Н.У.Б.: палач по имени Амнезия (СИ)

Механик сделал несколько шагов к гаражу, приоткрыл дверь машины и выключил зажигание. На минуты, показавшиеся долгими, воцарилась темнота и тишина. Механик словно канул во мглу. Видимо, он просто сидел в салоне и молчал, окунаясь во вселенскую пустоту.
— Не могу сказать с полной уверенностью, что когда-то переживал что-то похожее или абсолютно точное, — вдруг нарушил порядок немой темноты искатель, — но понять твою логику я в состоянии. И знаешь что́ мне помогает это сделать?
В ответ последовало молчание.
— Если ты что-то там киваешь или подаёшь знаки — не забывай, что я просто не вижу твоей мимики и даже твоих очертаний, так что просто ответь, — сказал искатель.
— И что же? — раздалось из гаража.
— Понимание того, что это твоё хобби — не просто показатель твоих человеческих качеств, это и другое значение имеет: чисто практическое.
Через секунду послышался стук захлопнувшейся двери и мягкие шаги. Механик встал рядом:
— О каком же практическом применении тут можно говорить, если ты и сам соглашаешься, что ездить на ней не дадут?
— В этой твоей фразе и правда, и ложь одновременно, — сказал искатель. — Думай, — прошептал он. — Думай! — спустя секунду снова прошептал искатель уже сквозь зубы, с нескрываемой злобой.
— Что тут думать, — растерялся и опешил механик. — Я имею шансы не сойти с ума, потому что у меня есть моя ласточка. Разве это уже не хорошо?
— Сто́ит штабным шакалам прознать, что у тебя есть твоя ласточка, как ты её называешь, и в лучшем случае — конфискация. Но по моим соображениям — смерть. Или, лучше назвать это исчезновением? Как лучше назвать? Хотя, ни так, ни так не назовёшь.
— Почему?
— Да потому что умереть может только тот, кто живёт. Ты — не́ жи́-вё́шь, — отчеканил по слогам искатель. — А исчезнуть ты тоже не можешь, потому что ты ни для кого не существуешь. Может только в базе данных штаба, или многочисленных таких штабов, где с удовольствием поставят галочку, когда ты сдохнешь. Ладно, подведу мысль к логическому концу: уж если тебе посчастливилось ухватить удачу за хвост — постарайся, чтобы это действительно пригодилось. Перевожу: храни машину, она может пригодиться.
— Как? Я её и во дворе-то завожу с волнением и страхом. Да и не может это, наверное, долго незамеченным оставаться… — сбивчиво заспешил механик. — Что ты имеешь в виду — пригодится?
— То и имею. Вкратце: я иду в штаб. Прямо вот сейчас шёл и схлестнулся с вами — вернее, с этой крысой штабной и с бестиаром. Каковы будут итоги моего похода, я сказать не могу. Пока на моём счету два убитых таких вот чудовища и один легавый, который, похоже после смерти превратился в бестиара. Я мало понимаю суть происходящего, и всё это дико, но ты, надеюсь, будешь из тех, кто прояснит хоть что-то. А даже если нет — мне придётся идти дальше и добывать информацию и оружие самому. Если вдруг ты станешь препятствовать — болтать не буду.
— Я понял, — тихо сказал механик. — Если ты хочешь забрать машину — я не в силах буду помешать. А оставлять меня в живых или нет — я тоже не укажу. Тут уж… — после этих слов он вздохнул.
— Мне не нужна пока твоя машина. Да и смерть твоя пока тоже. Просто: продолжай её хранить и не играйся с шумом двигателя и включённым фарами. Пока не надо. Есть у меня предчувствие, что ласточка твоя ещё полетает. Ну а пока, — искатель сделал круговое движение головой до лёгкого хруста, который в ночной тиши раздался как треск веток, — помоги разобраться с трупом.
 Глава 6. Не то враг, не то союзник. Часть 1-4 
Искатель устало сделал несколько шагов в темноте и затих.
— Включи свет, — сказал он нетерпеливо механику.
Послышалась возня, затем шаги и рокот механизма, опускающего дверь гаража сверху вниз. Потом шаги раздались сзади и вскоре двор заполнился резким жёлтым светом. Искатель повращал головой, визуально определяя, где находится труп штабного.
Искать долго не пришлось: слева от себя, совсем недалеко боец увидел тело, казавшееся в темноте грузной массой, лишённой чётких очертаний. От окровавленного лица исходили причудливые, сюрреалистичные блики.
 
— Надо спрятать тело, — нарушил зловещую тишину механик, и голос его дрогнул от тревоги и запредельного волнения.
— Так за чем же дело стало? Открывай дом, сейчас втащим этого борова.
Механик испуганно затараторил:
— Нет уж. Нет. Только не у меня. Они же его обнаружат потом. Что если придут? Они стопудово его хватятся. И тут раз — у меня труп. И не просто труп, а штабного. Ты можешь раскинуть умом что́ они со мной сделают? — совершенно пал духом и расклеился механик.
— Представляю. А выбор каков?
Наступила очередная пауза, полная тревожного молчания.
— Эх ты, механик. Вас совсем, видимо, оболванили. Лишили шансов думать, искать варианты. Прикинь сам: зачем прятать этот труп, если по следам на теле видно, что убийство совершил не человек?
— Каков тогда план действий?
Нам не надо прятать труп и даже желательно к нему не прикасаться. Сейчас я просто обыщу тело — вдруг у него что полезное имеется. А попозже ты позвонишь в штаб. У тебя же есть телефон?
— Есть. Его возможно использовать только как средство связи со штабом.
— Нам большего и не надо.
Боец стал обыскивать карманы штабного. Ничего такого, что бы стоило прихватить себе в припасы у него не нашлось. Был телефон, но необходимость во втором смартфоне представлялась искателю сомнительной — всё же рюкзак был не бесконечный.
— Послушай, автолюбитель. Есть такой вопрос. Я хоть и недолго прожил с того момента, как ко мне вернулось сознание, не захватившее по пути память, но всё же очень сильно интересуюсь: а что случилось с большинством людей?
— Просто они мрут, — пожал плечами механик, — так я слышал. Не помню, когда точно и от кого. Мы все сейчас мало отличаемся от тебя — живём так, будто при потере памяти. Да и не только памяти, а и прошлого.
— А почему не мрут штабные? То есть мрут в какой-то мере, но явно недостаточной, — скосил взгляд искатель на труп штабного.
— Почему? У них есть всё: медикаменты, еда, вода, оружие, связи. А ещё… — механик сделал паузу и добавил шёпотом, — от одного чудаковатого человека я слышал, что мировая власть сотрудничает с дьяволом.
— А человек этот и впрямь чудаковатый, — вставая с корточек сказал боец. — На это проще всего ответить — продались дьяволу, впали во искушение и прочее. А дать подробную, обоснованную версию — это нет.
— Я ничего тебе не навязываю. Но ты что можешь предположить сам? Я уверен, что ты теряешься в догадках и сам ничего не можешь объяснить. И если действительно люди массово умирают, причём с попустительства властей, то даже не знаю, возможно ли было провернуть такую масштабную операцию по геноциду населения Земли без вмешательства Ада.
— Не знаю, какие силы они привлекли для того, чтобы достичь своих ублюдочных целей, знаю только то, что арсенал мои́х методов ничем ограничен не будет, по предельно ясным причинам.
Механик в ответ молчал.
— Ладно, сделаем паузу в философских рассуждениях. В любое время сюда могут нагрянуть легавые, и нам надо быть готовым к визиту — обговорить нашу, вернее, твою версию произошедших событий, чтобы, когда они начнут задавать вопросы, ты был во всеоружии. И есть маленький штришок.
Искатель пробежал взглядом по плохо освещённой земле и заметил небольшой отблеск. Подняв плохо различимый предмет с земли, он быстро подошёл к механику и наотмашь нанёс четыре удара справа налево по лицу механика.
 Глава 6. Не то враг, не то союзник. Часть 1-5 
Механик фыркнул, наклонился, упёршись ладонями в колени и смотрел, как на землю падают капли его крови, моментально пропадая в тёмной земле. Через несколько секунд он приподнял голову и всё ещё не понимая, что произошло, посмотрел на искателя.
— Это за что? — смог, наконец, вымолвить он, переводя дыхание.