Ретро-Детектив-4. Компиляция. Книги 1-10 (СИ)

Уши бывшего студента побагровели за долю секунды. Все пропало! Ромаша в отчаянье взглянул на учителя, но тот глядел в ответ так же беспомощно.
– И вам наверняка известно, что это не простой ребенок… – Под взглядом Родина политические конфузились все сильнее и сильнее. – Японская легенда гласит, что это сын богини. Он способен творить чудеса и может даже изменить ход истории.
Наконец Ромаша не выдержал и, вскочив, почти заорал:
– Да все уши уже прожужжали этими сказками! Будто бы этот пацаненок что-то изменит! Да только нет его! Пропал он, и никто его не видел! Все равно он не способен ничего изменить! Изменить что-то может только революционный террор! – Ромаша остановился и со все еще выпученными глазами осмотрелся.
Весь кабак изумленно глядел на него. Даже перепившийся каторжанин пробудился и поднял на Ромашу мутный взгляд. В немой сцене замерли игроки в штосс, но, перехватив заинтересованный взгляд Родина, суетливо продолжили игру, причем понтирующий перепутался с банкометом, и карты пошли невпопад.
Георгий встал, коротко откланялся и быстро направился к выходу. Что-то тут было нечисто. Как будто каждый житель города что-то скрывал. Каждый что-то недоговаривал и отводил глаза. Во всем этом предстояло разобраться.
  
Глава 16
 
Родин подошел к небольшому дому возле школы. Дверь отворил Ефим.
– Анна Давыдовна, к вам опять господин лекарь пожаловал.
– Георгий Иванович! – послышалось из глубины дома. – Проходите, проходите!
Родин разделся и прошел в комнату. Она была весьма неплохо обставлена. «Видимо, хорошо платят японцы», – мелькнула у Родина мысль. Анна Давыдовна сидела за книгой. Книги тут вообще были повсюду: стояли на полках, лежали стопками или по одной на обеденном столе, открытом секретере, на сундуках.
– Давайте чаю выпьем, я как раз собиралась, – Хозяйка сделала знак Ефиму, и тот удалился на кухню. – Как вы поживаете? Как больница?
– Спасибо, Анна Давыдовна, не жалуюсь, да и больница с каждым днем улучшается. Стараюсь понемногу. А как вы? Как школа?
– Школа – прекрасно! Детки наши радуют меня каждый день. Такая удивительная тяга к знаниям! Маленькие светочи науки.
– Это прекрасно. Я чего пришел-то – мне ведь так и не выпало чести быть представленным вашему супругу. Вот выдалась свободная минутка, я и подумал…
– Ах, Михаила Степановича сейчас нет дома, он на службе.
Ефим принес поднос с горячим чаем и ароматными пирогами. Анна Давыдовна вскочила, убирая со стола книги, чтобы освободить место под поднос.
– Так ведь поздно уже, день почти на исходе.
– Да он ведь, знаете ли, всегда запаздывает, все старается побольше успеть за день, – сказала Анна Давыдовна, пододвигая к нему чашку с дымящимся чаем. – Угощайтесь, Георгий Иванович.
– Спасибо. Не бережет себя, а я вам как доктор скажу, нужно отдыхать иногда, особенно в таком-то климате, – заметил Родин, отхлебнув чаю.
– Конечно же, вы правы, но ведь это все на благо. На благо нас с вами, на благо людей вокруг, на благо новой светлой жизни! – говоря это, Анна Давыдовна неотрывно смотрела куда-то вдаль, как будто там она явственно видела это самое светлое будущее.
– А все-таки вы, как женщина, его берегите. А то так и не доведется нам с ним даже познакомиться, – улыбнулся Родин и подмигнул Анне Давыдовне. – А интересно с образованным-то человеком встретиться, особенно в такой глуши.
– А знате что? Вы вот пойдите прямо к нему сейчас, увидите его в работе. Ефим вас проводит.
Родин заметил Кононыхина издалека. Тот ходил по берегу в сопровождении нескольких каторжников. Приблизившись, Георгий увидел, что двое каторжников везли за ним тележку с инструментами, один нес чертежи. Сам инженер также ходил с картой, в которой делал какие-то пометки.
– Добрый день, Михаил Степанович. Имею честь представиться: Родин Георгий Иванович, доктор.
– Здравствуйте. Наслышан о вас. Прошу меня извинить. Макар! – он окликнул паренька в тулупе. – Макар, поди сюда, пометь вот это место на карте как годное для бурения. – Макар тут же подбежал, забрал у него из рук карту и начал делать в ней пометки. – Толковый парень, даром что уголовник, – сказал Кононыхин, кивнув головой на Макара. – Это надо закончить дотемна сегодня, возможно, завтра будем пробовать искать горное масло. – Пройдемся? – обратился он к Родину.
 
– Интересным делом вы заняты. Слышал от вашей жены, что планы у вас грандиозные. У вас, – Георгий сделал паузу, – и у тех, кто вас поддерживает.
– Верно. Японцы готовы помогать в поисках нефти. И когда мы ее найдем, это станет отправной точкой в истории развития всего края. Сахалин – кладезь для России, только слепой этого не видит! Слышали, из Лондона вон даже англицкого геолога послали сюда разведывать, есть ли нефть. Я надеюсь найти нефть раньше его. Поэтому торопимся. Все это должно послужить человечеству, все должно пойти на благо.
– И как же успехи? Нашли уже нефть?
– Пока еще нет, но мы близки к этому. Очень близки.
– Как вам удается наладить контакт с японцами? Они же люди совершенно других понятий.
– Как специалист со специалистами, тут, знаете ли, уважаемый, национальность большой роли не играет.
– Ну извольте, сударь. Я слышал… – начал Родин.
Инженер, кажется, его не слушал. Он шел по берегу, внимательно глядя под ноги.
– Я слышал, – продолжал Родин, в то время как Кононыхин достал из кармана кусок бумаги и начал в нем что-то рисовать, – они верят в такую ересь, которая нам, добрым христианам, и во сне не приснится.
– Ересь? – спросил инженер, не поднимая головы от своей схемы.
– Например, у них много богов. Не один, а тысячи, как в темные времена язычества, прости Господи. Бог горы, бог дома, богиня песка…
Тут Родин истово осенил себя крестным знамением. Инженер же не перекрестился, а равнодушно сделал еще одну пометку в карте и махнул рукой каторжнику с тележкой.
– А еще я слышал, – Георгий покосился на подошедшего мужчину и перешел на шепот, – будто они верят в то, что сын их императора был рожден богиней, – сказал он многозначительно. Но, кажется, Кононыхин не придал этой информации никакого значения. – Одной из их богинь, – после паузы добавил Родин.
Инженер оторвал взгляд от карты и посмотрел вопросительно на собеседника.
– Родин, вы же образованный человек, врач. Почему вы верите во всю эту чепуху?
– Так я сам удивлен, что об этом говорят.
– Мало ли что говорят, некоторым просто нечем заняться.
– Да просто интересно, что они за люди. У нас, знаете ли, в губернии японцев почти не встретить. А здесь много. Почти повсюду. Вон и поселение там есть. А еще говорят, двое японцев с мальчиком останавливались прямо в городе. Странно, почему они со своими не жили в поселении? Вы, верно, видели их, они ведь прямо рядом со школой жили.
– С мальчиком? Не припомню. У меня, знаете ли, не очень хорошая память на лица, не приметил. Про детей вы лучше у жены моей спросите, она тут про детей все знает, любит их очень, все время в школе проводит. Это хорошо, надо учить молодых наукам. Наука – это все, наука – это наше будущее. Я попрошу извинить меня, Георгий Иванович, дело зовет.
– Понимаю, ваше дело очень важное и ценное для жителей. Простите, что отвлекаю.
– Спасибо за понимание. Но ваше дело тоже очень важно и ценно для края.
– Верно, да только, боюсь, если все идет к войне, то и мое, и ваше дело – под угрозой.
– А мне что война? Любое государство заинтересовано в добыче ресурсов. Я и при микадо буду заниматься любимым делом.
– Не буду вас больше отвлекать, Михаил Степанович, вижу вам дотемна надо управиться. Приятно познакомиться, заходите на чай, если будет свободная минутка. Всегда интересно потолковать с образованным человеком.
 
– Конечно, конечно, – закивал Михаил Степанович, делая пометки в карте, – и вы заходите.
С отсутствующим видом он пожал Родину руку и принялся разглядывать карту, в которой Макар что-то чиркал по его указаниям.