Любовь черного лорда

Она дошла до лестницы, полагаясь при этом не столько на зрение, сколько на чутье. Весь дом был погружен во тьму — такой черный и безмолвный, как сама смерть.
Эмма сняла туфли. Она умела двигаться по этому дому совершенно бесшумно, и теперь это умение должно было сослужить ей добрую службу. Сделав несколько шагов по узкой лестнице, девушка внезапно остановилась. В воздухе витала беда — беда для нее. Ощущение это оказалось настолько отчетливым, что Эмме нестерпимо захотелось повернуться и бежать, бежать как можно дальше и быстрее. Но куда же здесь побежишь… Она прекрасно знала этот дом, даже лучше, чем сама Мириам. Пожалуй, Эмма смогла бы найти тут местечко, где можно было бы спрятаться.
Интересно, что сейчас: вечер, глубокая ночь или час перед рассветом? А какой день? Сколько она пролежала здесь без сознания?
Рано или поздно за окном посветлеет. Если к этому времени она успеет найти себе убежище, появится шанс спастись. Нужно собраться с мыслями и действовать.
Эмма спустилась по лестнице и застыла в коридоре. Когда глаза немного привыкли к темноте, девушка поняла, что дверь в маленькую гостиную — кабинет Мириам — открыта. Она, словно наяву, увидела свою кузину — злую, предвкушающую расправу над преступницей. Мириам умела заставить Эмму признаться даже в несовершенных грехах…
Сколько раз ей приходилось это делать… Но сейчас, когда грехи были реальными, она вовсе не собиралась каяться в них. Нет! Она не будет этого делать! Девушка повернулась, чтобы идти дальше, и вдруг услышала слабый стон.
Эмма Ланголет никогда не была трусихой. Стараясь ступать как можно тише, она подошла к двери, в надежде, что сможет что-нибудь разглядеть. В камине догорали поленья, наполняя комнату теплом. Этого тусклого света оказалось достаточно для того, чтобы Эмма увидела на полу неподвижную фигуру женщины.
— Герти! — мгновенно забыв об осторожности, девушка бросилась к служанке.
Слава богу! Герти была жива. Но тут Эмма с ужасом заметила, что одежда старой служанки порвана, а лицо и руки покрыты ссадинами и синяками.
Герти что-то шепнула, но Эмма не разобрала слов. Она опустилась на колени и склонилась к служанке поближе.
— Что случилось, Герти? Кто тебя избил? Где кузина Мириам?
Герти с трудом могла шевелить разбитыми губами.
— Беги, Эмма… Скорее уходи, пока они не…
Комната озарилась светом свечей в канделябре. Герти замолчала — возможно, навсегда. Эмма повернулась на свет.
Больше двух месяцев не видела она свою кузину и уже забыла, насколько устрашающе может выглядеть мисс де Винтер. Мириам стояла в дверях. На ее лице застыла гримаса ненависти и осуждения. Темное платье висело на худом теле. Присмотревшись, Эмма увидела на нем пятна крови.
— Мириам, — прошептала она, стараясь справиться с приступом страха.
— Очень мило с твоей стороны вернуться наконец домой, — это было сказано ледяным тоном. — Я не сомневалась, что ты постараешься скрыться от заслуженной кары.
Эмму охватила дрожь. Она боялась представить, какую судьбу уготовила ей Мириам.
— Что ты сделала с Герти?
— Она согрешила, — кузина пожала плечами. — За это ее следовало наказать. Она замышляла недоброе дело и поплатилась за это.
— Да о чем ты говоришь? Добрее Герти трудно найти человека!
— Она хотела помешать мне. Заявила, что я не имею права поступать так. Сказала, что не позволит мучить тебя. Как будто я собиралась тебя мучить, — Мириам презрительно усмехнулась. — Герти приняла справедливость за жестокость. У меня не было другого выхода, кроме как наказать ее. То же самое произойдет с тобой. На самом деле это будет тебе во благо. Чистая смерть лучше грязной жизни. Но я не обещаю тебе легкой кончины. Душа должна очиститься страданиями.
Эмма изо всех сил старалась побороть ужас. Герти у ее ног совсем затихла, слышалось лишь негромкое, прерывистое дыхание.
— Зачем тебе убивать меня, Мириам? Я ведь ушла из дома и не претендую на свое состояние. Деньги остались тебе. Распоряжайся ими, а про меня забудь.
— Не могу, — Мириам была непреклонна, — да и не хочу. Это он хотел бы оставить тебя в живых, чтобы потешиться тобой, но этого не позволю я. Кому, как не мне, знать твою порочную сущность! Я знаю, как ты жаждешь удовольствий. Он не получит тебя. Никто не получит.
 
— Кто, Мириам? О ком ты говоришь?
— Полагаю, обо мне.
Услышав этот голос, Эмма ужаснулась еще больше, хотя больше уж, казалось, и некуда. Она и думать забыла об этом человеке… Стоило ей взглянуть на негодяя, и девушка тут же поняла, кто притащил ее в этот дом.
— Лорд Дарнли, — прошептала Эмма.
— К вашим услугам, мисс, — мерзавец отодвинул Мириам, переступил через Герти и подошел к Эмме. — Мы с вашей кузиной заключили временный союз. Впрочем, она, очевидно, так не считает, — он перевел взгляд на Мириам. — Я не хочу, чтобы она умерла. По крайней мере, до тех пор, пока я не удовлетворю свои желания.
— Ее следует покарать.
— Всему свое время. Можете даже поприсутствовать. Вам ведь нравятся подобные сцены? Я слышал, как вы дышали за моей спиной, пока я расправлялся со служанкой.
— Ну нет! — крикнула Мириам. — Сначала я убью ее, а потом можете удовлетворять свои желания!
— Интересное предложение. Чувствуется фантазия. Здесь я вам не соперник… Девка нужна мне живой. Я хочу, чтобы она кричала и сопротивлялась. Впрочем, вы можете молиться за ее душу, пока я буду заниматься ее телом.
— Безбожник!
Мириам сжала кулаки и бросилась на Дарнли. Он схватил ее за руки, но Эмма не стала ждать, что за этим последует. Девушка стремглав выскочила из гостиной и устремилась по коридору, осознавая одно — она бежит от собственной смерти.
Эмма с разбегу ударилась обо что-то большое и теплое — что-то такое, чего раньше в этом доме не было. Она было вскрикнула, но это «что-то» оказалось с руками. Широкая ладонь тут же закрыла ей рот. Девушка отчаянно пыталась вырваться из железных тисков, но тут голос, который она и не думала больше услышать, прошипел ей в ухо:
— Да тише ты, дурочка! Или хочешь, чтобы эти двое нас услышали?
Эмма мгновенно затихла.
Какое счастье! Киллоран пришел за ней. Он спасет ее от этих вурдалаков.
— Как ты меня нашел? — пробормотала девушка сквозь слезы. — Как ты сюда попал? Они убили Герти и теперь хотят…
Граф встряхнул Эмму так, что ее голова дернулась от одного плеча к другому. Этого оказалось достаточно, чтобы она пришла в чувство.
— Тише, — приказал Киллоран, крепко сжимая ее руки.
— Ты ведь не отдашь меня им? Они меня замучают… Убьют…
— Черт возьми, Эмма!
— Но ты ведь говорил тогда, что отдашь меня Дарнли. Он убьет меня, как убил Герти. А Мириам будет смотреть…
— Ради бога, — прошипел Киллоран, крепко прижимая ее к себе. — Я не собираюсь отдавать тебя Дарнли. Хочешь, я убью его?
Эмма вспомнила окровавленную Герти, лежавшую на полу.
— Да, — неожиданно для самой себя сказала она… и тут же отказалась от своих слов: — Нет. Я просто хочу уйти из этого дома. Забери меня отсюда, Киллоран.
— Прости, детка, но мы не можем уйти прямо сейчас. Мне надо закончить одно старое дело.
— Нет! Умоляю, нет!
И тут послышались шаги. Мерцание свечей в канделябре возвестило о приближении врага, и Эмма потянула графа прочь. Вернее, не потянула, а попробовала потянуть. Киллоран остался неподвижен. За светом, который становился все ярче, он наблюдал с холодным, невозмутимым любопытством.
В дверном проеме показался Дарнли. Канделябр он держал в левой руке, правая была за спиной.
— Вот и ты, — он словно и не удивился, увидев графа. — Знаешь, Киллоран, ты мог бы и поспешить. Я уже начал бояться, что ты не ответишь на мой вызов. Впрочем, какие были сомнения в том, что похищение этой рыжей ведьмы оставит тебя равнодушным? — он злобно взглянул на Эмму и тут же шутовски поклонился. — С прискорбием вынужден сообщить вам, мисс, что вашей кузины больше нет с нами. Вы же видели, что она набросилась на меня. Я ее слегка толкнул, и мисс де Винтер упала. Виском на ручку кресла… Ваша кузина почему-то была уверена в том, что Господь избрал ее орудием возмездия, — в неверном мерцании свечей улыбка Дарнли показалась Эмме просто кошмарной. — Никак не желала перепоручить мщение мне. — Он перевел взгляд на Киллорана: — Собираешься пристрелить меня? А как же честное противостояние?