Тебе почти повезло (СИ)

— Где? — оператор остановился. — За столом что ли? Много. Считай, вся съемочная группа, включая рабочих.
— Я к тому, что ляпнуть такое при всей честной компании — это надо быть либо сильно смелым, либо полным идиотом. Последствия могли быть серьезные.
— Да нет, это не тот случай. Там шумели все, не прислушиваясь друг к другу. Эта тема не была центральной, если ты об этом. Ну вот, считай, это все, что я могу тебе сказать. И показывать что-то еще нет никакой необходимости.
— Понятно, — кивнул Влад.
Распрощавшись с Волковым на лестнице, Влад вышел на улицу. Можно было, конечно, разыскать костюмершу Аллу, но к разговору с ней стоило как-то подготовиться. После такого громкого убийства, понятно, что никто откровенничать не захочет. Сейчас любой здравомыслящий будет выверять каждое слово, прежде чем что-то утверждать. Тем более в таком щекотливом вопросе. К тому же, вряд ли Алла сообщит что-то еще нового. Сейчас главное, что этот таинственный медбрат все-таки существует. Что ж, спасибо тебе, Петросян. Как только подобраться к нему…
Едва он взялся за ключ зажигания, как в кармане завибрировал мобильник.
— Доброго дня, Владислав Петрович, — раздался знакомый голос. — Если вы помните, я обещал сегодня вам позвонить. А вы обещали мне принять решение.
У Влада противно заныло в желудке. Он совсем забыл про этот мелодраматический сценарий, и никак не мог сейчас сообразить, что же ему ответить.
— Ну, я чувствую, что застал вас несколько врасплох. Очевидно, вы сейчас не можете говорить? — вкрадчиво поинтересовался Валерий Неверов. Влад наконец-то вспомнил его имя.
— Да-да, не могу. Я сейчас за рулем, — подхватил Влад.
— Ничего страшного. Я буду вас ждать в фойе гостиницы через два часа. Обговорим детали. Устроит?
— Вполне, — бодрым голосом ответил Влад, хотя ему в этот момент хотелось взвыть от безысходности. Что ж это получается — он уже не принадлежит самому себе. Полностью под колпаком. Теперь каждый, кому не лень, будет ему докучать своими прихотями, и нет никакой возможности скрыться от этих людей в укромном местечке. Хотя, что тут говорить — гостиница никак не попадает под категорию «укромных местечек». С таким же успехом он мог сидеть у себя в квартире.
Он откинулся на спинку сиденья и хмуро посмотрел на себя в зеркало заднего вида. Мелодрама как-то сейчас совсем не в тему. Но кушать надо. Причем довольно большому количеству людей. Кроме него самого, были его дети и еще — Глафира. Его бывшая — это отдельная, довольно внушительная, статья расходов. Каким-то образом изменить это положение вещей Влад даже не пытался, потому что крайними окажутся Артем и Нина, а дети страдать не должны.
Итак, мелодрама… Влад сложил ладони в подзорную трубу и начал рассматривать прохожих. В поле зрения не попалось ни одной женской фигуры, которая бы дала толчок его фантазии. Иногда он для тренировки давал себе такие задания: охарактеризовать первого увиденного в окне человека и попытаться написать короткую историю про него. Он тронул машину с места и включил радио. Влад никогда не верил в магию, но в этот момент ничем иным он не мог объяснить зазвучавшую вдруг песню. «Лиза, не исчезай…» — томно выводил Андрей Губин. Влад засмеялся в голос и зажмурил на мгновение глаза. Да! И еще раз да! Он займется этой мелодрамой, будь она неладна. В конце концов, похоже, у него наступил в жизни как раз тот момент, когда волей-неволей приходится что-то менять. В работе, в жизни…
Влад Семенов поднимался по ступенькам гостиницы уже совсем другим человеком. На лице играла улыбка, а в голове звучала песня, в такт которой он едва заметно покачивал головой. В номере было убрано, и потому, наверное, газета, одиноко лежавшая на журнальном столике, сразу бросилась ему в глаза. Продолжая мурлыкать мотив «Лизы», он мельком глянул на название — «Вечерние новости». Демонстративно скомкав издание, Влад выбросил газету в корзину для мусора.
До встречи с заказчиком сценария оставалось довольно много времени, и чтобы чем-то занять себя, он решил пообедать. Но потом, сбросив пальто, он опустился в кресло и занялся перелистыванием контактов в телефоне. Уж если писать мелодраму, то по некоторым вопросам ему придется проконсультироваться, так, для общего представления о жизненных ситуациях в сфере чувств. Пафосно сформулировав для себя задачу, он прокашлялся в ожидании ответа.
 
— Потапов на проводе…
— Здравствуйте, Егор. Вас Семенов беспокоит.
— Весь внимание, Владислав Петрович.
— Вы даже помните мое имя. Приятно.
— Память пока не подводила, — небрежно пояснил он. — Что заставило великого мастера интриги обратиться к моей скромной персоне? Я, честно признаюсь, иногда подумываю: а не проконсультироваться ли мне у Семенова? — Потапов коротко хохотнул. — Итак, я весь внимание.
Внезапно Влад почувствовал волнение, как будто он стоял на пороге экзаменационной комнаты.
— Знаете, когда звонил, то думал, что нужна консультация, но теперь…
Он замолчал, пытаясь как-то определиться в своих неясных желаниях.
— Что же смутило вас? — нарушил молчание Потапов ровным голосом психоаналитика. И Влад поддался на эту интонацию, как изголодавшаяся рыба на крючок.
— Егор, я понял, что мне нужна ваша помощь. Не консультация, нет. Вы можете выполнить для меня одно поручение? Я хотел сказать, — тут же поправился он, — найдется ли у вас для этого время?
— Для этого я должен знать, о чем конкретно идет речь. Надо встретиться. По телефону такие вопросы я не решаю.
— Конечно, конечно… В данную минуту вы свободны? Я мог бы подскочить к вам, — Влад суетливо глянул на часы.
— Я у себя в конторе. Пока свободен, но где-то через час у меня встреча с клиентом. Если вы недалеко, то можем перекинуться парой слов.
— Окей!
Первое, что увидел Влад, войдя в кабинет к сыщику, были ноги в домашних тапочках, бесцеремонно лежащие на столе. За длинными ногами, в глубине кресла, виднелась голова сыщика в наушниках. Он что-то слушал, закрыв глаза. Влад остановился на пороге, не смея нарушить тишину. Через короткое время Потапов приоткрыл один глаз и пальцем указал на стул.
— Да, интересно… — пространно выразился он, сняв наушники. — Понимаете, Владислав Петрович, если бы люди не имели голоса, преступления раскрыть было бы практически невозможно.
— Считаете? — с сомнением произнес Влад. — Я бы выбрал глаза. Разве зря говорят, что глаза не врут?
Потапов покрутил пальцами в разные стороны.
— Как вам сказать… скорее, все же врут. К тому же в глазах можно увидеть такую гамму разных чувств, что легко заплутать среди многочисленных нюансов.
— А голос?
— А его величество голос — это, я вам доложу, просто прелесть какая-то… Я вот слушаю, не видя глаз собеседника, и сразу понимаю — врет! Как бы ни старался человек, ложь вынуждает его ставить перед собой стену, непробиваемую, непроницаемую, чтобы никто ни о чем не догадался. И голос его бьется об эту стену, глохнет, задыхается.
— А как же выражение: врет как дышит.
— Это исключение, подтверждающее правило! — сыщик с азартом потер ладони. — Как мне с вами интересно разговаривать! Тот, кто врет как дышит — психопат. Не верите? Научно доказано, что патологические вруны — больные люди. У здорового человека вынужденная ложь губительно сказывается на его психике. Он страдает, мучается.
— Ну и как там, — Влад кивнул в сторону наушников, — лжец или честный?
— Лжец. Увы, — сыщик скорчил страдающую мину. — А ведь мне предстоит его защищать, быть адвокатом.
— Как такое может быть? — Влад брезгливо поморщился. — Вы идете против своей совести, сознательно причем. Егор, между нами, вы предаете самого себя. Вы же сами говорили, что от этого страдает психика. Он врет, вы будете врать…
— С чего вы взяли, что я буду защищать лжеца?