Возвращение ликвидатора 2 (СИ)
Более того, именно понимание сути происходящего могло помочь мне с другим моим затыком. Найти тот самый аргумент, которого не хватало для построения конструктивного диалога с Ледящевым.
Настоящий Чистильщик даже из такой беспросветной задницы найдет выход!
Когда прибыли заказанные материалы, мы с Игнатом устроили ему небольшое кровопускание. После чего я «покормил» пленницу. Без труда — она была настолько голодна, что не понадобилось бы и моего приказа. И лишь убедившись, что проблема отодвинута хоть ненадолго, завалился спать на диване.
А с утра приступил к реализации своего плана. Хотя, кому я вру — с утра, ха! С утра я в школу поперся, как образцовый ученик. Предварительно еще и домой заскочив, чтобы в форму переодеться и с мамой объясниться. Новая порция правдоподобного вранья, шесть уроков, и вот я уже еду на такси по указанному в сообщении от капитана адресу.
То есть, этому, конечно, предшествовал разговор в мессенджере, но приводить его стоит лишь вкратце. Что-то вроде такого.
Я: «Надо встретиться».
Ледящев: «Нафига?»
Я: «Очень надо!»
Ледящев: «Мне вот не очень….»
Далее шла история про то, как меня на дуэль вызвали, ироничные советы от капитана, которого, казалось, ситуация забавляет, найти хорошего представителя. Потом мой «эмоциональный всплеск» — я же ребенок, психика еще нестабильная, да-да. Угрозы все бросить, отдать отель в качестве виры и навсегда забыть о контактах с копами, как о страшном сне.
И, наконец согласие на встречу, адрес какой-то конспиративной квартиры (нельзя же, чтобы нас видели в месте!) и вот я уже в такси. А еще ведь и тренировку пришлось отменить. Тут, блин, счет на дни идет, а я по каким-то мутным местам шарахаюсь! И Мельниковым разговор не задался. Но об этом позже.
Ледящев встретил меня в дверях обычной двушки, находящейся в человейнике на окраине. Спальный микрорайон, дворы колодцы, дома, похожие на термитники. Замечательное место!
— Ну, рассказывай. — с недовольным видом потребовал капитан.
Бедолаге ведь пришлось все бросить, тоже в непонятную глушь ехать, во всю эту конспирацию играть. И все это для того, чтобы пацан (я, в смысле) не слетел с катушек и не пустил сложную оперативную разработку, по ветру.
— С чего бы начать?
Я прошел на кухню, открыл шкаф, взял стакан. Наполнил его водой из-под крана, вытащил из кармана энергетический батончик, развернули и откусил сразу половину. Стал медленно и тщательно пережевывать шоколадно-ореховую массу, помогая, при необходимости, водой.
Ледящева хватило лишь на одну минуту. Сперва терпеливо наблюдал, потом глаз его задергался, и, наконец, коп не выдержал.
— Ты жрать сюда приехал, Пичуга?
— Я по вашей милости без обеда, Сергей Сергеевич. — с набитым ртом ответил я. — А молодому растущему новусу важно правильно питаться.
— Зачем. Ты. Требовал. Встречу. — раздельно, видимо, чтобы не заорать на меня, произнес мужчина.
— Да прям требовал! Просто сказал, что она вам тоже выгодна. — видя, что мой собеседник уже начинает закипать, я заторопился. Не разговор, в смысле начинать, а челюстями двигать.
— Так! Проваливай!
— Вот так, значит, вы со своим агентом под прикрытием разговариваете!
— Какой агент, что ты несешь?
— Какой-какой? Один из лучших, если не самый. Тот, что принесет вам звания, должности, благосклонность начальства и внимание женского пола.
— Вот этот щегол пятнадцатилетний?
Пара минут такой перепалки, и господин капитан совершенно перестал сдерживаться. Нет, он не стал меня бить, хотя это был бы идеальный вариант, но орал и слюной брызгал, что любо-дорого было смотреть. Играл, конечно, но не во всем. Я считаю, что нервный тик даже такой профессионал подделать не сможет. Зацепил я его, все-таки!
А все потому, что я умею на людей влиять. Через какое-то время общения со мной, они как бы раскрываются, становятся искреннее, что ли…
Вот и Ледящев не выдержал.
— Зря вы так, господин капитан. — попенял я ему. — Я к вам пришел, как к взрослому и рассудительному человеку, важную информацию принес, а вы на меня кричите. Воля ваша, не нужно вам новостей, значит не нужно.
— Да говори уже. — устало махнул рукой коп, подтверждая, что по меньшей мере часть им проявляемых эмоций была такой же игрой, как и мои.
Я вывалил все, что произошло сегодня ночью. Вообще все. Не утаил и факт пожизненной присяги, которую мне пришлось принять от гражданки Фурсовой. И о своих умозаключениях рассказал, касательно ситуации с больными новусами.
По мере того, как я говорил, лицо капитана менялось. Под конец он хмыкнул, и с какой-то даже симпатией произнес. Как на котенка, которого нужно утопить, но жалко, сил нету!
— Ты в курсе, Пичуга, что только что пару пожизненных наговорил? Ну или даже на смертную казнь?
— В курсе, Сергей Сергеевич. Только пугать меня этим не надо, ладно? Я и так под полным колпаком вашей службы. Считай, и так под смертной казнью, только отсроченной.
— Ты еще не знаешь, что значит быть под колпаком.
— Вам ведь уже известно, кстати, что во мне ген Ликвидатора проснулся?
Мастерство смены темы со мной осталось даже в новой жизни. Ледящев закашлялся.
— Значит, известно. — удовлетворенно кивнул я. — И вся эта свистопляска с отелем, Воронцовыми и Ланскими, была затеяна в том числе и для того, чтобы испытать меня. Заодно и повязать. Одновременно с этим еще и пару борзых аристократических родов за ноздри взять.
— Допустим. — после почти минутной паузы произнес капитан.
Есть у фээсбешников (чекисты они, копы или советники Тайной Канцелярии Ее Императорского Величества — пофиг), одно слабое место. Они плохо умеют в откровенность. И сами не очень умеют раскрываться, и на чужой открытости сыпятся. Ловят диссонанс и виснут малеха. Тяжело это, когда привыкаешь жить в тайнах, намеках и недомолвках, взять и получить прямой в нос.
Поэтому, я использовал честность в этих важных для меня переговорах.
— Ой, да че там допускать⁈ — воскликнул я. — Все ж очевидно. И на поверхности лежит. Только план ваш, Сергей Сергеевич, нихрена не сработает.
— Это почему еще?
Броня еще не пробита, но трещины по ней уже пошли. Сейчас моя задача максимально расширить их.
— Потому, что Воронцовы вас просчитали полностью. Не знаю, кто у вас за планы отвечают, но у них тоже Аналитики не зря свой хлеб едят. Смотрите, как они давление оказывают — ровно по нижней кромке закона. Полшага, и хана им. Но они эти полшага не делают. И не сделают. Будут морщить меня до тех пор, пока либо меня не продавят, либо вас не вскроют. И даже что-то вымутят в итоге. А вы за это огребете неприятностей по службе. Чего, кстати, вы до них докопались?
Но Ледящев осторожничал. Профессиональная деформация не позволяла ему говорить открыто — это уже часть его природы. А против природы, как известно, не попрешь.
— Очень интересные мысли, Денис. — сказал он, удерживая покерфейс.
— Это факты. Факт — эпидемия среди новусов, которую вы скрываете. Факт — разработки двух семей аристо через меня и отель Духанова. Факт — вы уже проиграли.
— Пацан, обладающий, предположительно обладающий геномом Ликвидатора, сидит передо мной. Где же я проиграл?
— Давайте объясню. — растянул я губы в неживой улыбке. — Перед вами корячится два слитых проекта. Первый — прикормка Ликвидатора, который с вами сотрудничать не будет в принципе. Значит, придется его брать силой, паковать в закрытом НИИ, и пытаться вытащить нужный ген. Только не выйдет нихрена. С пленными функциями вы уже пытались это проделать, и ничего не вышло. Не получится и со мной. Ну и второй. Потраченное впустую неслабое финансирование, провоцирования знатных людей и едва не начавшаяся война родов. Это по минимуму, если брать.
— Очень сильные заявления, Денис…
— Ой, простите, Сергей Сергеевич. Я же совсем забыл про третий слив.
Тут сделал паузу, чтобы коп проникся важностью момента. И держал ее до тех пор, пока тот не произнес то, чего я ждал.