Почему Всегда Я? Part II (СИ)
— …А ты мне не указывай!!! Здесь ни черта не безопасно! И я не собираюсь сидеть здесь и ждать, когда эти уроды заявятся…
Мужчина средних лет, напоминающий своим широким носом и маленькими глазками бизона — громко кричащий на одного из «своих» — резко запнулся и неподвижно застыл — увидев приближающегося к себе Майкла:
— У тебя какие-то проблемы Курт? — угрожающе-ласково поинтересовался Майки, — Если у тебя есть что сказать, прошу: озвучь всем присутствующим. А если нет: то сядь на задницу и захлопни пасть гаденыш!
Все находящиеся в комнате настороженно молчали и внимательно наблюдали за двумя мужчина — посреди гостиной — и готовыми кинуться друг на друга, словно дикие звери.
— Да Майкл! Мне есть что сказать! Я не намерен здесь оставаться! Да здесь даже стен нет!!! Людей — нет! Эта сука заявила, что отвезет нас в безопасное место. — Курт указал на Клементину пальцем, — Но здесь не безопасней, чем под открытым небом!!!
— Если вы не желаете оставаться — вы вправе уйти…
Клем хотела добавить что-то еще, но внезапный удар Майкла по лицу Курта — переключил внимание всех присутствующих на себя. Она мельком взглянула на своих: Элизабет едва заметно коснулась руки Джонни — не позволяя взяться за рукоятку пистолета, торчавшей сзади за ремнем; Нэнси спокойно наблюдала за происходящей сценой, и на лице ее отражалось невероятной силы недоверие; Кэссиди — сидящий на стуле у входа — с хитрым прищуром, оценивающе смотрел на Майки. Если бы «мистер Луфф» нанес удар сразу после оскорбления в адрес Клем — это было бы более естественно. Сейчас же, стоя над поверженным мужчиной — Майкл выглядел чересчур показушно и наигранно:
— Никто, никуда не уходит. — грозно прошипел парень, испепеляя взглядом Курта растянувшегося на полу, — Эти люди рисковали собой, чтобы спасти нас! Так вы отплачиваете за доброту?! За еду — что вы сейчас едите?! А?!
Наверно, он мог бы продолжать тираду еще долго, если бы не раздавшийся с кухни женский голос:
— Давайте так, — все в комнате повернулись на звук повелительного голоса, — Мы спокойно, и мирно, дождемся Странника — а потом будем решать, что делать дальше. Сейчас лучше всем отдохнуть. Отправляйтесь спать… Все. Живо.
Произнесенные слова прозвучали так уверенно и бесстрастно, что у всех невольно сложилось ощущение, о крайней необходимости подчиниться. Да и необыкновенно большой пес — сидящий рядом с маленькой женщиной — добавлял голосу неоспоримого статуса в глазах новых, в этом обществе, людей.
За ужином, и за мелкими делами — Майкл Луфф по-прежнему не отставал от зеленоглазой девушки. Он ходил за ней повсюду: всячески стараясь «помочь»; расспрашивал о людях в группе; хвалился своими заслугами, и тем как высоко его ценил Санторо Орсино — «упокой господь его душу» — и что он, целиком и полностью готов сделать все что угодно для выживания своих людей. Клементина все больше и больше уставала от такой назойливости и показного геройства. В том что оно «показное» — Клем не сомневалась. И чем больше Майки проводил с ней времени рядом — тем сильнее, она в этом убеждалась. Он совершенно не оставил ей возможности поговорить с кем-нибудь из своей группы — навязчиво преследуя ее везде и вся; на вежливую просьбу «дать ей поговорить со своими людьми» — Майкл заявил что «она может говорить при нем о чем угодно, ведь теперь „мы“ одна группа». Обмолвившись парой общих фраз с Нэнси и Кэссом, о Боссе с Аврелием — получила лаконичный ответ, что на связь никто не выходил. Кэссиди показалось — только показалось — как заблестели глаза Майки при этих словах.
С тяжелой душой все отправились спать. Нэнси, Элизабет и Джонни заметно притихли. Женщины о чем-то тихо переговаривались, поднимаясь по лестнице на второй этаж — и шепот этот, был далеко недоброжелательный. Кэссиди остался на дежурстве — заявив, что все равно не может уснуть. Всех новоприбывших разместили в других домах, но только не Майкла. Он отказывался уходить, объясняя это тем, «что он не простит себе, если с ними что-то случится». Кэсс хотел возразить, но Клементина не позволила: бросив на Боцмана очень выразительный взгляд — приказывающий заткнуться. Эл выдала ему спальник и «мистер Луфф» — улегся на полу в гостиной.
В особняке воцарилась тишина.
Джонни должен был сменить Кэсса на посту через четыре часа. А пока что, в очередной раз попробовав вызвать по рации Странника и Аврелия, но так ничего и не добившись: Кэссиди вооружившись карабином и бутылкой пива — покинул дом для обхода территории.
Майкл открыл глаза.
Долго же пришлось выжидать когда этот мерзкий тип похожий на уголовника, наконец скроется из поля зрения. Майки уже начинал прикидывать в голове варианты устранения доходяги, но пока решил не торопиться. Он все равно добьется того, что он хочет. Всего — что он захочет. Терпение. Терпение Майки. Ты постигал это искусство всю свою жизнь. Несколько минут не смогут сломить твоей целеустремленности. Должно быть, он должен все таки поблагодарить Санторо. Рядом с этим старым козлом — он замечательно отточил свои навыки. Терпения. Хитрость. Конечно же, актерское мастерство! Луфф был очень высокого мнения о своих «талантах и способностях» — помогающих ему выживать. Медленно поднявшись на ноги, стараясь ступать как можно тише — Майкл прошел на второй этаж. Первая же дверь у лестнице — оказалась в ее комнату. Какая удача! Он уже вдыхает запах ее тела — так сильно поразивший его еще на шоссе. Всеми клетками своего лживого и извращенного организма — он предчувствует тепло этого желанного тела — мирно спавшего на кровати. Вожделение окутывает разум похотью, словно какой-то древний дурман — завладевая сознанием. Дверь предательски скрипит — и чутко спящее создание — мгновенно вскакивает на ноги:
— Майкл? Что ты здесь делаешь?
Не слыша вопроса обращенного к нему — Майки угрожающе ухмыляется.
— Немедленно убирайся из моей комнаты!
Клем резко приближается к застывшему парню и старается вытолкнуть его в коридор. Но Луфф сильно отталкивает ее саму. Клементина отлетает к кровати от мощного толчка, а Майкл неторопливо прикрывает за собой дверь. Вальяжно приближается к ней, совсем по-хозяйски пройдясь по комнате — он «сгребает» миниатюрную девушку с пола и швыряет ее на постель:
— Зачем так нервничать красотка? Мы всего лишь немного развлечемся…
От учтивого и любезного Майкла Луффа не осталось и следа. Его место занял самонадеянный и жестокий психопат. Клем срывается с места — стараясь подобраться к столу справа от двери, на котором лежат ее пистолеты. Парень перехватывает ее на лету и наотмашь дает крепкую пощечину, тыльной стороной ладони. От удара Клем падает обратно на кровать и Майки прижимает ее всем своим весом — сев на нее «верхом». Девушка яростно отбивается — нанося удары по лицу, по телу, по рукам — куда только может попасть. Старается укусить; вывернуться — всеми силами, давая жесткий отпор проходимцу. Мистер Луфф лишь ехидно улыбается, с блестящими возбуждением глазами. Клементина смогла несколько раз больно попасть по роже Майки, от чего тот — выходит из себя, взбесившись окончательно:
— По хорошему не желаешь сука?! Я тебе устрою по плохому! — Майкл принимается наносит удары по лицу Клементины, раскрытой ладонью, — И так ей не нравится! И так ей не то! Но что ты! Мы же такие неприступные! — нанеся несколько десятков ощутимых шлепков, и уже перейдя на кулаки, Майки одержимо сопровождает побои шипящими причитаниями, — …Любишь когда с тобой обращаются как со шлюхой?! Хорошие парни тебе не по душе, да?!
На Клементину обрушивается череда быстрых и сильных ударов по лицу, груди, животу. Дыхание прерывается; невозможно вздохнуть; в глазах постепенно начинает темнеть; размытое изображение насильника меркнет с каждой секундой все больше. Майкл разрывает на ней одежду — припадая влажными губами к шеи; принимается шарить одной рукой по телу. Второй рукой парень сжимает руки Клем, над ее головой. Девушка немного притихла и уже не брыкается, как необъезженная кобылка. Не отбивается…