Папа для Бусинки (СИ)
А дома меня встретила «скорая», напугав еще больше. Со страхом забежала в дом, сунула Софию няне. Увидела, как бледного Ромку несут на носилках к выходу. Он посмотрел на меня таким взглядом, что я поняла – он все знает. И такая безысходность была в глазах, что я отвела взгляд, не желая верить в худшее.
- Что случилось? – я схватила за руку плакавшую свекровь.
- У Ромы сердечный приступ. Мы чай пили, а он вскочил, закричал – «брат, Руслан», и рухнул, как подкошенный. Вот, увозят в больницу…
Я словно громом пораженная стояла посреди гостиной, потом тихо вышла, села на «Джиксер» и понеслась обратно на вертолетную площадку, так и не сказав никому о случившемся с Русланом. Им пока хватит переживать о другом… и потом, может Руслан выжил.
К утру стало ясно, что выжил только один пилот их двоих, а мой муж пропал без вести. Всех нашли, а его нет. Ни живого, ни мертвого.
Поиски шли неделю. За все это время, я приходила домой за полночь и уходила едва рассветало. Некогда было поесть, в сон, будто в черную дыру проваливалась. На работе взяла отпуск раньше времени, но мне пошли навстречу.
Меня взяли в спасательную группу, и мы прочесывали каждый сантиметр моря и побережья, на пятьсот километров в обе стороны. Нигде не было! Даже клочка от одежды! Сумку и рюкзак нашли в первый же день, а сам будто в воздухе растворился. Все было, как во сне, как в тумане… пару раз видела братьев Филатовых.
Первый раз, когда вылавливали коллег мужа, разорванных на части взрывом, ну хоть что-то же осталось. Мне некогда было смотреть по сторонам, боялась что-нибудь пропустить, но мельком заметила и Никитку, и Стаса. Они тоже усердно работали, не отвлекаясь.
Другой раз я разбирала предметы, которые водолазы доставали со дна моря и доставляли на борт небольшого судна, мы искали улики, а лично я, не знаю на что, надеясь, разглядывала каждую вещь, может, хоть что-то узнаю о муже.
Рядом со мной лежало снаряжение для подводных работ, уже использованное. Водолазы снимали здесь свои принадлежности, которые потом забирали куда-то, может, сушили и баллоны заправляли.
Вижу, парень, который только что вылез из воды, пытается снять с себя громоздкий костюм, а не получается. Обычно здесь торчал мужик, помогал раздеваться тем, кто поднялся со дна. А сейчас его не было, обедать ушел, наверное. Я подошла, стала помогать, отстегнула шлем, а там Стас… Растерялась даже, совсем не ожидала его увидеть. Видно было, как он устал, тяжело дышал, волосы были влажными от пота, да и на лицо похудел немного.
- Привет… - я не смогла просто так пройти мимо, все-таки знакомы.
- Привет, как ты?
- Никак, почти… Надежды совсем не осталось, не могу найти…
- Держись давай, а мы поможем, чем можем, – Стас взял меня за руку и заглянул в глаза. Мне стало немного легче оттого, что есть небезразличные люди, что не совсем одна.
- Спасибо, мне поддержка очень помогает…
- Обедала?
- Нет, некогда, да и не хочу пока…
- Так, ты это брось, есть надо, а то свалишься скоро. Давай, пошли, в столовой Кит ждет.
- Нет, я не хочу, правда! Позже схожу… - есть не хотелось, да и уходить от своего места тоже. - Вдруг достанут со дна вещи моего ангела или… или его самого… ты иди, я тут побуду еще…
- Идем, пока время обеденное все равно ничего не достанут, все на обеде, через час только погружение. Эй, слышишь меня? Если в голодный обморок упадешь, тебя в больницу отправят, – Стас разговаривал со мной, как с маленькой. Подействовало, я не хочу в больницу.
Я взяла себе картофельное пюре с котлетой и чай с медом. Стас принес еще борща со сметаной и заставил все съесть. У меня было странное состояние, казалось, что все страшный сон, почему-то не было слез, наверное, потому что не верилось в происходящее.
43.
За обедом обсуждали дальнейшее расследование. Оказалось, ребята служили в морской полиции и вели это дело, вернее Никита вел, его брат был в отпуске, но помогал. Они решили отказаться от водолазных костюмов, слишком уж неповоротливые.
- А как же тогда? – спросила я.
- Мы снаряжение ждем, заказали в дайвцентре, будем просто погружаться с аквалангом, намного проще будет… да и быстрее, – пояснил Кит.
- Нет, ребят, подумайте хорошо, там ведь глубоко, это опасно!
- Да не, Тась, не очень глубоко, метров шестьдесят будет. Не боись, знаешь какие у нас в отделе профи, в их числе и мы с братом. Опыт имеется. А в этой халабуде толком не видно ничего, да и тяжесть такая. Мы со Стасом на сто метров погружались…
- Больше, забыл на Тамани, там все сто двадцать было.
- Да, точно. Так что, сейчас снаряжение подвезут, будем дальше работать, а пока перекур.
Мы вышли на палубу, присели на скамью. Наш кораблик покачивался на волнах, и после сытного обеда клонило в сон. Я прислонилась головой к стене и закрыла глаза, братья все обсуждали свои дела, бормоча в полголоса, похоже, задремала под их тихий говор. Привиделся Руслан, кажется. Солнце светило на его лицо, не было видно, слышался смех ангела.
Он уходил от меня вдоль линии прибоя, я бежала за ним, но Руслан со смехом убегал все дальше. Я устала гнаться, упала на колени, умоляя вернуться или подождать меня. И он послушался, стал приближаться ко мне, протянул руку.
- Тась, вставай! Проснись, акваланги подвезли, работать пора… - у мужа, почему-то было лицо Станислава Филатова, он улыбался, отчего на щеках появились задорные ямочки. – Тасенька, проснись!
Я открыла глаза. Огляделась, оказывается, я уютно устроилась на лавке, вместо подушки приспособив колени Стаса, он даже пошевелиться не мог. Черт, как я так смогла, даже не заметив! Сон моментально слетел, подхватившись, отскочила от него.
- Ты чего прыгаешь, я не кусаюсь! – усмехнулся Стас.
- Извини, извини, пожалуйста, сама не знаю, как … неловко как-то получилось. Надо было толкнуть меня, разлеглась…
- Все ловко, хоть подремала, какой день не спишь, небось, – он встал со скамьи и подошел ко мне, потрепал по плечу. – Тась, мы с тобой знакомы уже не один день, давай я буду твоим другом, а не просто знакомым, а? Я всегда помогу, хоть словом, хоть делом, только скажи… да, и Кит тоже хороший друг, не сомневайся. Ну что, друзья? – Станислав протянул мне руку, я пожала ее. Кто ж отказывается от друзей? Особенно, если учесть, что у меня их почти нет. – Ну вот и хорошо! Вот и нечего смущаться, ты просто прикорнула у друга на коленке, я, кстати, тоже дреманул малость.
После обеда работа пошла веселее, сразу несколько аквалангистов, в том числе и братья Филатовы, ушли на погружение. Стали доставать гораздо больше вещей со дна, я не успевала сортировать и мне на помощь пришли двое, парень и девушка. Парня звали Денис, девушку Вероника, мы с ней разбирали разную мелочь, а Денис таскал на корму железяки от геликоптера.
К вечеру мне попалась обгоревшая мокрая тряпка, темно-серого цвета, я не сразу узнала ее. Это была ветровка моего мужа, когда мы прощались, он был одет в нее. В карманах сохранились его вещи – бумажник с деньгами и карточками, в кармашке лежало наше с Софи размокшее фото, еще был фонарик и телефон.
Я прижала куртку к себе и села на скамью, так в ступоре просидела до окончания работ, не в силах расстаться с ней. Я все крутила в голове, как Руслан, в этой ветровке уходит к вертолету, оборачивается и машет нам с дочкой.
Потом пришел Стас, отобрал у меня уже высохшую вещь, сказал, что мне здесь больше делать нечего, я могу все посмотреть и на берегу. Все складывали в большой ангар, устанавливали причину взрыва по обломкам. Со следующего дня я работала с экспертами и братьев Филатовых не видела.
Установили причину катастрофы. Прогулочная яхта, которой не должно было быть в водах вблизи от воздушной трассы, видимо зашла сюда по ошибке. На яхте что-то праздновали, запускали запрещенные фейерверки, один из них попал прямо в бак вертолета, что вызвало взрыв.
Огненные обломки геликоптера, падая, подожгли посудину, и она сгорела дотла. Лишь рулевой успел выпрыгнуть в море. На борту было семеро пассажиров, четыре мужчины и три девушки, которые были до такой степени нетрезвы, что не смогли спастись. А также рулевой, который спал пьяный, помощник рулевого, кок и официант. Погибли все, кроме рулевого, он то и опознал всех, некоторые обгорели до неузнаваемости, но мужик уверял, что они все с его яхты.