Вальс на свободу (СИ)

Борис вышел, Димка поджав хвост, послушно исчез следом. Из-за двери медленно вышла растерянная Людмила Михайловна, которая, конечно, старательно подслушивала весь разговор, и упала в кресло.
— Что это было? — прошептала она.
— Мама! Папа! Я должна ехать, — сдавлено произнесла Наташа.
— Дочь, ты с таким… типом никуда не поедешь! Он же деспот какой-то! И совсем нас не уважает! А, значит, и тебя!
— Мама, я стану женой очень богатого человека. Понимаете, ему не нравится то, что он влюбился в девушку из простой семьи. Со временем его отношение изменится, — Наташа просто не знала, что ещё говорить, понимая, что не может рисковать мамой и папой, и должна идти.
— И ты пойдёшь за такого замуж? Дочь, ты же предаёшь нас с мамой этим поступком! Пусть уезжает! Таша, если ты сейчас пойдёшь к нему, можешь больше к нам никогда не приезжать! — кипятился отец.
«Я пойду, папа!» — мысленно крикнула в ответ Наташа. — «Я боюсь его, и не знаю насколько он опасен для вас с мамой».
Девушка молча пошла в прихожую, так и не взяв ничего из вещей.
— Ты уходишь? Тогда нет у меня больше дочери! — хлопнул дверью своей комнаты Виктор Сергеевич.
— Ташенька! — выбежала вслед за дочерью Людмила Михайловна.
В прихожей Наташа вспомнила про платье, стянула его, перевернула и надела правильно.
— Я пойду, мама! Я очень люблю вас с папой. До свидания! Надеюсь, папа простит меня, — она выскочила из квартиры и только тогда позволила себе заплакать.
Во дворе дома никого не было. Ну как никого… Баба Валя с компанией закадычных подружек сидели на лавочке у второго подъезда, где старая ива давала самую большую тень. На детской площадке хаотично бегали малыши, с присматривающими за ними мамами. Громко скрипели качели. Несколько пенсионеров забивали козла на шатающемся от их азартных ударов столе. Куда-то, по своим делам, спешили случайные прохожие. А вот, возле знакомого белого мерседеса, припаркованного у Наташиного подъезда, не было никого. Девушка растерянно оглянулась, вытерев слёзы тыльной стороной ладони.
Вскоре, из-за старого поржавевшего, всегда закрытого на несколько огромных замков, гаража в дальнем конце двора появился Борис.
«Что он там делал? Туда мамаши иногда водят малышей, которым приспичило. Неужели?.. Нормально, у меня в квартире не мог? Конечно! После его заявлений, у меня дома ему и этого не позволят. Или моя семья ему настолько противна, что и в туалет у нас не пожелал сходить? Зачем тогда он на мне жениться хочет? Не понимаю», — Наташа хмуро наблюдала за приближающимся мужчиной.
Борис заметил девушку у машины и поспешил к ней. Из-за гаража, пошатываясь, показался ещё один человек. Издалека Наташа с трудом признала в нём знакомого охранника, Дмитрия, того самого, который сопровождал её из больницы домой чуть меньше двух месяцев назад.
— Здравствуйте! — вежливо поздоровалась с охранником Наташа, когда мужчины подошли ближе.
Бориса она попыталась игнорировать. Разглядев внешний вид Дмитрия, Таша, не сдержавшись, заметила. — Вам явно пришлось недавно побывать в серьёзной переделке. Разве после такого не положен больничный?
Последний вопрос был адресован, скорее, к Борису, как к нанимателю.
Поникший Дмитрий действительно выглядел очень плохо, словно, его прямо только что избивала толпа озверевших бандитов, даже одежда кое-где была запачкана.
— Вот вернёмся домой, в посёлок, и он пойдёт на больничный, — как-то странно зловеще пообещал Борис.
Наташа продолжала оглядываться вокруг.
— Садись сюда, на переднее сиденье, — приказал Борис, открывая девушке дверь автомобиля.
— А где наша собака? — она даже не сдвинулась с места, продолжая сканировать взглядом двор. — Димка! Дима! Димочка!!!
— Нет его. Искать не будем, — Борис, скрепя зубами, схватил её в охапку и буквально забросил в машину.
— Борис… — испуганно пискнула девушка, порываясь выйти.
— Села, я сказал! И ты, Дмитрий, тоже поторопись… раньше приедем, скорее на больничном окажешься.
Ссутулившийся ещё больше охранник только молча скользнул на заднее сиденье и затих там, не дыша.
 
— Наташа! — из подъезда выбежала запыхавшаяся Людмила Михайловна.
— Мама!
— Я поеду с вами во дворец.
— Садитесь рядом с Дмитрием, — распорядился Борис.
— Мама, там, где-то во дворе Димка остался один. Может, ты папе позвонишь?
— Ваш питомец сейчас вместе со своим настоящим хозяином. Он только что забрал его домой. Да, Дима? — прорычал, захлопывая дверь машины и трогаясь с места, Борис.
— Да, Наталья Викторовна, подтверждаю, Димка сейчас едет к себе домой. Клянусь, — тихо, но так уверенно произнёс охранник, что Таша ему сразу поверила и немного успокоилась.
— Тогда хорошо. Надеюсь, ему дома будет лучше, чем у нас. Я так и не дала объявление про потеряшку. А у него хозяин добрый, Дмитрий? Как он вам показался?
— Он… не знаю… строгий… — растерянно промямлил парень, но заметив, как пристально смотрит на него Борис в зеркало заднего вида, добавил, — Но очень умный и справедливый. С такими… крупными… животными надо строго. Не волнуйтесь, Наталья Викторовна, с Димой всё хорошо будет, я почти уверен.
***
Тысячу раз Наташа представляла себе, какой будет её свадьба. В разные периоды жизни, в её девчачьих фантазиях менялись платья, причёски, подружки невесты и даже женихи. Однако, после последнего Нового года в роли жениха в её мечтах неизменно был Борис. Это тогда, когда она ещё грезила о предложении руки и сердца от него. Теперь она понимала, что не может ей предложить сердце тот, у кого его нет. А только рука ей зачем? Но никто не спрашивает…
Мечта почти сбылась. Жених именно тот, которого Таша желала.
Однако, сегодня, в зале для торжеств дворца бракосочетаний, подружки невесты, друзья жениха и все гости это — мама, заплаканная совсем не от счастья за дочь, и, недавно избитый кем-то до синевы, охранник. Вместо красивого белого платья, на невесте — старый ядовито- зелёный сарафан с надорванным карманом, который с самого начала Таше не нравился и одевался ею только как домашний наряд. А волосы…даже не хвост, а небрежно завёрнутая на макушке растрёпанная гулька.
Расписали их за восемь минут. Наташа специально засекала. Была свободная девушка Таша Кузьмина, а стала пленница богатого тирана — Волкова Наталья Викторовна. На тонкий палец надёжно село гладкое кольцо из белого золота.
— Я вызову Вам такси, — сказал Борис Людмиле Михайловне, когда они вышли из невысокого одноэтажного здания, громко именуемого дворцом бракосочетаний.
— Нет-нет. Я сама доберусь. Тут недалеко остановка. Звони мне, Ташенька. Люблю тебя, солнышко, — женщина поспешила прочь, словно убегая.
Её плечи были опущены и Наташе показалось, что вздрагивают, как будто мама плачет. Она не могла оторвать от неё взгляда, пока родная фигура не скрылась в проходе между домами.
«Этого я Борису никогда не прощу», — отстранённо подумала Наташа, продолжая смотреть туда, куда ушла мать.
Мужчина, тем временем, потянул её за локоть к машине, потом усадил на место рядом с водителем и с силой хлопнул дверцей.
Через десять минут они уже мчались по загородной трассе.
Борис с силой сжимал руль. Он никак не мог вернуть себе самообладание после всего произошедшего. Болезненное воспоминание о том, как, едва открылась дверь в квартиру, ему в нос ударил аромат пары, тесно смешанный с запахом другого самца, всё ещё поднимало ревнивую ярость со дна его души. А картина, где полураздетая Наташа лежит на другом волке, стояла перед глазами и причиняла настоящую боль где-то в области сердца. Несмотря на все доводы разума, альфе в тот момент хотелось убить Дмитрия, а пару примерно наказать, но прежде — закрепить своё единоличное владение ею.
Женившись сегодня на Наташе, Борис сделал то, что запланировал заранее, хоть и не совсем так, как собирался. Вместо более-менее нормального знакомства с родителями своей женщины и скромного торжества, хоть и на скорую руку, для которого в багажнике для Наташи в огромной коробке лежало, специально приготовленное, белое платье и даже фата, случилось то, что случилось. Однако, он не жалел ни о чём. Сейчас его зверь хоть немного успокоился и перестал рваться наружу, выворачивая кост: Наташа — его жена.