Дымок (СИ)

Они будут обкладывать стены и потолок камнем, благо схемы создания для разумных с нужными специальностями Дымок передать мог, благоустраивать найденные каверны, заниматься водоотведением найденных источников воды, рассаживать колонии светящегося мха на нужные места, ставить фонари и сторожевые скальные форты, разрабатывать попадающиеся рудные залежи, короче, всем остальным, что не связано с прокладкой тоннелей. И в общем-то Диму все это вполне устраивало, так как ему все равно достанется самое интересное, а именно — копать. Тем более такие тоннели он еще не прокладывал, шириной в десять метров и высотой потолка в пять. Именно такие параметры были определены советом бюрократов для магистральных тоннелей.
Самый волнительный — это первый удар киркой. За этим ударом с волнением следило множество любопытных глаз, начиная от простых рабочих и руководителей будущих работ, до хобгоблинов гвардии, которая собралась тут почти в полном составе, так, на всякий случай, вдруг опять куда-то провалится Величайший! За ним, за Величайшим глаз да глаз нужен, он же того, по своей непоседливости может переплюнуть совсем мелкого гоблина. И вот и подрядили сотню могучих великанов, для гоблинов, конечно, великанов, следить за его величеством, чтобы как бы чего не учудил с большого ума! А Великий Шаман меж тем, с остервенением врубался в породу, куски которой не падали на пол, а исчезали в его необъятном инвентаре. С течением времени, буквально из воздуха, начали появляться кучи идеально ровных каменных блоков.
Помимо блоков, рядом с ними падали разноцветные кубики лут-боксов. Гоблины уже знали, что это такое, поэтому подбирали все это, затем относили на распаковку. Выпавшие предметы тщательно учитывались, а затем отправлялись на многочисленные склады дворца, а потом и в хранилища деревень. Все это богатство было объявлено государственной собственностью, и в дальнейшем продавалось всем желающим либо в государственных магазинах, либо, если предметы были редкими, то с аукционов. Оружие, книги, доспехи, подборки журналов, а такое тоже падало, пусть и очень редко, отсылалось в общественные библиотеки и государственные арсеналы.
Очень редкие предметы, например огнестрельное оружие, или магические артефакты, сразу шили на склады дворца и брались под особый контроль! Ведь подобные вещи являлись достоянием подземного королевства. Их сначала требовалось тщательно изучить, и уже потом решать, выпускать данную вещь в народ, или малость погодить. Работающие гоблины нет-нет, да посматривали на своего повелителя, который превратился в аналог проходческого комбайна, и шум от него шел соответствующий. Хотя сам Дымок этого ни разу не замечал, особенно когда полностью выходил в «рабочий режим». Он буквально кайфовал от этого праздника свободного копания. Ему несколько раз падало повышение профессии «Шахтер», но он только обратил внимание, что ориентироваться под землёй становится только легче и легче.
Кстати, по поводу огнестрельного оружия, судя по всему, система перешла уже на оружейные склады. А все потому, что, пусть оружие выпадало крайне редко, но оно было из разряда сильно устаревшего советского образца. Так, например, самым первым был знаменитый советский автомат «АК-47», легендарного, очень популярного среди коллекционеров первого выпуска*. Далее в подарочных кубах периодически стали попадаться патроны к этому оружию, а еще там были патроны для винтовки Мосина и пистолета Макарова. Поэтому для Димы не стало сюрпризом выпадение пистолета Стечкина** в деревянной кобуре и «СВТ-40». И если все остальное оружие отправилось на склад, то брутально и стильно выглядящий пистолет стал частью его экипировки.
Последовательно, по мере копания выпали та самая винтовка Мосина, в снайперском исполнении, пистолет Макарова, «ТТ» и пулемет «Максим». Такое частое выпадение оружие несколько напрягало Дмитрия, не давая полностью расслабиться при копании. Он довольно обосновано считал, что это «ж-ж-ж» не спроста. Где-то находились неправильные пчелы, ага, те самые что делают неправильный мед. Признаком того, что скоро что-то случиться стал пулемет «Льюис»*** в варианте выпуска 1917 года под американский патрон «30−06». Когда-то Дымок очень хотел такой просто подержать в руках, особенно после просмотра фильма «Белое солнце пустыни». И вот, в далеком мире, в глубоком подземелье, наконец сбылась мечта идиота.
 
То, что именно идиота, Дима понял тогда, когда попытался разобрать этот раритет. Все же сто четыре детали для ручного пулемета, это как-то многовато. И ни о какой разборке в полевых условиях даже мечтать было нельзя. Оказалось, что хотя это оружие во время первой мировой войны было практически ультимативным, особенно для легкой пехоты, однако с обычным «ПК» даже рядом не стояло по удобству и простоте обслуживания. Но не таскать же с собой «Максимку», который был еще сложнее. Поэтому он так и остался «пылиться» на системном складе. Почему в кавычках, да потому, что на системных складах пыли вообще не было, там даже свежие продукты не портились.
Это доставляло некоторые неудобства, особенно при приготовлении сыровяленых колбас, но в то же время снижало потери продуктов при хранении. Однако речь была не о продовольствии, а о том, что тревога, по мере копания первого большого коридора из множества запланированных, постоянно нарастала. Особенно очко нашего героя было готово перекусить лом, когда его кирка проваливалась в очередную каверну. Тогда он расширял пролом, затем брал пулемет на изготовку, и посылал на разведку хобгоблинов в тяжелой броне. Те сразу забрасывали в темноту одноразовые осветительные артефакты, а потом стальной лавиной кидались внутрь. Однако на протяжении трех километров тоннеля, пока еще ничего особенно опасного не было обнаружено.
Обычно это оказывались небольшие каверны, либо пустые, либо с небольшим количеством подземной растительности. Что удивительно, большинство мхов и лишайников были светящимися. И чутье на растения, связанное с Магией Природы, говорило о том, что это не естественная растительность, а магически измененная. И от этого картина мира все больше и больше усложнялась. Откуда в подземельях были эти каверны, откуда взялись подземные жители, откуда появились таинственные растения и подземные реки. И если раньше Дымка эти странности не сильно волновали, то с ростом интеллекта и мудрости он начинал думать и анализировать. И, внезапно, ему это понравилось! В смысле, понравилось думать! Оказалось, что это очень увлекательное занятие — думать!
Со временем чувство опасности притупилось и тоннель длиной в эпичные пять километров был завершен. Затраты по времени всего в пять месяцев работы одного человека были просто удивительно низкими. А все за счет того, что Дымок не отвлекался на всякую ерунду типа управления, производства, складирования всякого барахла и отделку тоннеля, для этого у него были подчиненные, которые, к тому же, оказались более талантливыми в плане наведения красоты и оформления интерьеров, чем сам Дымок. Все же и образование, и чувство прекрасного, у него в сознание было заложено воспитанием в детском доме и в армии. И как бы не хвалили образование в советском союзе, и воспитание в советской армии, оно все же было далеко от чувства прекрасного, зато к порядку и организованности приучало очень быстро!
Когда Дима объявил строительство главного тоннеля оконченным, он сам не поверил тому, что сотворил. Только сейчас, когда он смог осмотреться, у нашего героя получилось оценить свой труд. И первое что он увидел, это ровную и широкую полосу каменной дороги, противоположный конец которой терялся вдали, превращаясь в светлую точку. Почему в светлую, да потому, что весь тоннель был освещен специальными артефактами, дающими практически дневной свет. Пятиметровые сводчатые потолки придавали всему тоннелю вид торжественный и роскошный, особенно это подчеркивалось серым полированным камнем стен. Где-то вдалеке слышались команды, отдаваемые кавалерийскими свистками.
Это кавалерия нового гоблинского государства, наконец, нашла себе место, где можно без помех тренироваться и тренировать своих боевых крабанов. По крайней мере, до тех пор, пока в новом тоннеле не образовалось движение. Помимо самих гоблинов, которые с восторгом осматривали получившееся творение, к которому они приложили свои руки, система также не забыла о своем подопечном: