Легенда о Вороне и Лотосе

Я метнула в Цзянь Фэна острый взгляд, но он лишь усмехнулся.
Даже если я и не умела быть благодарной, он не имел права судить меня.
– Что с рудниками? Учение Ворона уже должно было узнать обо всем, что мы устроили в Хэши.
– Генералу доложили, что госпожа Чжоу ничего не знала о работах в Хэйцзинь Гу и она лично приедет в Хэши, чтобы доказать свою непричастность.
– Госпожа Чжоу?
Тетя. Сейчас она была хозяйкой Дворца Золотого Крыла, и за все эти годы я не слышала, чтобы она хоть раз покидала Учение. Ни она, ни… Синфу.
– Должно быть, они готовят что-то.
Я не могла уехать из Хэши завтра.
Я поднялась в поисках бумаги и чернил. Всего две фразы, но он должен был понять. Я сложила послание и протянула его сяо Хуаню, все это время внимательно слушающему нас.
– Отдай это генералу завтра, – прошептала я, – но только так, чтобы Глава Бай не видел.
Хуань кивнул и спрятал листок за пазухой.
– Я теперь беги, найди господина. У сестрицы есть еще одно важное дело.
– Так значит, сяо Хуань все-таки слуга, не мой, так твой! – засмеялся Цзянь Фэн, когда мальчик выбежал из комнаты.
– Не дразни его.
– Почему нет?
– Потому что это недостойно такого великого воина, как ты.
– Кажется, Фэнь-цзе вновь становится собой.
– Когда прибудет госпожа Чжоу?
– Это мне неизвестно.
Я бросила на него острый взгляд. Он просто не хотел говорить.
19
Я пришла спустя полчаса после нее.
Постучав в дверь, соединяющую поместья, я тонким голоском сообщила, что госпожа Сан забыла свой веер и госпожа Бинь велела вернуть его.
Мне открыла молоденькая служанка с гордо вздернутым носиком.
– Ну так возвращай, – ее ручки были слишком нежны, видимо, ей не доставалось тяжелой работы.
– Я должна вернуть лично. Чтобы он случайно не затерялся.
Служанка фыркнула, но впустила меня.
– Ты новенькая? Никогда тебя не видела в поместье Бинь.
Я кивнула. В этом наряде и я правда выглядела как служанка.
– А твой господин уже вернулся?
– Зачем тебе мой господин? – Слишком враждебно.
– Я лишь… – Я потупила взор.
– Как тебя зовут?
– А Фэнь.
– Так заруби себе на носу, А Фэнь, чтобы даже глаз не поднимала на моего господина!
Видно, эта девица и правда имела виды на Сан Цзы.
– Я поняла, сестрица.
– Сестрица… – Она фыркнула, но стоило нас окликнуть старшей служанке, моя провожатая тут же притихла.
– А Инь.
– Из поместья Бинь принесли забытый веер.
Старшая служанка взглянула на меня и нахмурилась.
– Принесла, так зачем тебе к госпоже?
– Госпожа Бинь попросила передать… – Я опустила глаза, будто не решаясь закончить.
– Так поторопитесь. Госпожа собирается уйти.
Меня провели во внутренние покои. В дверях мы столкнулись с Сан Цзы.
Господин Сан был одного возраста с моим наставником, у него были строгие, но не злые глаза. Наставница говорила, что он очень похож на отца, а от матери перенял лишь тонкие, редко улыбающиеся губы.
– Господин Сан. – Я протянула ему веер и подняла глаза.
Несколько секунд он не понимал, его брови начали хмуриться, и он уже собирался отругать прислугу, как его взгляд скользнул по моему лицу и он наконец узнал.
– Гао Фэнь?
– Господин Сан.
– Что ты здесь делаешь?
В этом наряде, в его доме.
– Вы говорили, что исполните одну мою просьбу.
– Приходи в другой раз.
– Не могу.
Но уже было поздно. Госпожа Сан, услышав наши голоса, вышла из комнаты.
– Что такое?
– Приходи в другой раз, – настойчиво повторил Сан Цзы.
– Госпожа Сан, я принесла забытый вами веер.
Я повернулась к ней и улыбнулась.
– Веер? Какой веер?
Дома она была другой. Та же гордость и прямая походка, только теперь тенью за ней тянулось раздражение. Я взяла веер из рук господина Сан и подала его госпоже.
– Что это?
– Уверена, вы помните.
 
И все-таки иногда я удивлялась тому, как коротка и легка была память людей. Почему все зло, совершенное ими, не оседало на их сердце зловонным илом и не прожигало грудь? Почему они так легко забывали и жили?
И все же она вспомнила. Не сразу, но вспомнила. Ее пальцы сжали веер, будто хотели тут же разорвать его в клочья. Так же, как она когда-то разорвала все воспоминания и развеяла их над рекой.
– Кто ты такая и что тебе нужно?
– Жаль, госпожа успела забыть мое лицо.
– Ты… А Инь, скажи, чтобы никто не входил сюда, и позови стражу!
А Инь испуганно выбежала. Остались лишь мы трое.
– Гао Фэнь. – Она выплюнула мое имя с презрением и страхом. – Ты! Ты! И ты посмела прийти?
– Госпожа Сан, вы сами говорили, что однажды приходит срок, когда приходится расплачиваться по всем счетам. Ваш брат уже заплатил.
– Цзы-эр, немедленно вышвырни эту тварь из нашего дома!
Теперь – это была она. Неистовая госпожа Сан, не та, которую видели люди. А та, которая легко шла на расправу и обман.
– Господин Сан, вы ведь узнали веер, не правда ли?
Я обернулась. Его бледное лицо молчало. Даже если и узнал, что с того, верно? Он был весь в отца, который покорно жил и умер по приказу этой женщины.
– Зачем ты явилась сюда? – Она пыталась вернуть себе достоинство, но ее глаза все еще пылали.
– Для того, чтобы дать господину Сану возможность исполнить свое обещание.
– Какое обещание?
– Которое он дал мне и моей наставнице пару лет назад.
– Юэ Гуан? Цзы-эр, ты виделся с этой продажной женщиной? – Благочестивая ярость подрагивала в ее зрачках страхом. Что, если он знает?
– Успокойтесь, матушка, – ему было стыдно перед ней, будто сейчас предстояло оправдываться за величайший позор, – я виделся с этой женщиной не более двух раз.
– И того достаточно!
Страх поутих.
– Но то были незабываемые встречи, не так ли, господин Сан?
– Матушка, не гневайтесь, Юэ Гуан спасла мне жизнь, и только. Я обещал отблагодарить ее и… госпожу Гао.
Тогда я узнала правду. Я спросила ее, почему она так переживает за этого господина Сана. Я спросила ее, любит ли она его. Я спросила, не зная. Она обещала никогда не лгать мне. В ту ночь она впервые позволила мне выпить вина, отныне признавая меня взрослой. В ту ночь я узнала, что этот господин Сан – ее брат. Он был старше лишь на четыре года, они росли вместе, запуская в саду воздушных змеев.
– И как ты посмотришь в глаза жене, если она узнает, что ты ходил к этой женщине?
– Матушка!
– Госпожа Сан, не гневайтесь на сына. Вам же прекрасно известно, что Юэ Гуан никогда бы не позволила приблизиться к себе господину Сану.
– Ты… маленькая змея, как только вползла в мой дом? Думаешь, если будешь шипеть, не найдется того, кто наступит тебе на голову?
Шипела не я, она. Даже ее зрачки шипели ядом, надеясь, что я замолчу на веки вечные.
– Скоро сюда явится стража, и уж тогда!
– А до тех пор, я уверена, господин Сан успеет выполнить просьбу его спасительницы. Вы же не откажетесь от данного слова?
– Я и правда дал слово. Но…
– Прекрасно, тогда прошу вас: вычеркните имя своей матери из родовой книги семьи Сан.
Сначала его лицо побледнело, потом изошлось краской.
– Да как ты… – Судорога не выпускала крик. Господин Сан не привык кричать.
– Не гневайтесь, господин. Ведь я здесь только лишь за тем, чтобы спасти ваш род от неминуемого позора.
– Ты! – Госпожа Сан больше не могла терпеть. Забыв о своей важности, она подбежала ко мне и дала оплеуху.
Одну. Я могла позволить ей одну, раз уж собиралась погубить ее.
– Госпожа Сан, неужели это и есть благодарность семье, которая взяла вас в законные жены, несмотря на скудное приданое?
Вторая пощечина замерла в сантиметре от моего лица. Я сжала ее запястье, так что ее губы искривились от боли.