Выживут только волшебники

– Что-то не похоже…
– Что? – она удивленно уставилась на Кира.
– Не похоже, чтобы ты была рада, – повторил он.
– Очень смешно! Меня зовут Рада. Считай, что познакомились.
Несколько минут они шли в молчании. Кир первым его нарушил:
– Что за ветка? И зачем ее искать?
– А как без ветки ты собираешься учиться магии? – Рада смотрела на него со снисходительностью старшеклассницы, попавшей в детсадовскую группу. – Это направляющая ветвь, она усиливает магию.
– И как я ее найду?
– О, даже не сомневайся! Найдешь! – Рада улыбалась с некоторым злорадством. И глядя на эту улыбку, Кир начал смутно догадываться, что поход за персональным волшебным прутом может оказаться не слишком приятным.
Они подошли к лесу. Кир все еще не мог привыкнуть к тому, какими яркими были здесь деревья. Он залюбовался листками, цветами и не заметил, как обогнал свою спутницу.
– Погоди, – окликнула его Рада. – Теперь повторяй за мной. Это заклинание, простенькое. Срабатывает только один раз – когда ищут свою ветвь.
Киру стало не по себе. Его первое заклинание. Он еще помнил, как подействовала на него та, чужая магия. А что будет, когда он сам начнет… это… заклинать? Вдруг ему опять станет плохо?
Рада с самым серьезным видом проговорила:
– Раз, два, три, четыре, пять, я иду искать!
Кир не сразу нашелся, что ответить.
– Это что, шутка такая? Вроде – разыграть новичка?
Рада фыркнула:
– Нет, конечно. Делать мне больше нечего – шутить тут с тобой. Запомнил?
– Да как тут не запомнить! У нас это чудо-заклинание каждый ребенок знает. Очень ценная информация – если, конечно, играешь в прятки.
– Ну, знаешь ли, у нас его тоже не старики используют. За своей веткой в лес отправляются на шестой день рожденья. Так ты будешь повторять или мы тут до ночи постоим?
У Кира еще оставались сомнения: вдруг девчонка и впрямь решила над ним посмеяться. Особой симпатии она к нему не испытывала, так что ожидать от нее подвоха было бы правильно. И все-таки он пробормотал то, что требуется.
Рада оставалась серьезной – не хохотала радостно, не кричала «Попался!». Да и чувствовал он себя как и раньше: никаких побочных эффектов.
– А теперь иди и ищи…
Кир осторожно вошел в лес. Поначалу он просто бродил, глядя под ноги и высматривая среди травы сухие ветки. Как можно определить, которая из них волшебная, он не представлял.
– Что ты там ищешь на земле? – поинтересовалась Рада. Она держалась неподалеку, но шла чуть сзади.
– Как что? Ветку…
Теперь девушка хохотнула:
– Твоя ветка еще живая и растет на дереве. Так что ты не туда смотришь. Впрочем, если ты решил развести костер и подыскиваешь хворост, продолжай в том же духе!
Кир развернулся к ней:
– Да откуда мне знать, где ее искать! Посмотрел бы я, как ты у нас себя будешь чувствовать! Между прочим, я сюда к вам не очень-то и стремился! Все эти ветки, летающие дома, колдовство! Чушь!
Он круто повернулся и ускорил шаг. Напролом, сквозь кусты, спотыкаясь о деревья. Вглубь леса, в чащу, да куда угодно – лишь бы подальше от этой девицы.
Все, что он знал, все, чему учился долгие годы, все, в чем был лучшим, здесь никому не нужно. В этом нелепом и чуждом мире чужак – он. Он, Кир, победитель все мыслимых и немыслимых олимпиад, тут оказался беспомощнее и глупее первоклашки! И какая-то девчонка, явно не знающая таблицы умножения, мало того что прекрасно живет без этой самой таблицы, так еще и насмехается над ним.
Что-то просвистело рядом, больно ударило его по лицу и упало вниз.
– Стой! – Рада уже подбегала, – только не потеряй.
Кир потер щеку – больно! – и посмотрел под ноги. Там валялась зеленая ветка.
– Ну вот, я же говорила – найдешь. Быстро ты! Ну что застыл – поднимай, это твоя!
– Что вот так просто поднимать? Без всяких магических выкрутасов? Ритуальных танцев или… – он не смог придумать, какие еще нелепости могли бы сопровождать таинственный процесс поднятия ветки.
– Теперь уже нет, – озадаченно протянула Рада, – теперь с танцами. Ритуальными.
Кир уставился на нее:
 
– Ты шутишь, я надеюсь?
– Да что тебе кругом шутки мерещатся! Всё серьезно. Это твоя ветка. Твоя, понимаешь? Вон она тебя как хлестнула – как родного! А раз ветка твоя, тебе и решать, как ее поднимать. Если уж ты заговорил про ритуальные танцы – значит без них никак…
Кир выругался про себя. То есть эту танцевальную проблему он еще и сам на себя навлек. Краснея и оглядываясь на Раду, он пару раз подпрыгнул возле ветки, потом взмахнул руками, потом еще подпрыгнул, еще раз взмахнул. Ничего ритуальнее придумать не получалось.
– Так сойдет? – спросил он у девушки. Щеки пылали огнем.
– Я-то почем знаю? Это тебе решать, сойдет или нет.
Кир уставился на ветку. Нет, кажется, этого было недостаточно. Он вспомнил уроки вальса, на которые в принудительном порядке отправили всех мальчишек его школы в преддверии выпускного. У него вроде неплохо получалось тогда.
Как же это было?
Раз, два, три. Раз, два, три. Раз, два, три.
Кир вальсировал вокруг ветки, уже не обращая внимания на Раду и не особо беспокоясь, что выглядит со стороны совершенно по-идиотски. Ему даже вспомнилась музыка с репетиций – и пусть она звучала только в голове, получалось довольно гармонично. Шаг, шаг, поворот… Кир сделал еще несколько па, остановился и поднял ветку.
Ничего особенного. Просто веточка с резными по краям листьями и зелеными шишечками на конце.
– Ольха, – проговорила Рада задумчиво. – Странный выбор. Но он – твой. Мы можем идти.
– И чем же он странный? – Кир снова начал закипать.
Почему здесь никто и ничего не говорит прямо? Сплошные загадки и недоговорки! Но вопреки ожиданиям Рада ответила вполне обстоятельно:
– Обычно выбирают дуб, клен, липу… У меня – береза. А ольховой ветки я и не припомню ни у кого. Даже не знаю, есть ли в ней сила. Ну это мы скоро увидим.
Она помолчала и добавила:
– И танцы эти… Почему тебе пришло это в голову?
– Не знаю. Я вообще-то пошутить пытался.
Рада вскинула брови:
– Тебе всё это кажется несерьезным?
Кир молчал. Он и сам себе не мог бы ответить на вопрос, каким ему всё это кажется. Он предпочел избежать неудобной темы:
– И чем эти странности могут обернуться? У меня не получится?
– А я почем знаю? Может, это и не странности вовсе. До сих пор никто не искал ветку уже взрослым.
– И даже если потеряет или сломает ее?
Девушка рассмеялась:
– Это невозможно. Ветка этого не допустит.
Кир покрутил в руках свой трофей.
– Листья оборвать? – он вспомнил, что на прутиках Рады и Махагрона никакой зелени не было.
– Ты что! Ни в коем случае! Сами опадут. Надеюсь, что быстро. Не хватало еще явиться в университет с зеленой веткой!
Кир уверенно шагал по лесу. К счастью, его способность ориентироваться на местности никуда не делась. Рада не отставала.
– И что мне теперь с нею делать?
– Пока просто носи с собой. Думаю, сегодня-завтра дед научит тебя ее прятать.
Дед. Ясно.
Когда они вернулись домой, уже стемнело. Махагрон встретил их на пороге. Взглянул на ветку, присвистнул. Кир наконец-то решился засыпать мага вопросами, но его опередила Рада:
– Дед, мне нужно с тобой серьезно поговорить. Кирсен, светлого тебе сна! – и, не дожидаясь ответа, она направилась в гостиную.
Старик последовал за ней. На пороге он обернулся к растерянному Киру:
– Светлого сна! Завтра начнется твоя учеба.
Кир поднялся в свою комнату. Сколько можно! Когда, наконец, ему начнут хоть что-то рассказывать! Он небрежно бросил зеленую ветку на тумбочку. Итак, судя по тому, какие лица были у Рады с Махагроном, что-то с этим прутиком не так. А вот что именно, похоже, придется выяснять самому. Кир достал с книжной полки толстенный том «Веток и слов». Если повезет, хоть что-то тут да будет.
Слава интегралам, статьи в энциклопедии были расположены по алфавиту, а не по какому-нибудь неведомому принципу – по важности там или и вовсе по запаху, с этих магиков станется! После недолгих поисков Кир нашел нужное и стал читать, жадно впиваясь глазами в строчки.