Западня

– В таком случае, если вы не хотите себя скомпрометировать, начните делать это как можно быстрее.
– Благодарю вас за совет, я непременно им воспользуюсь.
При этих словах Сентак встал, бесцеремонно распрощался с сообщником и удалился.
Верный Мюлар ждал его у двери. Завидев индуса, Сентак хищно улыбнулся, подошел к нему и сказал: – В субботу.
– Слушаюсь! – только и смог сказать ярый приверженец Брахмы.
– Мы сегодня же отправимся в Бореш и осмотрим подземелья, по которым должны будут пройти Семилан и его новоявленный друг Давид.
– Что он собрался делать, этот разбойник? – спросил Мюлар.
– Женщина, которая получит надлежащие инструкции, бросится в ноги Давиду и Семилану, умоляя защитить ее.
– Очень хорошо.
– Они, вполне естественно, объявят себя рыцарями этой дамы и устроят сражение – настоящее для Давида и притворное для Семилана и его людей, которые, оказав надлежащее сопротивление, обратятся в бегство.
– Но я не понимаю, как… – начал было Мюлар.
– Мы договорились, что во время стычки один из бандитов схватит Давида, а Семилан, совершив чудеса храбрости, освободит его. Это и есть комедия, которую замыслил бандит – комедия, которая, по его плану, должна предшествовать драме.
– А в чем заключается ваш план?
– В том, что после комедии последует трагедия и Семилан вместе со своим мнимым другом останется в Совиной башне.
– Они оба умрут?
– Да, они оба умрут, – ответил Семилан.
– Как вы намерены этого добиться?
– Нет ничего проще. Мы напоим бандитов, роль которых будет заключаться в том, чтобы сразиться на шпагах с Семиланом и Давидом. Затем займем их место и без колебаний воспользуемся своим оружием.
На следующий день все узнают, что господа Самазан и Давид погибли, предприняв смелую вылазку против бандитов. Это преступление пополнит собой актив банды и не вызовет в обществе ни малейшего беспокойства.
– Да, но как тогда ваша жена?
– Что касается моей супруги, – с мрачным видом ответил Сентак, – то мы изыщем способ, не менее надежный чем тот, о котором говорил сей негодяй. Да и потом, мне совсем не хочется подпускать этого мерзавца к Эрмине, даже если его любовь насквозь фальшива.
– Тогда нам не останется ничего другого, кроме как отвезти ее в Индию.
– Да. И вот там…
Сентак изобразил зловещий жест.
– Отделавшись от Давида и Семилана, мы одним ударом избавимся как от препятствия, преграждающего нам путь к богатству, так и от сообщника, претензии которого, по моим ощущениям, растут с каждым днем по мере того, как мы приближаемся к поставленной цели.
– Едем в Бореш?
– И безотлагательно, – сказал Сентак.
Он умолк и вдруг продолжил:
– Да, завтра отправишься к господину де Мэн-Арди в качестве учителя хинди.
– И кто желает изучить язык нашей страны?
– Танкред ищет учителя для Вандешах.
– Для принцессы? Значит, вам известно, где она?
– Нет, но если ты получишь эту должность и станешь ее учителем, то узнаешь это в самом ближайшем будущем.
– Я пойду к нему.
Хозяин и его раб (ведь Мюлар и в самом деле был чем-то вроде раба, слепо повиновавшегося воле человека, которого он называл саилем) тут же отправились в Бореш.
Что они собрались там делать? Это мы узнаем, подслушав разговор, который они завели после того, как поднялись на холм и обогнули небольшое селеньице Руке.
– В тот самый вечер, когда главарь банды Андюс исчез, по всей видимости, убитый своим лейтенантом, я назначил ему встречу в их логове. Когда главарь банды стал давать мне советы касательно того, как без излишнего риска пробраться в руины, ответил, что знаю их гораздо лучше его.
– Это правда?
– До такой степени, что мы прямо сейчас отправимся туда, но ни один бандит, ожидающий возвращения своего предводителя, ни о чем даже не заподозрит.
Мюлар был неболтлив. Он ничего не ответил, зная, что хозяин сам сообщит ему все, что нужно.
– Ты заметил, что неподалеку от Табанака, во дворе одной из ферм, в былые времена принадлежавших владельцам Руке, есть колодец?
– Справа от тропинки и сразу после перекрестка?
 
– Совершенно верно.
– Да, я знаю этот колодец, он очень глубокий.
– Ты никогда в него не заглядывал? – спросил Сентак.
– Заглядывал, саиль, – ответил Мюлар, все больше удивляясь всем этим вопросам.
– И что ты видел? Воду?
– Да, саиль.
– Ты заблуждаешься, Мюлар. На дне того колодца нет воды.
– А что там тогда?
– Зеркало, отражающее, в зависимости от погоды, синее небо или облака. И прекрасно имитирующее собой воду.
– Но ведь я, саиль, бросил в колодец камешек.
– И не услышал, как он упал на дно колодца?
– Это во-первых. А во-вторых, зеркало не разбилось.
– Все потому, что сверху оно покрыто тончайшей сеткой, защищающей его от падения любых предметов. Впрочем, скоро ты сам все увидишь.
В этот момент индийцы увидели ферму, шагом направили к ней своих коней и въехали во двор.
– Вот мы и на месте, – сказал Сентак.
– Да, – ответил Мюлар, – это тот самый колодец.
– Смотри в оба и запомни навсегда то, что сейчас увидишь.
– Приступайте, саиль, я не упущу из виду ни одного вашего движения.
Тогда Сентак с силой нажал на один из булыжников на краю колодца и массивный камень, служивший стенкой, вдруг упал на землю.
– Запомни: чтобы этот массивный камень, который, как видишь, открывает проход, откинулся вниз, нужно надавить на самый маленький булыжник.
На месте упавшего камня и правда образовался лаз, через который мог пролезть даже довольно крупный человек.
Справа располагалась полость, а в ней – длинная веревка с узлами. Сентак схватил ее, прочно закрепил за один конец, затем развернул во всю длину и опустил в лаз, о котором мы только что говорили.
– Но ведь этот проход ведет не в колодец! – воскликнул Мюлар.
– Ты прав, не в колодец.
– А куда тогда?
– В идущую вдоль него вертикальную галерею, куда мы с тобой сейчас спустимся.
– А для чего тогда нужен колодец?
– Когда окажемся внизу, ты сам все увидишь. Вдоль галереи есть небольшие, зарешеченные, невидимые сверху оконца, через которые падает свет дня, освещающий нам путь.
– Первым пойдете вы?
– Нет, ты, мне нужно будет вернуть на место камень, чтобы никто ничего не заподозрил.
Мюлар схватил веревку с узлами и заскользил вниз, в лаз.
– Смотри-ка, здесь есть ровная площадка, – сказал он.
– Да, но будь осторожен, рядом с ней пропасть и отдохнуть ты сможешь, лишь когда спустишься на шестьдесят футов. Впрочем, подожди меня, я уже иду.
Сентак, в свою очередь, тоже скрылся в узком, зияющем провале, скрывавшемся за откинутым камнем, затем привычным жестом вернул его на место, обратился к Мюлару и сказал: – Видишь? Здесь светло.
– Да, саиль.
– Тогда спускайся.
Три минуты спустя индус дернул за веревку и крикнул хозяину:
– Я на месте.
– Хорошо, никуда не уходи, а то заблудишься. Я сейчас к тебе присоединюсь.
И Сентак, демонстрируя еще большую ловкость, чем Мюлар, спустился по узлам веревки на дно каменного мешка.
– Вот здесь, слева, – сказал он, сориентировавшись, – мы найдем фонарь и огниво.
Несколько мгновений спустя Сентак высек огонь и зажег фонарь, действительно оказавшийся в указанном месте.
– Мой дорогой Мюлар, те, кто создал эти подземелья, были большими мастерами. Я не знаю другого такого лабиринта, где человеку, не знающему дороги, так легко заблудиться. С другой стороны, более надежного убежища для того, кто знает здесь все ходы и выходы, тоже не сыскать.
– А вы, саиль, хорошо здесь ориентируетесь?
– Достаточно хорошо, чтобы следить за негодяями из банды Андюса и слышать все, что представляет для меня интерес.
– Негусто.
– К тому же я неплохо знаю закоулки этих катакомб, что позволит мне ускользнуть от двух десятков врагов в случае, если таковые будут за мной гнаться. Впрочем, ты все сам скоро увидишь, иди за мной.