История уголовного розыска. 1918–1999

Детский сад № 33, где случилась трагедия, был круглосуточным: дети в нем находились с понедельника по пятницу включительно. Днем детишками занимались воспитательницы, на ночь оставались дежурить нянечки. Одна из них и встретила оперативную группу костромского уголовного розыска, прибывшую на место происшествия. Вторая ночная няня — совсем юная барышня — лежала в коридоре с проломленной головой. Здесь же на полу в луже крови сыщики обнаружили мертвого малыша. Крови было столько, что возле порога, где пол шел слегка под уклон, образовалась глубокая лужа. От этого зрелища один из оперативников потерял сознание.
Оставшаяся в живых ночная няня, которая, собственно, и вызвала милицию, заливаясь слезами, пояснила: убитый ребенок — Сережа Ромашкин, нянечку зовут Людмилой Акимовой. На вопрос, где остальные дети, женщина только бормотала что‑то невразумительное, указывая на общую спальню. Перед спальней все было также залито кровью, и сыщики долгое время не решались открыть дверь, опасаясь самого худшего. К счастью, все ребятишки оказались в своих кроватках живыми и здоровыми. Они просто спали. Убедившись, что с детьми все в порядке, сыщики продолжили осторожно, боясь разбудить спящих малышей, осматривать место происшествия.
Внимание оперативников привлекли валявшиеся на полу в луже крови мужские плавки — очень маленького размера. Похоже, они принадлежали либо подростку, либо невысокому, щупленькому мужичку. Эти плавки впоследствии станут главной уликой по этому необычному делу. А пока члены оперативно‑следственной группы строили версии.
Первое, что пришло на ум, — преступление совершил какой‑то псих. Ворвался посреди ночи в детский сад, убил первого попавшегося ребенка, а когда на шум в коридор выбежала нянечка, — расправился и с ней. Косвенно эту версию подтверждал тот факт, что был разгромлен и кабинет заведующей детским садом. В кабинете было все перевернуто вверх дном, такое впечатление, что незваный гость что‑то судорожно искал. И судя по всему, очень торопился, потому что забыл на столе… свою сумку.
Ее осмотр еще больше обескуражил оперативников: в сумке были детсадовские тарелки, ложки и фломастеры. Выходило, что преступник пытался украсть какие‑то предметы, но в последний момент его, очевидно, заметила ночная няня, и он убежал, бросив сумку с похищенными вещами. Но это не отвечало на главный вопрос: о мотивах самого убийства. Неужели преступник ворвался в детский сад для того, чтобы украсть несколько тарелок и пачку фломастеров! А когда ему помешали — жестоко разделался с женщиной и трехлетним ребенком. В середине 1970‑х годов фломастеры в СССР действительно относились к разряду дефицитных товаров, отечественная промышленность еще не освоила их массовый выпуск, большинство фломастеров привозили из‑за границы. Но лишать из‑за них жизни двоих человек — такое не укладывалось в голове.
Более правдоподобной казалась версия о том, что убийца целенаправленно пришел, чтобы расправиться именно с Сережей Ромашкиным. А ночная няня, пытавшаяся защитить малыша, просто стала невольным свидетелем.
Сыщики внимательно изучили семью Ромашкиных. Самая заурядная советская семья: отец — инженер, мать работала в библиотеке. Однако соседи, с которыми обстоятельно беседовали оперативники, вспомнили одну любопытную историю, приключившуюся месяца за полтора до убийства. Как‑то раз в парке отец Сережи — Дмитрий Ромашкин — вступился за какого‑то щупленького очкастого паренька, к которому привязались двое хулиганов. В тот момент Дмитрий вез на санках сынишку в садик, дорога проходила через парк, вот там‑то на одной из аллей и произошел этот неприятный инцидент.
Когда хулиганов грузили в милицейский «Уазик», один из них кричал Дмитрию: «Найдем и убьем тебя! И твоего щенка!» Эти угрозы слышали проходившие мимо люди. Неужели через полтора месяца преступники выполнили‑таки свое обещание?
Вскоре выяснилось: алиби у этих парней нет, в ночь убийства они вполне могли оказаться в детском саду. И хотя сыщики все равно отказывались верить в то, что нормальные с виду парни могли из мести убить двух совершенно невиновных людей, включая трехлетнего малыша, было решено задержать подозреваемых.
 
Но как только сыщики увидели своих подопечных, они сразу поняли: хулиганы из парка вряд ли имеют отношение к убийству. Дело в том, что оба парня оказались здоровяками, а мужские плавки, найденные на месте происшествия, были столь малого размера, что не налезли бы дебоширам даже на ногу. А тут еще подоспели результаты экспертизы: оказалось, что перед смертью молодая нянечка была изнасилована. На обнаруженных плавках остались следы. Проведенная экспертиза установила, что они не принадлежат ни одному из задержанных хулиганов.
Поиски таинственного убийцы и насильника продолжились. Негласно были изучены все работники детского сада, родители детей, даже сотрудники РОНО. Но мужчин, которым могли быть впору брошенные плавки, не оказалось.
А пока сыщики строили догадки, было найдено и орудие убийства. Неподалеку от здания детского сада случайно был обнаружен рашпиль — здоровый тяжелый напильник со следами крови. Как‑то не очень верилось, что преступник, отправляясь в детский сад на «мокрое» дело, прихватил с собой не нож или топор, а здоровый ржавый напильник. Скорее всего, этот рашпиль убийца нашел тут же, в помещении детского сада. А значит, убивать кого‑либо преступник изначально не хотел, все, очевидно, произошло случайно.
Но тогда непонятно, затем все‑таки он явился среди ночи в детский сад? Что спровоцировало его на жуткую бойню? А в том, что убийца — человек неуравновешенный и агрессивный, оперативники не сомневались.
И вот спустя несколько дней после кровавой драмы в другом детском саду произошел похожий инцидент. Как‑то вечером завхоз детского сада Анна Ивановна Кулакова находилась на чердаке, развешивала белье. Ее внучок Толя подметал пол. И вдруг бабушка услышала с чердака истошный крик внука. Перепуганная до смерти Анна Ивановна бросилась вниз. Ее взору предстала жуткая картина: внук лежал на полу в коридоре и не шевелился. Не помня себя от ужаса, Анна Ивановна добралась до телефона и позвонила по «02». Через пять минут на месте происшествия работала оперативно‑следственная группа. Толя был ранен ножом, потерял много крови, но выжил. У его кроватки в больнице круглосуточно дежурили оперативники. Как только мальчик пришел в себя, он подробно рассказал сыщикам, что случилось. В тот вечер, подметая пол в коридоре детского сада, Толик за занавеской заметил взрослые ботинки. Они привлекли внимание мальчика. Он откинул штору и тут же получил удар каким‑то предметом в горло.
Единственное, что запомнил ребенок, — лицо преступника было злое и неприятное.
— У него было лицо, как у Бармалея, которого я видел в кино, — пояснил малыш. Речь шла о знаменитом советском фильме «Айболит‑66», необычайно популярном у советской малышни тех лет. Роль Бармалея в кинофильме, как известно, исполнил Ролан Быков.
Итак, кое‑какие сведения сыщикам удалось заполучить, хотя вопросов по‑прежнему оставалось больше, чем ответов. И самый главный вопрос: зачем? С какой целью неизвестный преступник, внешне похожий на киношного Бармалея, совершал свои злодеяния? И чем его так притягивали детские сады? Стало очевидно: в Костроме завелся опасный преступник, который уже вкусил крови и теперь не остановится ни перед чем.
А город полнился слухами. Говорили о какой‑то неуловимой банде, которая совершает нападения на детей. Люди боялись выходить с детьми на улицу. Городские парки опустели. Бывали случаи, когда матери отказывались отводить своих детей в ясли и детские сады, предпочитая просто не выходить на работу. В тот месяц многие костромские предприятия, особенно текстильные, где трудилось много женщин, не выполнили государственный план…
 
Тем временем сотрудники костромского угрозыска еще раз тщательно изучили списки всех психически больных, проживавших в городе. В десятый раз допросили свидетелей — в надежде ухватиться хоть за какую‑нибудь ниточку. Еще раз проверили все, даже самые невероятные версии. И в один прекрасный день сыщикам улыбнулась удача: в милицию обратилась взволнованная женщина, которая рассказала, что буквально несколько минут назад видела в кустах возле того самого детского садика, где произошло двойное убийство, какого‑то странного человека в черной куртке и с неприятным лицом. Женщина схватила кирпич и швырнула его в незнакомца. И, очевидно, попала, потому что услышала приглушенный стон, после чего заметила, как неприятный тип, держась рукой за плечо, юркнул в подъезд близлежащего дома.