Восстание Сарда
— Сард, восемьсот шестьдесят два, сто девять, сто одиннадцать, триста двадцать пять, десять, рендон, альса Корвон.
— Личный чип-идентификатор… поврежден или отсутствует. Дополнительный чип… поврежден или отсутствует. Провести идентификацию с помощью имеющегося чипа?
— Да.
— Приветствую вас, господин маршал.
Показалось или нет, но в голосе ИИ прозвучала легкая усмешка. Гарт мотнул головой, отгоняя бредовые мысли, и посмотрел вокруг. Дрянь, что притаилась до поры за бронестеклом, должна быть уничтожена безвозвратно. Это Гарт осознавал четко.
— Полная санация блока номер девять пятнадцатого уровня.
— Для санации нужно покинуть помещение блока.
— Хорошо. — Гарт кивнул невидимому собеседнику и пошел к выходу. — Я пройду в центр управления.
Заняв не успевшее еще остыть место, Гарт стал просматривать структуру убежища.
— Доложить о состоянии систем жизнеобеспечения.
— Фильтровентиляционная установка и воздушные коммуникации. Состояние нормальное, идет ремонт резервного воздуховода. Средний износ систем — двадцать процентов. Ремблок, износ десять процентов. Энергоблок, системы подачи и распределения электроэнергии — износ четыре процента. Системы фильтрации и регенерации воды, водоводы, фановая система износ семнадцать процентов. Лабораторный блок в состоянии консервации. Идет глубокая санация девятой секции. Общий износ систем лабораторного блока анализу не поддается. Предположительный износ — тридцать процентов, погрешность десять процентов. Боевые системы… в состоянии консервации. Идет ремонт бойниц двадцать восьмой и двадцать девятой установок. Боевых мобильных платформ — сто сорок единиц. Из них на консервации — сто единиц. Внутренние огневые точки — сорок шесть единиц. Все в пассивном состоянии. Система мягкого подавления активна…
— Что с системами связи?
— Утерян контакт с орбитальной группировкой и центральным узлом командования и связи «Ррорда-центральная». Собственная система внешней связи — допуск отклонен.
— Это хорошо. — Гарт задумчиво покивал головой. — Жилой комплекс. Размеры, состояние?
— Жилой комплекс может принять с нормальным уровнем комфорта пятьсот двадцать человек, пятьдесят с высоким и десять с уровнем люкс. Был законсервирован ввиду отсутствия людей шесть лет назад.
— А где жил этот… Моран?
— Старший техник лаборатории девять-пятнадцать. Нил Моран проживал в апартаментах командующего центром.
— Полная санация комнаты и уборка.
— Будет исполнено, господин маршал.
— Обращаться ко мне можешь по имени — Гарт и без приставки господин.
— Хорошо, Гарт.
— Транспортные средства?
— Да, Гарт. Колесного транспорта — двадцать единиц. Подводная лодка класса «Минрон», малый курьерский корабль внутрисистемного класса, три истребителя-перехватчика «Равор-6» и три десантно-штурмовых корабля «Трам Нокк». Состояние кораблей хорошее, подводная лодка проходит цикл текущего ремонта и наладки.
— «Трам Нокк» — это с Атана? Модель восемь десять по общеимперскому каталогу? — Гарт наклонился так, словно собирался боднуть головой пульт.
— Да.
Планета Атан, входившая в состав империи, славилась не только своими специалистами по безопасности, но и одними из лучших корабельных верфей. Модель восемь-десять, как ее назвал Гарт, выделялась даже на этом фоне своей практически абсолютной надежностью и мощью корабельного вооружения. Таким образом становилась понятной аномальная глубина убежища, но причина, по которой штурмовики загнали под землю, от понимания Гарта ускользала.
— Назначение убежища?
— До шестьсот восемьдесят пятого года — центр планетарной обороны. После сооружения убежища «Ррорда-центр» выведено в резерв и передано во временную эксплуатацию корпорации «Биотех». После модернизации использовалось в проектах «Отражение», «Радуга» и ряде других.
— А что за проекты?
— Трансценция полифазных белков и…
— А если доступнее?
— «Отражение» — боевые вирусы нового поколения, а «Радуга» — проект по продлению жизни. Более точная информация хранится в лабораторном блоке.
— Занятно. — Гарт задумчиво посмотрел на потолок. — А почему убежище оказалось пустым?
— В момент объявления планетарной тревоги на территории убежища присутствовала лишь дежурная смена. Четыре техника и восемь старших лаборантов покинули убежище сразу после сигнала. Видимо, для того чтобы перевезти в убежище свои семьи. Остался лишь старший техник Моран, семья которого к этому времени уже погибла, и два дежурных офицера. После прицельного удара по убежищу в живых остался лишь Моран, так как в момент удара находился на нижних этажах. Через установленное время убежище было переведено в автономный режим и активированы системы активной обороны. Через пять лет согласно нормативу, убежище вышло из автономного режима.
— А как же Моран, он что…
— Старший техник Моран не имел доступа к управлению убежищем, — отрезал ИИ.
— А как, кстати, тебя называть? — Гарт улыбнулся. — Я вроде представился…
— Начальник комплекса обращался ко мне «База».
— Ну нет. База — это как-то… Это же не может быть именем? Как тебе насчет Борс? У меня был как-то приятель. Его звали Борс.
— Принято, Гарт.
— Хорошо, Борс! — Гарт потянулся. — Просчитай вероятность прорыва с поверхности Ррорды штурмовика «Трам Нокк» с учетом орбитальных крепостей.
— Старший техник Моран уже давал такую задачу. Результат — ноль. Орбитальных крепостей одиннадцать единиц. Относительно неприкрытыми остаются лишь полюса и только лишь на короткое время.
— А «Алоар» Дэ-девятнадцать сможет прорваться?
— Вероятность десять процентов.
— Негусто! — Только что вроде забрезжившая надежда стремительно меркла. — А как вообще можно решить такую задачу? Ну хоть теоретически?
— Часть группировки коммуникационных спутников уцелела. Я дешифровал командный код и могу управлять примерно десятком. Можно подвесить один из них между крепостями и попробовать перехватить сигнал обмена, а потом расшифровать. Но при имеющихся вычислительных мощностях это займет не менее пяти лет.
— Да. Пять лет — это срок, — согласился Гарт. — А потом что? Мы получим возможность управлять крепостями?
— Ненадолго. Только до тех пор, пока не сменят кодировки или не перейдут на ручное управление.
— Ненадолго — это на сколько? — уточнил Гарт.
— Три-пять минут.
— А потом опять ждать пять лет?
— Поскольку основные принципы построения кода будут уже известны, два-три года.
— Тоже не годится, — констатировал Гарт. — А можно их развернуть друг напротив друга и заставить выстрелить?
— Нет. Система опознавания «свой-чужой» реализована на аппаратном уровне и не может быть взломана за доступное время. Можно заставить их получить боковой импульс, и тогда они начнут вращаться вокруг оси. Таким образом, время, которое орбитальный щит не будет работать, увеличится вдвое.
— Значит, все упирается в срок расшифровки кода доступа?
— При мощности моих процессоров это займет не менее пяти лет, а возможно, и больше.
— А как можно увеличить вычислительную мощность?
— Самое простое — восстановить связь с другими убежищами или с центральным командным пунктом. — Голос ИИ явственно оживился. — Тогда можно будет объединить вычислительные мощности. Кроме того, у центрального командного пункта должен быть резерв средств противокосмической обороны. Это даст дополнительные возможности по преодолению пояса орбитальных крепостей.
— И координаты бункера дашь? — Гарт подозрительно нахмурился.
— Бункер не отвечает, — невесело ответил Борс. — Там может быть все что угодно.
— Так… — Гарт задумчиво крутанулся в кресле. — А не расскажешь ли, чем занимались остальные лаборатории центра? Что-то мне говорит, что ты совсем не похож на искусственный разум класса Дэ-шесть, как вроде бы полагается. Ты ведь вовсе не стандартный ИИ базы?
— Браво, Гарт. Сделать правильный вывод на основании такой скудной и противоречивой информации. Но ведь и ты вовсе не маршал, — теперь в голосе искусственного разума уже явственно слышались ехидные нотки.