Ретро-Детектив-4. Компиляция. Книги 1-10 (СИ)
Распоряжение заправилы выполнили шустро и беспрекословно. Обоим бойцам за спиной стянули руки в запястьях широкими кожаными ремнями. В центре кабака расчистили круг, и поединок начался.
Максим наскакивал с еле сдерживаемой яростью на обидчика: бодал его головой, пинал ногами, коленями и пытался сбить с ног плечом. Грузный Загреба бил редко, но метко. Каждый его толчок отправлял на пол молодого человека, но он раз за разом поднимался. Поначалу симпатии публики были явно на стороне польского богатыря. Но бойцовый дух Максима, его неукротимость и пыл с каждым мгновением завоевывали признание. И уже через десять минут разогретые пивом и сливовицей посетители «Белого Орла» выкрикивали «Максим!» и «Загреба!» в равной пропорции.
После особо свирепой атаки юного моряка на пол упали оба борца – исчерпали силы до самого донышка. Зал одобрительно засвистел, заулюлюкал и захлопал в ладоши. Обоим помогли подняться. Запыхавшийся Загреба довольно проревел:
– Что я вам скажу, панове! Этот юный рыцарь – честный человек. Шпики так биться не умеют! Платный провокатор, как до крови доходит, теряет свой гонор. Лишь горящие верой в свою правоту готовы стоять до конца. Что-то такие среди жандармов и полицейских не попадались! Я на своей шкуре убедился, что эти трое – те, за кого себя выдают. Отныне они – под моей защитой. Горе тому, кто возжелает причинить им зло!
Он обнял Максима, крепко пожал руку Родину и виновато склонил голову перед Юленькой:
– Не держите обиды на меня, прекрасная панна! Слова мои были пусты – всего лишь небольшая проверка. Надеюсь, как представители тайного общества, вы меня понимаете. Позвольте теперь проявить истинное польское гостеприимство!
И Загреба увлек за собой троицу к богато накрытому столу на самом почетном месте в зале.
* * *После того, как было выпито неисчислимое количество пива, водки, настойки, наливки, зубровки, меда, крупника (Максим тут явно преуспел, чем вызвал дополнительное уважение польских революционеров), Загреба отвел русских фанатиков в сторонку и, сделав серьезное лицо, назначил им встречу:
– Приходите сюда же в полночь в полном составе. Язычники поедут со мной, а барышня останется в кабаке как гарантия вашего подобающего поведения у пана Шароевского.
Ни Максиму, ни Георгию идея оставить барышню в качестве залога совсем не понравилась. Максим понимал, что честь его сестры для каждого из присутствующих в этом злачном месте является понятием относительным, особенно после сальных шуточек старого пошляка Загребы.
Что до Родина, он вдруг осознал, что беспокоится не только за безопасность Юленьки. К своему стыду, Георгий был вынужден признать, что не хочет отпускать от себя эту непоседливую, но и очень интересную девушку. Если с Полинькой ему было спокойно и уютно, как летним утром на реке (но ведь долго так не просидишь – скучно!), то с Юлей он чувствовал себя не только мужчиной, но и ярким мужчиной.
Любвеобильный Родин прежде знавал самых разных женщин, но никогда еще не встречал такого уникального сочетания чувственной красоты с интеллектом, смекалкой, решительностью и, что самое удивительное, неуемной тягой к приключениям. И не то что терять, а даже отдавать на хранение Юлю он решительно никому не собирался!
– Барышня едет с нами, и это не обсуждается! – ледяным тоном отчеканил Родин. – Без ее энергии мы не сможем провести сеанс народной магии, чтобы доказать пану Шароевскому серьезность наших намерений.
Загреба гнусно ухмыльнулся и пожал плечами:
– Ну, смотрите сами. Начнете у этого индюка выкаблучиваться, сами же и пожалеете.
Остаток дня друзья провели, прогуливаясь по окрестностям и наблюдая за жизнью города. Родин от души хохотал над меткими Юленькиными замечаниями о прохожих, пока не подметил, что Максим на него как-то странно посматривает.
«Догадался, что ли? – озадаченно подумал поглощенный новыми чувствами Георгий. – Надо держать себя в руках, не хватало нам еще драки между участниками спасательной миссии!»
Ровно в полночь язычники-самозванцы вернулись в пристанище радикальной молодежи, где их уже ждала коляска, запряженная тройкой гнедых, и три пыльных мешка, которые Загреба бесцеремонно натянул им на головы. Коляска тронулась, и вскоре Родин понял, что повороты считать бессмысленно: извозчик сделал несколько замысловатых кругов по Варшаве и, судя по изменению вибрации экипажа, выехал на проселочную дорогу.
До усадьбы Шароевского они добрались примерно через час. С облегчением стянув мешки, друзья увидели гигантское мрачное здание, со всех сторон окруженное высоченной каменной стеной с башенками, которую, в свою очередь, окружала непролазная лесная чаща. Замок представлял собой трехэтажное строение с вытянутыми окнами и высокой башней по центру. Дубовые ворота были закрыты, но не заперты. В одном из окон горел свет – видно, Шароевскому не спалось, да и наверняка его уже предупредили о скором визите русских чудаков.
Загребу на экскурсию по логову черного князя не пригласили, и он, нисколько этим не расстроенный, улегся спать, а Максим, Георгий и Юля в сопровождении высокого слуги, вооруженного саблей и двумя револьверами, отправились к хозяину. В замке было сыро и неуютно. Свечки в тяжелых канделябрах горели через одну, по коридорам гулял промозглый ветер, по стенам сновали мохнатые пауки, и создавалось впечатление, что они тут – единственные живые существа.
Друзья, следуя за слугой, долго плутали по холодным закоулкам и крутым лестницам, пока не услышали задорное пение. Мужской голос выводил игривые рулады где-то совсем близко, и «язычники» пошли на звук. Демонический полуночник оказался красивым холеным вельможей с аристократическими чертами лица, аккуратно подстриженными усиками и глазами цвета стали.
Несмотря на позднее время суток, Шароевский был одет с иголочки и пребывал в приподнятом настроении. Он холодно улыбнулся, когда в роскошно обставленной зале с полыхающим камином и накрытым столом появились трое незнакомцев. Глава черной сети, опутавшей всю Европу, пригладил роскошную золотую шевелюру и широко улыбнулся. Взгляд его при этом остался цепким и неприятным.
– Прошу к столу! Мои друзья сообщили мне о приезде преинтереснейших личностей из Российской империи, а я как раз подумывал, чем бы занять вечер и кого бы угостить моей фирменной кровяной колбасой, сделанной по секретному рецепту.
– Страсть как люблю кровянку! – воскликнула Юленька и устремилась к столу.
Родину ужасно не понравилось сочетание фраз «кровяная колбаса» и «секретный рецепт», но он так проголодался, что решил не забивать себе голову ерундой и уселся за внушительный дубовый стол, на котором аппетитно громоздились яства. Видно, с мечтами о том, что путешествие в Польшу принесет ему заветное похудение, можно распрощаться… Максим тем временем уже доедал второй кругляшек колбасы, с нескрываемым аппетитом заедая его теплым луковым хлебом и запивая вином из высокого хрустального бокала. Перекусив, «сектанты» принялись вешать на аристократичные уши польского князя отборную русскую лапшу.
– Мы представляем тайный Русский орден, целью которого является полное уничтожение Церкви и восстановление на земле Русской древней языческой веры северного направления. Мы поклоняемся нашему хтоническому божеству Ящеру…
В этот момент Юленька запела высоким красивым голосом:
Сиди, сиди, Ящер,В ореховом кусте,Грызи, грызи, Ящер,Каленые ядра!Дам тебе, Ящер,Красную девку,Алую ленту!И сидит Ящер, ладу-ладу,Орешки лущит, ладу-ладу,Веретено точит, ладу-ладу,И жениться хочет, ладу-ладу!Глаза у Шароевского так странно вспыхнули, что Родин поежился и затараторил, мысленно крестясь: