Ретро-Детектив-4. Компиляция. Книги 1-10 (СИ)

Георгий осторожно, пошатываясь, встал на ноги. Быстро ощупал себя – нет, все в порядке. Мария копошилась рядом, она тоже не пострадала. Родин метнул взгляд в сторону погони – и обомлел.
Это действительно была охота. Загонщики грамотно рассыпались цепью, собаки рвались со шлеек, роняя слюну, охрана перезаряжала ружья – и доктор, этот чертов доктор, скакал впереди!
– Надо было тебя придушить… – процедил Родин, сдергивая винтовку с плеча.
Чтобы прицелиться – каждый патрон был на счету, – ему пришлось скрыться за деревом и затащить туда Марию. Пули свистели совсем близко, то и дело выбивая щепы из ствола.
– Надо. Было. Придушить, – жестко повторил Родин и поднял винтовку.
Выстрел!
Доктор нелепо взмахнул руками и криво, боком, повалился с лошади.
– Вы все еще против насилия? – спросил Родин у Марии. – Победа бескровно, все такое?
Очеретина ничего не ответила.
Георгий пальнул еще раз, метким выстрелом сняв с коня ближайшего загонщика.
– Побежали, – дернул он Марию, стараясь скрыть нехорошую ухмылку. – Слишком мало патронов, бежим.
Собаки заходились утробным лаем, лошади храпели, всадники орали что-то неразборчивое – все это плотное месиво то и дело разрывалось громкими выстрелами. Родин скользил по грязи, цепляясь за ветки, – винтовку он давно уже выбросил, когда израсходовал патроны, – чудом удерживаясь от того, чтобы снова не покатиться кубарем. К его удивлению, Мария не отставала от него, держась практически бок о бок.
– Стой! – Георгий вдруг замер.
Его ноздрей коснулся нехорошо знакомый запах. Сладковатая, удушающая гниль – именно так пахнут перепрелые в стоячей воде растения…
Он осторожно сделал шаг, перенеся вес вперед. Нога ушла во влажно чавкнувшую почву. Господи, только не это…
– Болото, – с горечью сказал Родин. – Они все-таки загнали нас.
– Нет! – Мария вцепилась ему в рукав. – Не может быть. Ну посмотрите… Посмотрите, там же твердая почва! Это просто лужа – а там, там можно будет пройти.
– Это болото, – повторил Родин. – Вы же вытаскивали нас с Борисом из такого же, неужели не помните?
Мария упрямо мотнула головой. Конечно же, она помнила – просто не хотела верить. Болото… это значит, что все кончено. Они проиграли.
– Не бойтесь, – Родин успокаивающим жестом положил ей руку на плечо. – Меня дед учил ходить по болотам. Мальчишкой у меня получалось… Может быть, и сейчас все обойдется?
Он быстро огляделся и, заметив подходящее дерево, выломал из него две большие ветки.
– Смотрите, – сунул одну Марии. – Берете слегу вот так и проверяете глубину. Не только воду, но и насколько мягкая почва, понятно?
Очеретина кивнула.
– Так… – наморщил он лоб, припоминая. – Идете… Идете вот так, видите? Как будто скользите. Не ждите, когда встанете на ногу всем весом, шагайте дальше, иначе увязнете. Получается?
– Вроде бы… – робко сказала Мария.
– Тогда давайте, – осторожно подтолкнул ее Родин. – Быстрее, быстрее, они тоже могут уметь ходить по болоту.
Конечно, у Марии выходило не очень, она то и дело оступалась, практически повисая на шесте, да и сам Георгий уже порядком подрастерял навыки, но у их преследователей все было гораздо хуже. Один из них, не рассчитав, на полном скаку ворвался в болото, намереваясь, видимо, нагнать беглецов единым рывком, но лошадь тут же грузно осела. Всадник пытался удержаться, натягивая поводья, но соскользнул с седла и ухнул в топь вниз головой, не успев издать ни звука. Лошадиное ржание было слышно еще минут пять, но и оно вскоре стихло.
– Насилие? – тяжело дыша, повторил Родин. – Бескровно? Вы все еще против?
Мария ничего не ответила, лишь с размаху вогнала шест в топь.
И тут ее посох с громким, подобным выстрелу, треском сломался.
Мария вскрикнула, взмахнула руками в тщетной попытке удержаться на ногах – и упала навзничь. Черная жижа хлюпнула и начала засасывать девушку.
– Без паники! – в ужасе закричал Родин, нащупывая слегой твердую почву. – Я сейчас!
Подобраться к Марии не было никакой возможности – слега то и дело уходила на пол-аршина, а то и больше, в тину, Георгия разом затянуло бы по пояс. Но медлить было нельзя – болото поглотило Очеретину уже по грудь и продолжало неумолимо подбираться к лицу.
 
– Не надо… – растерянно пробормотала Мария, глядя на безуспешные попытки Родина. – Я как-нибудь сама… попробую…
– Не говорите глупостей! – делано бодро сказал Георгий и сделал шаг вперед. – Все в по…
Первые два шага ему еще дались, хоть и не без труда, но на третий он ухнул вниз, даже не договорив фразу. Болото сыто чавкнуло.
– Все в порядке! – повторил он, с усилием двигаясь вперед, надеясь, что Мария верит ему. – Тут твердо… просто глубоко очень. Немного грязи, но твердо.
– Вас засасывает, – всхлипнула она. – Не врите.
– Ну и ладно, – мрачно сказал он, протянув ей руку. – Хватайтесь.
– Нет, – мотнула она головой.
– Хватайтесь! – повторил он, стараясь, чтобы это прозвучало как можно более зло. – Иначе оба и помрем тут, как дураки. А мы же не дураки, правда?
– Дураки… – грустно сказала Мария. – Не справились… Вылезайте и бегите, Родин, у вас есть задание.
– Не глупите, – он начал злиться по-настоящему.
– Идите, – повторила она. – Таких, как я, – десятки. А Россию сейчас можете спасти только вы.
– Как… же… мне… надоела… – пропыхтел он, с усилием проталкивая свое тело вперед по вязкой жиже, – эта… демагогия…
Он выбросил руки вперед и сгреб вяло сопротивляющуюся Марию. Жижа дошла той уже до подбородка.
– Расслабьтесь, – приказал он и потянул тело Марии на себя. Болото не отпускало добычу.
Родин дернул еще и еще, чувствуя, что еще немного, и сам окончательно и бесповоротно провалится в объятия цепкой тины.
Но тут что-то хлопнуло – и хватка болота ослабла.
– А теперь сами, – приказал он.
Мария, помогая себе руками, цепляясь за него, медленно, вершок за вершком, выползла на сушу.
– Ну, вот и все, – делано небрежно сказал Родин, помогая ей встать. – Ничего страшного. А теперь бежим, пока они нас не обошли вокруг болота.
Он сделал несколько шагов вперед – и тут Мария дико завизжала, так, как не визжала еще никогда.
Родин обернулся, готовый увидеть что угодно – настигшую погоню, внезапно ожившего доктора, свору оскалившихся псов, но Мария всего лишь дрожащими руками тыкала в присосавшихся к ней пиявок. Их было не более десятка – лоснящихся, черных, стремительно раздувающихся от крови.
– Уберите их! – продолжала визжать Мария. – Уберите их сейчас же!
– Нет времени, – попробовал успокоить ее Родин. – Ничего страшного, они сами отвалятся. Они же не ядовитые, они не…
– Уберите! – Мария вцепилась ему в плечо. – Ну, пожалуйста!
Ее трясло от отвращения и страха – в таком состоянии она совершенно не могла продолжать путь.
Негромко чертыхнувшись сквозь зубы, Родин принялся обирать пиявок. Те, охочие до свежей крови, держались крепко, то и дело выскальзывая из мокрых пальцев.
– Вот еще, вот! – показывала Мария.
Последнюю пиявку Родин уже не стал снимать – просто оторвал кусок подола.
– Все? – зло спросил он, жалея о потерянном времени. – Теперь все в порядке?
Мария ничего не ответила. Она стояла, замерев, вперив взгляд во что-то за спиной Родина.
Георгий оглянулся – и тоже замер.
Видимо, загонщиков через топь провели крестьяне, знающие тут все ходы и выходы. Да вот же они – два мужичка в оборванных рубахах и стоптанных сапогах, трясутся на закорках у самых тощих всадников. Собаки не лают – болотная грязь залепила им морды. Но ружья у охотников сухи – и они уже поднимают их…
 
– Черт! – вскрикнул Родин. – Ваши проклятые пиявки! Мария… ох, черт!
– Бежим! – она потянула его за рукав. – Бежим, нет времени! Не стойте!
Он ошалел от такой наглости, но последовал за ней.
– Вы уверены, что там есть путь? – задыхаясь, выкрикнул он, прислушиваясь, не перезаряжаются ли ружья за спиной.