрозить оружием, чтоб он вернул мою тачку.
Тут же мысль о любимой машинке придала решимости, и я прям побежала за ним. Он шел не оглядываясь, размашистым шагом. Один его — мои три. Я аж запыхалась.
И при этом еще мой взгляд все время соскальзывал на очертание его мускулистых плечей и задницы. Я уже знала насколько он крут без своих черных тряпок. В образах моей памяти четко отпечатались его механические татуировки, его выверенные движения на турниках. Его ловкость и сила.