Крылья ведьмы. Чары и Пламя

Я встала перед ней, зашептала слова, призывая защиту у высших сил. Тень покачала головой и расплылась в воздухе, словно давая мне ещё шанс попробовать.
И я пробовала. Я снова добавляла молоко в зелье, смотрела, как оно темнеет, намекая, что данный смертью шанс невелик. Но я продолжала.
«Что же с ним не так? – задавалась я вопросом. – Ведь чувствую, что лечение помогает, но словно изнутри его всё равно что-то убивает. Ощущение, словно я лечу внешнюю оболочку, но есть что-то закрытое от моего взгляда. Это оно умирает и тянет за собой колдуна».
Я пыталась увидеть, что там, но, видимо, у меня не хватало знаний.
Я создала новое заклинание. Напряглась, вытаскивая скамью на середину комнаты. Очертила её кругом и начала ритуал.
У двери, облокотившись о проем, стояла тень смерти и с интересом смотрела на меня. Под воздействием ритуала проявился серый кокон, сковывающий тело мужчины.
«Проклятие! – Я задумчиво всматривалась в кокон. – Пожалуй, я неправильно пытаюсь лечить колдуна. Судя по плотности, это очень сильное проклятие».
Я постаралась ментально прощупать его. Сила колдуна вгрызлась в кокон, но не могла его прогрызть. Действительно хорошее проклятие. Качественное.
Я отвернулась и пошла к погребу у печи. Там у меня были редкие травы и артефакты.
Ещё через полчаса я готовила новый состав. Бурлила вода в котле. Завывали над ним заклинания. Смешивались травы в ступке. В окне начало светать. Скоро утро, но я не отвлекалась. Последним ингредиентом я добавила в котел кровь чёрного козла. Она осталась ещё со времен моей матушки. Сильный состав, укрепленный её собственной силой.
Окунула в зелье простынь – та окрасилась в бурые пятна. Я накрыла ею раненого и снова зашептала заклинания.
Солнечные блики мягко скользнули по комнате, когда я наконец отошла от мужчины. Его дыхание стало более ровным. Кокон вокруг него стал прозрачным. Сила раненого пробивала его стенки, и я видела, как она начала соприкасаться с хозяином.
Я оглянулась. В какой момент тень смерти исчезла, я не заметила.
Я намочила новую простынь, укутала в нее раненого. Провела над ним рукой и устало улыбнулась. В нём искрилась жизнь. Теплая, трепещущая. И она разрасталась.
Я справилась.
До конца проклятие ещё не снято, но восстановление теперь зависит от внутренней силы колдуна.
 
Глава 5
 
Сложив в корзинку кувшин и тряпичную сумку для муки, я направилась в селение.
Тетушка Хлоя до верха налила молока. В деревне её коровы славились самым жирным удоем. Я знала, благодаря кому это, но помалкивала. Тетушка Хлоя была приветливой и приятной женщиной. Она одна воспитывала двух дочек, муж её добровольцем пошел в армию инквизиторов, да так и не вернулся. Я поблагодарила тетушку и вышла из её дома.
Заглянула на мельницу, где седой Олив отсыпал мне муки.
День был солнечный, и я в прекрасном настроении направилась домой. Но стоило мне свернуть к полю, как столкнулась с тремя парнями. Они сидели на пригорке, в руках одного был кувшин. Из него явно попахивало бражкой. Парней я узнала: Боел, сын старосты, и пара его дружков.
Завидев меня, Боел поднялся и растянул пухлые губы в усмешке.
– О, кто это у нас здесь? – развязно поинтересовался он, преграждая мне путь. Вскользь глянул на мою корзинку. – Молочка захотелось? Не поделишься, а то жажда мучает.
Он потянулся к моей корзине. Я нахмурилась, пряча её за спину. Глянула на его дружков.
– Неужели в селении не осталось работы, что вы уже днём пьёте?
– А мы разве обязаны с утра до ночи трудиться? – усмехнулся один из парней.
– Нам законы не писаны, и на чужого дядю мы не работаем, – зевнул второй и сделал большой глоток. – Не будь занудой, Рейя.
– И то верно, – продолжал скалиться Боел. – Присоединяйся к нам.
– У меня дела, некогда сидеть, – резанула я и постаралась обойти парня. – Да и тебе стоило бы направиться домой. Небось с ночи гуляете. Мать не потеряла? Ждёт, наверное.
Он подмигнул.
– Мать привыкла. Она невесту в дом ждёт. А я всё за тобой хожу да никак встретить не могу. Ты бегаешь от меня?
 
Я отступила. Дружки Боела поднялись.
– Так чего ждать? Сейчас мы её за белы ручки и в твои палаты.
– Я согласен, – оскалился Боел. – Все в селении знают, что на тебя кузнец засматривается. Я-то куда лучше кузнеца.
Он ухватил меня за локоть, притягивая к себе. Ведьмовские чары вскипели, окончательно разрывая сдерживающую их спираль клятвы. Колдовство было готово вырваться в полную силу, чтобы защитить меня. Я вовремя спохватилась, отдавая молчаливый приказ: нельзя.
– Отпусти! – прошипела зло.
– А вот и не отпущу, – пропел Боел и постарался ухватить меня за талию. Его дружки рассмеялись.
В это время послышался голос дядьки Карпа. Он был местным пастухом. Видать, коровы были где-то недалеко, а он пришел на наши голоса. Карп остановился в паре шагов от нас и поиграл плетью в руках.
– А я думаю, кто здесь снова буянит. Видимо, давно отец тебя хворостиной не гладил. Боел, ступал бы ты домой.
Дядька Карп отличался крутым нравом. И плевать ему, что перед ним сын старосты.
Боел фыркнул, смотря на меня.
– Повезло. Но не думай, долго бегать не удастся. Моей будешь.
Он скривил губы и, шатающейся походкой, направился к селению. Дружки, прихватив кувшин с брагой, поспешили за ним.
Я посмотрела на дядьку Карпа.
– Спасибо.
Он покачал головой.
– Ох, доведет он до беды. Будь с ним осторожнее, Рейя. Я бы на твоём месте подумал о кузнеце. Одной тебе никак. В этот раз я рядом оказался, в следующий раз может никто не услышать.
Я понимающе кивнула и, ещё раз поблагодарив дядьку Карпа, направилась к дому.
 
Глава 6
 
Два дня я находилась рядом с раненым. Он то приходил в себя, то снова проваливался в бессознательное состояние. Но смерть отступила. Я грела ему молоко. Когда он был немного в себе, поила его. Кормила жидкой кашей и читала заклинания силы. На третий день снова направилась в селение: молоко и мука закончились.
– Я вчера в соседнее село на ярмарку ездила, – наливая мне в кувшин, рассказала Хлоя. – Говорят, что в местных лесах рыщет целый отряд инквизиторских ищеек. Уже две ночи в близлежащих деревнях ночуют. Ищут кого-то.
Она покачала головой.
– Как бы к нам не нагрянули. Хотя, чего мы сказать-то можем? У нас беглецов нет. – Она на меня пристально посмотрела. – Ты никого в лесу не встречала?
Я улыбнулась.
– У нас всегда тихо. Если уж река и прибивает, то мертвецов, а они не слишком шумят. Кресты под деревьями – вот всё, что могут найти ищейки, – сказала я, стараясь придать голосу уверенности.
– И то верно, – вздохнула Хлоя. А потом улыбнулась и дала мне с собой сметаны и творога. Я была ей благодарна.
Назад я шла, размышляя.
«Не моего ли беглеца ищут? А если его? След на берегу я хорошо спрятала, не то что ищейка, зверь лесной не отыщет. Но нехорошо, что его ищут. А его ли? С другой стороны, таких совпадений не бывает. Кто же он, если на его поиски направили инквизиторских ищеек? Судя по силе, колдун он мощный. Но настолько ли, чтобы отправлять за ним отряд?»
С этими мыслями я вошла в дом и с порога услышала:
– Всё же ты не травница.
У меня сердце чаще забилось. То ли от внезапности, то ли от страха, что меня раскрыли. Я посмотрела на раненого. Он лежал на скамье, скинув с себя простыню и представляя мне совершенно нагое тело. Смущаться я не стала – сама же одежку его снимала. Прошла, поставила корзину на стол и направилась к сундуку. Там вытащила старые матушкины свободные штаны на завязках и кофту. Матушка моя была крупнее меня и в плечах шире. Не мужское, но всё же хоть что-то.
– Ты ведьма, – донеслось до меня. – Я видел, как ты колдуешь над варевом. Травницы такого не делают.
Я оглянулась, посмотрела на раненого. Взгляд фиолетовых глаз был ясным.