История уголовного розыска. 1918–1999
Справедливости ради следует отметить, что по отношению к российским властям и рядовым гражданам китайские бандиты вели себя весьма лояльно. Более того, иногда даже помогали столичным блюстителям закона задерживать наркокурьеров и продавцов отравы. Объясняется сей феномен просто. По неписаным законам китайской мафии, наркомания — тяжкий грех, с которым нужно бороться всеми возможными способами. А поскольку многие рядовые китайцы не прочь были употребить наркотики, это вызывало серьезные опасения у главарей китайской мафии. Дело нередко доходило до того, что они сдавали распространителей наркоты московской милиции. Так, в руки оперативников регулярно попадались вьетнамцы и жители африканских стран, чаще всего нигерийцы, которые в 1990-е годы считались главными поставщиками «тяжелых» наркотиков — героина и кокаина — из Латинской Америки в Россию.
Кстати, излюбленным способом контрабанды наркотиков у нигерийцев было собственное чрево. Обнаружить героин, спрятанный в брюхе у чернокожего пассажира, прилетевшего в Москву, например, из Перу или Венесуэлы, было весьма непросто. Правда, иногда и этот почти безупречный способ давал осечку. Как-то раз в одной из московских гостиниц горничная обратила внимание, что гражданин Нигерии, прилетевший из Латинской Америки, несколько дней не выходит из номера. Обеспокоенная горничная открыла номер своим ключом и обнаружила постояльца лежавшим на полу с раскроенным черепом. Как показало дальнейшее расследование, причиной смерти стала отнюдь не черепно-мозговая травма. В желудке потерпевшего судмедэкспертиза обнаружила несколько пластиковых контейнеров, под завязку набитых героином. Общий вес наркотика достигал пятисот граммов. Один из контейнеров от натуги лопнул, и героин пошел блуждать по организму. Можно себе представить, в каких мучениях скончался бедный негр, принявший за раз чудовищную дозу сильнодействующего наркотика. Очевидно, катаясь по полу в диких судорогах, он и зацепился головой об острый угол.
Что же касается розничных торговцев наркотиками, в Москве в середине 1990-х у них было несколько любимых точек. Одна из них — станция метро «Сокол». Там в те годы постоянно крутились наркокурьеры, у которых можно было в любое время дня и ночи прикупить героинчик по вполне приемлемой цене. Выглядело это так.
У каждого продавца была своя постоянная клиентура. По пейджеру (мобильные телефоны в те годы еще не стали достоянием всех слоев российского общества) продавец и покупатель договаривались о встрече. На станции метро в толпе пассажиров и происходил обмен: клиент незаметно совал продавцу деньги, а тот ему — наркотик. Упаковку героина продавец обычно держал во рту: в случае опасности ее всегда можно было проглотить. Иногда для передачи наркотика использовалась банка кока-колы. Продавец делал вид, что посасывал из банки напиток, а сам незаметно выплевывал в нее упаковку с наркотиком и отдавал клиенту.
Задержать таких наркокурьеров было крайне проблематично, поэтому оперативная информация, которой периодически делились с российскими сыщиками главари китайской мафии, была как нельзя кстати. Во второй половине 1990-х по наводке китайских бандитов оперативники уголовного розыска задерживали в среднем по два-три наркокурьера в месяц. В основном, жителей центральноафриканских государств. Вот так главари китайской мафии участвовали в борьбе с наркобизнесом на территории российской столицы.
«Щит» от частных охранников
В апреле 1997 года сотрудники уголовного розыска при поддержке коллег из других правоохранительных ведомств провели всероссийскую спецоперацию под кодовым названием «Щит». В общей сложности в «Щите» были задействованы 139 тысяч блюстителей порядка. Цель операции — проверить деятельность частных охранных агентств и предприятий.
Обеспокоенность руководства МВД состоянием дел в сфере частной охраны вполне понятна. Министр внутренних дел РФ Анатолий Куликов в середине 1990-х не раз весьма нелестно высказывался в адрес частных охранников. Дескать, толку от них мало, с преступностью они не борются, а наоборот, частенько сами с ней связаны. Примеров тому предостаточно. В Краснодарском крае в 1996 году появилось некое охранное агентство «Атланта». Занимались сотрудники «Атланты» исключительно тем, что вышибали долги, причем в основном бандитскими методами — со стрельбой и поножовщиной.
Фирма с похожей специализацией работала в те годы в Хабаровском крае. В отличие от «Атланты», которая хотя бы была зарегистрирована, хабаровские коллеги даже не удосужились пройти все необходимые по закону процедуры регистрации. Просто при местном «Золотостарбанке» действовала группа совершенно отмороженных молодых парней, которая «работала» с недобросовестными должниками. Методы их «работы» не отличались разнообразием и оригинальностью: все те же угрозы, шантаж и физическое насилие.
А в Иркутске в поле зрения местных оперативников попала школа по подготовке частных охранников — нигде не зарегистрированное «учебное» заведение было создано на базе местного техникума физической культуры. В советские годы в техникуме готовили учителей физкультуры и тренеров для спортивных школ и секций, а в годы демократических реформ — самых натуральных бандитов, способных на любые криминальные подвиги. Например, в числе предметов, которые изучались в школе частных охранников, значилось, помимо рукопашного боя и стрельбы, еще и подрывное дело.
Повсеместно даже у вполне лояльных закону частных охранных предприятий выявлялись всевозможные нарушения, связанные с хранением и использованием оружия. По существовавшим в те времена нормам на каждые десять сотрудников частного охранного предприятия полагалось иметь не более пяти единиц огнестрельного оружия, причем не боевого, а так называемого гражданского. При внешнем сходстве с боевыми «стволами» гражданские пистолеты значительно уступают им в убойной силе. Наиболее популярными среди частных охранников считались пятизарядный револьвер ДОГ-1, короткоствольный пистолет Иж-71, а также помповое ружье 12-го калибра производства Ижевского оружейного завода. Количество газовых «стволов» и газовых баллончиков не регламентировалось.
Однако на практике эти нормы почти нигде не соблюдались. Частные охранники сплошь и рядом в нарушение закона обзаводились пистолетами Макарова или, на крайний случай, «стволами», разработанными на базе боевого оружия. Самой модной в те времена модификацией считался гладкоствольный самозарядный карабин, переделанный из автомата Калашникова и сохранявший основное его качество — дальность стрельбы и убойную силу. Во всяком случае на расстоянии до ста метров из такого карабина можно было запросто продырявить 70-миллиметровую деревянную панель.
Правила хранения оружия в частных охранных предприятиях также довольно четко регламентировались законом и ведомственными инструкциями. Однако случаев безалаберного отношения к огнестрельному оружия среди частных охранников было немало.
В конце 1990-х годов среди сотрудников правоохранительных органов как анекдот передавалась из уст в уста история о частном охраннике из подмосковного города Долгопрудный. Этот непутевый охранник за одну неделю умудрился потерять аж два пистолета.
Сначала он, напившись в стельку, сел за руль и попал в аварию, протаранив несколько машин и сбив какую-то рекламную конструкцию. Во время всей этой кутерьмы у охранника бесследно пропал служебный пистолет. Начальство своего нерадивого сотрудника пожурило и… выдало ему новый «ствол». Но буквально через три дня охранник снова не сдал закрепленный за ним пистолет в оружейную комнату, а зачем-то взял его с собой домой. По дороге встретил знакомого, выпил, домой явился сильно пьяный. Начал приставать к жене. Та вызвала милицию. Приехавший наряд успокоил дебошира и отвез его в вытрезвитель. Наутро бедолага хватился, а пистолета и след простыл. На каком этапе своих ночных приключений частный охранник расстался с оружием — так и осталось загадкой.