История уголовного розыска. 1918–1999

За десять лет службы в московской полиции Треф сумел раскрыть полторы тысячи преступлений. До сих пор это никем не побитый рекорд. Впрочем, в 1930–1940‑е годы в Ленинградском уголовном розыске служил не менее результативный пес по кличке Султан. На его счету около тысячи раскрытых преступлений. Но если учесть, что служба Султана в угрозыске пришлась на тяжелейшие блокадные годы, его вклад в обеспечение порядка ничуть не меньше, чем у прославленного Трефа. Тем более что помимо уголовников Султану приходилось бороться и с немецкими диверсантами, которые доставляли советской контрразведке массу хлопот.
Известно, к примеру, немало случаев, когда немецкие парашютисты пытались парализовать работу «дороги жизни», по которой зимой 1942 года шло снабжение блокадного города. Были попытки диверсий и на военных объектах Ленинградского фронта, войска которого обороняли северную столицу. Так, в январе 1942 года на военном аэродроме из нескольких самолетов таинственным образом исчезли навигационные приборы. Охрана аэродрома только беспомощно разводила руками. И тогда к расследованию этой истории подключили сотрудника Ленинградского уголовного розыска Петра Бушмина с его верным другом Султаном. Несмотря на жестокий мороз, затруднявший дыхание и притуплявший обоняние у собак, Султан уверенно взял след и вскоре привел оперативников уголовного розыска в землянку, где прятались несколько человек. Двое из них, как вскоре выяснилось, были замешаны в похищении авиационной техники. Оба — агенты Абвера, заброшенные в советский тыл для организации диверсий на военных аэродромах. Неподалеку от землянки Султан нашел и припрятанные в снегу похищенные приборы.
Аналогичный случай произошел спустя несколько месяцев на одном из ленинградских оборонных заводов, выпускавших танки. В блокадном городе, как известно, работа оборонных предприятий не прекращалась даже в декабре 1941 года, когда нормы суточного потребления хлеба и других продуктов достигли своего минимума. Так вот, в последний момент перед отправкой на фронт очередной партии боевых машин выяснилось, что несколько танков не полностью укомплектованы, причем детали были сняты совсем недавно, когда машины стояли на заводском дворе, готовые к отправке.
И снова буквально несколько минут понадобилось Султану, чтобы взять след. Через полчаса служебный пес привел оперативную группу к полуразрушенному дому на окраине города. Дом был немедленно окружен сотрудниками уголовного розыска. Султан уверенно вбежал на второй этаж и всем своим видом показывал, что где‑то здесь, неподалеку прячутся преступники. И действительно, обследовав метр за метром чердак здания, оперативники в дальнем углу обнаружили груду тряпья, под которой скрывались трое диверсантов. Здесь же, в подвале дома были найдены и пропавшие с боевых машин детали.
В самом блокадном городе Султан участвовал в раскрытии почти всех уголовных преступлений, в том числе квартирных краж. В 1942–1943 годах домушники доставляли ленинградцам немало хлопот. В связи с массовой эвакуацией горожан (за одну только зиму 1941–1942 годов из города было вывезено около полумиллиона человек) многие квартиры опустели и становились легкой добычей воров. Причем зачастую в роли квартирных грабителей оказывались управдомы и дворники. Некоторые из них проявляли такую ретивость, что умудрялись обчищать ленинградские квартиры десятками. У одного из таких проходимцев — управдома Прокофьева — при обыске нашли целый склад дорогих сервизов, ковров, изделий из хрусталя. Все это было украдено из пустовавших ленинградских квартир.
В раскрытии этих преступлений принимали активное участие Петр Бушмин и его Султан. Иногда по несколько дней они сидели в засадах, чтобы взять преступников с поличным. Именно так, например, в руки ленинградских сыщиков угодили трое дворников, орудовавших в домах, где жили офицеры Балтийского флота. Пока хозяева квартир защищали родной город от фашистов, дворники регулярно проникали в пустые «хаты» и выносили оттуда все, что можно было унести. На черном рынке за ценные вещи, особенно одежду, можно было выручить приличные деньги. Этим преступники и промышляли, пока в один прекрасный день не угодили в руки ленинградских сыскарей.
 
А начинал свою милицейскую карьеру Султан еще в конце 1930‑х годов с раскрытия ограбления одного из ленинградских магазинов. Уже тогда он показал высший пилотаж сыскной работы, умудрившись вычислить преступников аж за восемь километров от места преступления. Как те ни старались замаскировать следы и скрыться от погони, Султан уверенно нашел и задержал двоих грабителей, сбив их поочередно с ног. Третий, увидев, что сопротивляться бесполезно, сам сдался в руки подоспевших оперативников.
Всего же Петр Бушмин и его верный пес Султан за десять лет совместной службы задержали сотни преступников и вражеских диверсантов, вернули государству и гражданам похищенных денег и имущества на общую сумму около трех миллионов рублей. В военные и первые послевоенные годы сотрудник уголовного розыска Петр Бушмин, воспитавший Султана, был настоящей легендой города на Неве, о его работе подробно рассказывали молодым оперативникам угрозыска, а в ленинградском музее криминалистики Петру Бушмину и его Султану была посвящена отдельная экспозиция.
Позднее, уже в 1960‑е годы, этой историей заинтересовался писатель Израиль Меттер, автор многих книг о работе советской милиции. Именно Петр Бушмин послужил прототипом главного героя кинофильма «Ко мне, Мухтар!», снятого в 1964 году по мотивам повести Меттера «Мурат». Роль лейтенанта Глазычева, проводника Мухтара, в кинофильме, как известно, исполнил Юрий Никулин.
С тех пор прошло немало лет. Но и сегодня, в эпоху научно‑технического прогресса, без собак в полиции не обойтись. Никакие современные гаджеты не заменят удивительной способности наших четвероногих друзей по запаху находить наркотики и контрабанду, задерживать преступников и конвоировать арестантов. А потому, как и много лет назад, тренированному псу в полиции всегда найдется работа.
За прошедшие десятилетия мало что изменилось и в кинологическом ремесле. Разве что питомников стало больше, а сфера применения служебных собак — шире. А вот с породами ситуация иная. Сегодня лучшими полицейскими собаками считаются немецкие овчарки, а также их ближайшие родственники — бельгийские и восточноевропейские овчарки. Неплохо справляются со своими служебными обязанностями и ротвейлеры. Собаки этих пород работают там, где необходимо уверенное задержание злоумышленника. Например, популярные в последнее время бельгийские овчарки отличаются отменной скоростью и умением внезапно бросаться на злоумышленника, не оставляя ему никаких шансов скрыться.
Из овчарок выходят и отличные розыскные собаки, и собакиодорологи — те, которые идентифицируют запахи. Специалисты уверяют, что если правильно сохранить запах преступника с места происшествия, то хорошо тренированная собака сможет идентифицировать его даже по прошествии года. Овчарки отменно несут и патрульно‑постовую службу, охраняют порядок во время массовых мероприятий в местах с большим скоплением людей.
Ну а если никого задерживать не нужно, а нужно найти, например, человека в лесу или под завалами рухнувшего здания, незаменимыми помощниками полиции и спасательных служб становятся собаки охотничьих пород: золотистые ретриверы, курцхаары, лабрадоры и спаниели. Спаниели, кроме всего прочего, отлично находят наркотики и боеприпасы, а потому используются на пограничных и таможенных пунктах, а также в подразделениях полиции, специализирующихся на борьбе с наркопреступностью.
 
А вот доберманы, которые в начале XX века считались лучшими полицейскими собаками, в последнее время практически не применяются. Причина весьма прозаична: за прошедшие десятилетия собаки этой породы стали значительно хуже по всем основным параметрам. Из современных доберманов, увы, не воспитаешь хорошего служебного пса.
Никогда не любили в нашей милиции и собак бойцовских пород. Во‑первых, они с трудом уживаются с другими собаками, а значит, не могут полноценно нести службу. А во‑вторых, мертвая хватка, например, бультерьера не оставляет злоумышленнику шанса не только скрыться, но и вообще остаться в живых. Поэтому при задержании бультерьеры бесполезны — слишком велика вероятность получить не живого преступника, а бездыханное тело.