Растопить ледяное сердце (СИ)

— На тебя нет. Ты всего лишь маленькая нежная девочка, которая боится причинить человеку боль. Я предполагал, что ты захочешь объясниться с Родригесом, — спокойно отвечает мне муж, а я рада бы возразить, но Райнхольд прав. Я именно такая, хоть и могу постоять за себя в опасной ситуации.. — Я думаю о том, что должен был пойти с тобой, чтобы тебе не пришлось выслушивать все это дерьмо.
— Так ты осуждаешь себя? — озаряет меня догадкой.
— Да, Аля. Хорошо, что герцог Родригес не посмел распустить рук, а ограничился только уничижением.
— Итан бы никогда не ударил меня, — говорю я, но сама слышу в своем голосе сомнение.
Раньше я бы и подумать не могла, что мой друг опустится до грязных слов и сравнений меня со шлюхой из борделя, которые здесь называют домами терпимости. Но это произошло. Кто знает, может и пощечина бы последовала, останься я у его двери еще на несколько минут.
— Никто не может предположить, что творится в голове у оскорбленного в своих чувствах мужчины. 
Понуро опускаю голову, признавая правоту мужа.
— Аля, — чутко уловив мою грусть, Райнхольд останавливается среди коридора и обнимает меня. — Ты ни в чем не виновата, просто в следующий раз постарайся быть более благоразумной.
— О чем вы все же говорили с Давидом? — перевожу тему, потому что мне обидно, что я не разглядела в душе Итана черноты, которая сегодня открылась мне.
А ведь следовало бы, еще после того, как он повел себя в доме убитого Анрея. Тогда я легкомысленно списала его поведение на боль от утраты друга, а оказалось, что Итан просто не выносит, когда кто-то нарушает его планы, он слишком подвержен эмоциям для человека, от которого зависит сохранность здоровья и жизни королевской семьи.
— Мне пришлось поведать ему часть правды. Но я умолчал о Темпусе и твоем иномирном происхождении, солгал, что ты выросла в одном из приютов доброго сердца, в который тебя подбросили еще в младенчестве.
— Думаешь, Давид поверил?
— Да, — без капли сомнений отвечает Райнхольд. — Когда вы с королевой отправились собирать твои вещи, мы еще раз все обсудили и пришли к решению, что лучше оставить легенду о твоем родстве с Кейтлайн. Король давно внес изменения в архивные документы, поданные Флэмена считают тебя кузиной королевы, именно в таком статусе они приняли тебя ко двору. Будет глупостью сейчас рассказать всем о том, как королевская чета нашла тебя в лесу, по которому ты бродила в беспамятстве.
— Мне без разницы, — честно отвечаю я. — Я доверяю тебе в этом вопросе, поэтому буду поддерживать ту версию, которую ты скажешь.
— Я рад, что ты доверяешь мне, — муж целует меня нежно, так сладко, что я разочарованно вздыхаю, когда он не позволяет углубить поцелуй, тем самым напоминая, что нам нужно скорее отправиться в Рэгнолд, где его ждут важные дела.
Хотелось бы запереться с ним в комнате на неделю или на целый месяц, чтобы никто и ничто не мешало нам наслаждаться друг другом. Чтобы он был только моим, не отвлекаясь на расследование, заботы о герцогстве, сестер и сослуживцев. Увы, но пока убийца не пойман, а мир висит на грани пропасти из-за тьмы, мои желания так и останутся просто фантазиями.
— Обещаю, что мы обязательно наверстаем, — догадавшись о моих мыслях, улыбается Райнхольд.
От его обещания ноет в груди. Я не уверена, что нам отпущено много времени, могу только надеяться, что тьма все же не доберется до меня раньше, чем мы найдем способ справиться с ней.
— А мой чемодан? — спохватываюсь я, когда мы приближаемся к портальному залу.
— Он уже у портала, — успокаивает меня муж. — Король и королева тоже там, хотят попрощаться.
— Будто я навсегда в другой мир перемещаюсь, — ворчу я, но в сердце теплеет. 
Я буду скучать по друзьям, по нашим совместным ужинам и завтракам, по тому, как дурачился Давид, когда мы играли в игру, похожую на “Крокодила”, как заливисто смеялась Кейт, подначивая мужа, изображавщего какое-нибудь экзотическое животное, по беззаботной жизни во дворце.
Мне кажется, что когда я войду в портал, моя жизнь снова разделится на “до” и “после”, как это было тогда, когда я шагнула за порог голубой двери, несмотря на предостережение, написанное на стене. Очередной этап моей жизни, которому я уже близка, как никогда. 
 
Остается только надеяться, что он будет долгим и счастливым.
  
Глава 46
 
Рэгнолд встречает нас солнцем и морозным воздухом, врывающимся в легкие, стоит нам только выйти из королевского дворца.
— Клаус должен был обеспечить транспорт, — оглядывается Райнхольд, когда мы выходим на площадь. — Вон там.
Синий экипаж с фамильным гербом герцога смиренно дожидается нас на специальной площадке для транспорта.
— Мне срочно нужно в управление, — извиняющимся тоном говорит муж. — Прости, но я не смогу сопроводить тебя в особняк.
— Как ты доберешься? — решаю, что мои обиды сейчас неуместны.
Конечно, я бы хотела, чтобы он остался со мной, лично бы представил своим сестрам и слугам. Но сейчас важнее поймать убийцу, который своими действиями может отдать во власть тьмы целый мир.
— На Ингварре, — показывает Райнхольд на белоснежного пегаса, который был запряжен в карету в день обряда наречения.
Точно помню, что у герцога их два. Как же эти кони называются? Кажется, слейпы. Уникальные существа, привязанные к своему владельцу так сильно, что умирают вместе с ним. Преданные, быстрые, способные преодолевать большие расстояния в короткие сроки и, по легендам, даже путешествовать между мирами.
— Иди, — провожу ладонью по плечу мужа. — Я способна самостоятельно доехать до особняка, тем более, что я в нем уже была.
— Я уже говорил, что ты потрясающая? — улыбаюсь и качаю головой. — Это мое упущение. Пойдем, я помогу тебе сесть в экипаж. 
Когда я оказываюсь на мягкой скамье, Райнхольд целует меня, глубоко, страстно. Этот поцелуй длится всего пару минут, но сразу отзывается ноющей тяжестью внизу живота.
— Я отдал распоряжения, тебя встретят и проведут в нашу спальню. Располагайся, не стесняйся. Левая гардеробная свободна, она полностью твоя. Завтра приедет модистка, ты её уже видела, Присцилла, сможешь заказать для себя наряды на все случаи жизни. Также я отдал приказ переоборудовать в мастерскую ту угловую комнату на втором этаже, о которой ты просила. Вивьен уехала в дом мужа, в особняке только Доротея. Я знаю, ваши отношения складывались нелегко, но постарайтесь познакомиться заново и не ругаться. 
— Когда ты успел? — ахаю я, пораженная его способностью так быстро все организовать.
— Пусть это останется моей маленькой тайной, — отвечает мне муж, глаза которого лукаво блестят.
— Когда ты вернешься? — перехватываю Райнхольда за руку, заметив, что он собрался покинуть экипаж.
— Не могу же я оставить молодую жену одну в нашу вторую брачную ночь? — слышу в его словах жаркое обещание.
— Определенно, нет.
Надеюсь, что хотя бы несколько часов у нас будет на то, чтобы остаться наедине и насладиться друг другом.
— Значит, к ужину вернусь, — улыбается Райнхольд и, бросив на меня многозначительный взгляд, захлопывает за собой дверцу экипажа.
Жаль, что в тот момент я даже не догадывалась, что свое обещание мой муж не сдержит — не вернется в особняк не только к ужину, но и к глубокой ночи.
Но это будет позже. 
А пока я провожу по скрытой занавеской панели управления, и экипаж трогается.
В отличие от своих первых дней в этом мире, теперь я знаю, что почти весь транспорт в Лираэллии работает на магии. Все еще встречаются, особенно в провинциях, повозки, которые тянут лошади, но постепенно их заменяют магическими. Для людей, которые не обладают магией, есть специальная кнопка, при нажатии на котору, капля магии из небольшой колбочки попадает на панель, активируя её, позволяя вести экипаж, задавать ему маршрут.
Существуют городские экипажи, которые делятся на два типа: одни, вроде наших автобусов, ходят по четко заданному маршруту и территории, вторые больше напоминают такси, можно выбрать конечную точку. Есть и частные, как, например, вот этот, на котором я сейчас еду. Обычно частные подчиняются только мысленным приказам главы семьи, а вот общественные — каждому, кто заплатил за проезд достаточное количество монет.