Только не Ты (СИ)
Только не Ты
Евгения Кирова
Глава 1
— Ястребов, когда учитель заходит в класс принято вставать, — классуха появляется точно по звонку. Как всегда идеально-выглаженная блузка и юбка-карандаш. В руках классный журнал и маленький пенал с ручками.
— Конечно, Галина Семеновна, — он вытягивает ноги и ехидно улыбается. А мы всем классом стоим и ждём финала их диалога. Ястребов умеет потрепать нервы, но у Антоновой уже многолетняя привычка ставить его на место. Он смотрит на классуху и медленно поднимается. Ничего нового.
— Садитесь. Поздравляю всех с новым учебным годом. Одиннадцатый класс. Начнём активную подготовку к ЕГЭ, — Антонова аккуратно кладёт журнал и пенал на стол и сразу же садится
— Угу, — Сашка хмыкает позади меня.
— Ястребов, ты что перепил Обнаглина за лето?
— Пофигина, — Саша и не собирается униматься.
— Всё понятно с тобой, — Галина Семёновна давно привыкла к его наглой манере общения и обращает на него внимание скорее по привычке. — У меня для вас новости. К нам придут три новых ученика из седьмой школы.
— Это та, где учатся дети из неблагополучных семей? — Иляна шепчет мне на ухо. Но от классухи так просто не скрыться. С таким слухом и зрением ей бы не в школе работать.
— Генералова, там учатся разные дети из разных семей.
— Но разве в наш лицей можно просто попасть? Тем более для таких отсталых, которые там учатся?
— Школу закрыли на ремонт и всех учеников распределили по остальным школам и лицеям. Так что придётся потерпеть. Хочу сразу предупредить! Никаких драк, ссор, конфликтов! Все слышат?
— Да, — не стройный хор голосов раздаётся в классе.
— Ястребов, тебя особенно касается. Если только услышу, или увижу, сразу буду вызывать родителей.
— Обижаете. Разве я такой? — я даже со спины могу сказать с каким выражением лица он это говорит. Насмотрелась.
— Все знают, какой ты. Учти, я за тобой наблюдаю. А теперь давайте переходить к алгебре. Начнём с повторения…
На большой перемене мы выходим нашей компанией во двор на воздух. Погода просто обалденная. Мы с девчонками садимся на лавочку и подставляем лица осеннему, но довольно жаркому солнышку.
— Не хочу, чтобы эти нищеброды здесь учились, — Иляна никак не может отпустить эту тему. Терпела целых два урока, чтобы высказаться.
— А Генералова у нас расистка, оказывается, — Миронов так громко жуёт жвачку, а я стараюсь абстрагироваться, только, чтобы не слышать этот звук.
— Тебе не пофиг? — перевожу взгляд на подругу. Она со своими белыми косичками просто образец идеальной школьницы. Ещё и коротенькая юбочка с белой рубашкой. Засмотришься, какая куколка.
— Нет. Они же грязные, ещё плохо одеваются. Я слышала, что многие состоят на учёте. Вот придёт такое чудо к нам и что делать? Я боюсь.
— Лян, они такие же, как и ты. У них две ноги, две руки, глаза, нос. Не всем же повезло родиться в такой семье, как у тебя, — я замечаю, как Ястребов смотрит на меня. Фамилия у него самая подходящая для такого взгляда. — Надеюсь, это будут мальчики. Посадим их поближе к Ястребу, чтоб не скучал.
— Ален, может хватит уже? Я извинился сто раз.
— Мало, Саша, мало. И такое не прощают.
— Да что я сделал?
— Совсем ничего. Тема закрыта.
Я беру свою сумку и иду в сторону школы. Уже сама не знаю, хочу я прощать Сашу, или нет. Вроде бы вчера мне казалось, что разрыв навсегда. А сейчас подумываю, а не дать ли ему ещё один шанс.
Он всего лишь сходил с Сидоровой в кино, и по словам последней ещё и проводил её домой, а потом пытался поцеловать. Но Оля у нас тоже не самая честная девушка. Поэтому, кому верить непонятно.
— Алён, тебя проводить? — по звонку с последнего урока, Ястребов тут же оказывается возле моей парты.
— Сама дойду.
— Долго ещё обижаться будешь?
— Может до конца года, или дольше.
— Ясно. Я же говорил тебе она сама написала, что у неё два билета. А мне было скучно.
— Развеялся? Дай пройти, — мы итак уже последние, кто остался в классе. Иляна ждёт меня на выходе.
— Зря ты так. Я бы Сидоровой не верила.
— А я и не верю. Пусть подольше помучается.
— Хорошо придумала. Жаль мне не с кем такое провернуть.
У ворот школы мы расходимся в разные стороны. Я живу в частном секторе, на ближайшей к лицею улице.
Хорошо, что никто из моих одноклассников не знает, что первый класс я тоже училась в седьмой школе. Потом родители перевели меня в третью. И только в девятом мы переехали в свой дом. После нескольких собеседований и подарков директору, меня приняли в лицей. Я по жизни достаточно коммуникабельная, так что быстро влилась в новый коллектив и завела друзей. Да и прошлое уже почти забылось.
К хорошему быстро привыкаешь. Сейчас у нас двухэтажный дом, моя собственная комната на втором этаже, просторный сад, качели, беседка и дорожки для прогулки. Для большинства я дочь местного предпринимателя. Но когда-то папа был обычным инженером на заводе. И я ещё помню то самое чувство, когда тебе чего-то очень хочется, а у родителей нет денег на покупку.
От размышлений меня отвлекает нечто, практически свалившееся на голову. При ближайшем рассмотрении им оказывается молодой парень, примерно моего возраста. А падает он с забора наших новых соседей. Высокий, даже для моих ста семидесяти пяти сантиметров, широкоплечий, просто огромных размеров чувак с сережкой в ухе. Рваные джинсы и футболка, а за спиной большой рюкзак. На вид, как самый настоящий уголовник.
— Ты что, вор? — я быстро отмираю. Соседи — молодая пара лет тридцати. Его здесь раньше не видела, плюс сам факт, что он спрыгнул с чужого забора не оставляет других вариантов.
— Лупоглазая, ты в кого такая умная? — он рассматривает меня сверху вниз. Некомфортно. Но я только выше поднимаю голову.
— Я не лупоглазая. Просто большие глаза.
— Знаешь, как делают лягушки? — он надувает щеки и смешно пучит глаза.
Это вообще первый человек, который назвал меня лупоглазой. Прозвище звучит обидно и неприятно.
— Не уходи от темы. Я вызову полицию.
— Ну давай. Что ты им скажешь?
— Или расскажу соседям. А ещё я тебя запомнила и могу составить фотопортрет.
— Смотри сюда. Будешь лезть не в свое дело, долго не проживёшь. Усекла? — только сейчас я обращаю внимание сколько злобы у него в глазах. Испуг пробирается под кожу. Я ведь совсем одна стою рядом с каким-то уголовником. Да ещё и угрожаю ему. Я только молча открываю и закрываю рот, наверное, и правда похожа на лягушку.
— Умочка, — он берет меня за плечи и легко отодвигает с пути.
На негнущихся ногах я бреду к своему дому. Как только мозгов хватило вступать с таким в диалог, да ещё и права качать.
Тщательно закрываю калитку, потом входную дверь, обхожу весь дом, осматривая каждый уголок на предмет пропажи. Вдруг, перед соседями он обчистил и наш дом. Вроде все на местах. Окончательно прихожу в себя только на втором этаже, закрыв на щеколду ещё и свою дверь. Как-то я совсем расхрабрилась. Привыкла, что у нас тихий и спокойный район, и такие маргиналы не ходят по улицам.
***
— Алёнушка, ты чего такая задумчивая? — папа смотрит, как я гоняю остатки супа по тарелке.
— Да так. Пап, а ты знаешь новых соседей?
— Успел познакомиться. Золотаревы. Николай и Инесса вроде бы. Приехали из другого города, я уже забыл название. А что? — папа задумчиво смотрит на меня.
— У них ещё есть девочка, лет пяти на вид, — подключается мама.
— А парень моего возраста? Видели такого?
— Нет, — отрицают родители.
— Ясно, — я доедаю свой суп и убираю тарелку в посудомойку. — Пойду делать уроки.
Значит, мне не показалось. Ну не может человек, живущий в доме, прыгать через забор. Хорошо, что он не оказался очень агрессивным или мне крупно повезло, что он не взял на себя ещё и криминал.
К следующему утру дневное происшествие постепенно выветривается из головы, словно и не было. Думаю, он тоже испугался лишнего свидетеля, и в ближайшее время не появится на районе. Почувствуй себя героиней, что называется. Он ведь тоже меня запомнил, да ещё мог проследить, где я живу. Поэтому я ничего и никому рассказывать не буду.