Ломота (СИ)

Ещё бы! 
А также о том, что он подбросил меня до работы.
Об остальных подробностях я, соответственно умолчала.
— Дин? — Роберт оглянулся с переднего пассажирского, и я открыла глаза, — мне нужно будет на пару дней уехать. В Питер, — как бы между прочим.
И я не против! Подобные краткосрочные командировки случаются у Роберта раз в два-три месяца. Но раньше он всегда говорил мне об этом заранее.
— Здорово, — удерживаю на нём задумчивый взгляд, и муж нервно дёргает уголком губ, — только почему я об этом только сейчас узнаю?
— Я сам только что узнал, — пожимает плечами и протягивает мне свой телефон, — Палыч  написал.
Я фокусирую свой взгляд на ярком дисплее, и от контраста буквы начинают плясать перед моими глазами. Но всё же мне удаётся прочесть распоряжение его босса.
— Ясно, — поджимаю губы, — утром?
— Да. Он прислал мне билет. В восемь утра вылет. Так что, ты скорее всего ещё будешь спать.
Скорее всего. Я ведь выбила себе на завтра почти выходной. Половинку выходного... в общем, на работу я поеду завтра только после обеда.
— Я соберу тебе сумку сейчас, — конечно, хочется, как можно быстрее лечь в постель. Но меня утешает мысль о том, что завтра я могу себе позволить несколько дополнительных часов сна.
— Спасибо, — он улыбается мне и, спустя пару секунд отворачивается.
А мысли в моей голове вновь нагромождаются одна на другую. И это жутко выводит из себя. Я стискиваю пальцы в кулак, но, помеха в виде мобильного заставляет меня очнуться.
Я всё ещё не прочла сообщения.
Убираю яркость на экране до минимума, и открываю мессенджер.
Надя. 
Полина. 
Лиана... 
И номер без имени. 
Но мне уже не нужно пояснять. Я и так в курсе о том, кто владелец. Практически одни семёрки, лишь в паре мест разбавленные тройкой и девяткой.
Это первое сообщение за последние сутки.
Вчера, я молча обошла его автомобиль и уехала на такси. Сегодня же я вообще весь день провела в офисе, прозвания подрядчиков и колдуя над макетом.
И даже выдохнула с облегчением, когда выключала свой телефон. Он не звонил и не писал. Значит, всё не так уж и запущено. Да, мне стоило самой ему позвонить, чтобы уточнить детали, касающиеся моего авто, но я до сих пор этого не сделала.
Бросив короткий взгляд на плечо Роберта, я глажу пальцем дисплей и первым открываю именно сообщение Марата.
Завтра машина будет на колёсах. Куда лучше подогнать? К дому или к офису? 
...
Раннее пробуждение всё время давалось мне нелегко. Привычка с годами не выработалась, и мне по сей день тяжело вставать по утрам. Чтобы подняться с постели, мне требуется три будильника. Помню, раньше Роберта этот факт забавлял. Сейчас — раздражает.
Рано утром, я так и не смогла выползти из постели, чтобы проводить мужа. Я лишь почувствовала его губы на своём лбу, а затем снова провалилась в сон. Мне снились родители, которые сейчас проживают в Эстонии. Мне снился мой младший брат, который, к сожалению, умер, когда ещё был ребёнком. А ещё я видела во сне себя, прогуливающуюся по незнакомой улице с коляской.
Я проснулась в тот момент, когда ребёнок начал плакать. Да так громко и истошно, что меня буквально подбросило в постели. Я распахнула глаза, глядя на люстру, и какое-то время просто приходила в себя. После перевела глаза на часы. Половина десятого.
День только наступил, а я уже устала...
Зацепила с тумбы телефон. Роб звонил. Но, не дозвонившись, написал о том, что уже прилетел и едет заселяться в гостиницу.
Растянувшись на кровати, я уставилась в зашторенное окно. Попыталась вспомнить подробности сна, но в моей памяти остались лишь обрывки. Как же быстро сны исчезают.
Отчётливо помню лишь плач ребёнка. Он до сих звучит у меня в голове. Сейчас мне кажется, что это плачу я. Моя душа.
Два года назад я потеряла ребёнка на восьмом месяце беременности. И невозможно описать словами то, что я пережила. Я и сама жить не хотела. Я проклинала врачей и себя за то, что не заметила вовремя изменения. Не почувствовала. Не прислушалась к своей интуиции.
 
В день, когда проходили искусственные роды, я была уверена, что лишилась не только ребёнка, но и собственной души. Я умерла в тот день вместе со своей девочкой.
Почувствовав, как ногти впиваются в ладони, я сделала глубокий вдох и повернулась на бок. Поджала колени к груди, и на несколько секунд закрыла глаза.
Соберись, Дина.
Это не то, с чего следует начинать новый день. Ты же только глаза открыла, а уже разбитая...
Поднявшись, наконец, с кровати, я перезвонила Роберту, а затем отправилась в душ. На скорую руку вымыла волосы, и почистила зубы. Нужно было хоть немного растрястись. Времени у меня было достаточно и, твёрдо решив потратить его с пользой, я высушила волосы и достала из шкафа спортивный костюм.
Когда вообще я в последний раз выбиралась на пробежку? В сентябре? Это очень давно. Чувствую, после этого опрометчивого решения, завтра мои ноги откажутся меня держать.
Стакан тёплой воды с утра, и спорт. Надеюсь, что второе не выйдет мне боком.
Намотав на стадионе во дворе нашей многоэтажки два круга, я повисла на турнике. Именно повисла. Словно уставшая мартышка, я схватилась руками за вертикальный поручень, и медленно сползла вниз. Вынула наушники, запихивая те в карман спортивной кофты.
Вот вам и перерыв.
Я в буквальном смысле готова была выплюнуть свои лёгкие. Мои ноги ныли, а дыхание было таким, словно я на смертном одре и вот-вот готова испустить дух.
— Воды? — это было похоже на ушат ледяной воды, которым меня окатили после горячей и душной бани.
Я повернулась на густой и до боли знакомый голос, и тут же наткнулась на мужскую руку, протягивающую мне маленькую бутылку с водой.
Мой взгляд пополз выше. До тех пор, пока не столкнулся с тёмными глазами, что хитро улыбались мне, демонстрируя мелкие морщинки вокруг.
Кажется, в этот раз я уже не так сильно удивляюсь...
— Всё хочу спросить, — произношу, слегка задыхаясь и перехватываю воду, — откуда узнал мой номер?
Разрываю зрительный контакт и откручиваю пластиковую крышку, чтобы смочить горло. Несмотря на подступающую злость, я старалась “держать лицо”. Я не хотела давать ему эмоции. Мне казалось, что он ими питается.
— При большом желании всё можно найти, — Марат опускается на корточки, и наши глаза оказываются на одном уровне, — почти всё. Не думаю, что номер мобильного такая уж проблема...
Смотрит на меня пристально. Обжигающе. Будто бурит в моей переносице отверстие.
Смотри. Я красная и потная. На мне ни грамма макияжа. Смотри. Нравится? Или уже не так сильно?
— Кажется, я просила тебя пригнать автомобиль к часу дня? Что не так с твоими часами?
Желание тонко уколоть его, подстёгивало изнутри. Мне хотелось спустить его на землю. Желательно, чтобы он больно ударился.
— Я звонил тебе, — Марат кивает на спортивный чехол для телефона, что висел на моём плече, — но ты не отвечала. Что не так с твоим слухом?
Он дразнит меня, явно наслаждаясь этим. Затем его взгляд опускается на мой рот, и я ощущаю лёгкое покалывание. Негодующе поджимаю губы и пытаюсь встать на ноги. А когда почувствовала на локте его пальцы, тут же одёрнула руку.
— Я сама поднимусь. Не трогай меня, — прошипела, отстраняясь, — я говорила тебе, чтобы ты не трогал меня!
Он ничего не ответил. Лишь ухмыльнулся и покачал головой. Отошёл на пару шагов, позволяя мне самостоятельно подняться.
— А я скучал по твоим зубкам, — Марат бессовестно обнажил свои — белые и ровные, широко улыбаясь и склоняя голову к плечу.
— Иди к чёрту! — не сдерживаю эмоции, пропаливая дыру у него во лбу, — мне уже осточертели твои подкаты, Марат. Ты понял? Сколько можно? На каком языке тебе объяснить, чтобы ты остановился?!
Тут же осекаюсь, оглядываясь по сторонам, чтобы убедиться в том, что ни одна знакомая душа не стала свидетелем моего выпада. Я нервно топчусь на месте. Цирк какой-то, ей-богу...