Принадлежащая грешнику (ЛП)

В тот момент, когда мы достигаем вестибюля, Эзра жестом велит нам двигаться быстрее.
— Мимо проезжала машина. Они наблюдают за зданием.
 Господи Иисусе.
Я, блять, могу догадаться, о чем было видео, и сейчас больше, чем когда-либо, жалею, что не посмотрел его. Я бы, блять, знал, что не надо было сюда приходить.
— Блять! — Я сердито огрызаюсь, вытаскивая Киару из здания.
 Это была ловушка, и я, блять, угодил прямо в нее.
Глава 38
КИАРА
Лиам запихивает меня на пассажирское сиденье, пристегивает ремень безопасности, затем захлопывает дверь. Широко раскрытыми глазами я наблюдаю, как он обегает машину спереди.
Он садится за руль, затем шины визжат, когда мы мчимся прочь от моего многоквартирного дома. Я быстро опускаю коробку к своим ногам. В ней все мои воспоминания об отце. Я не могла просто оставить это в квартире.
Оглядываясь через плечо, я вижу, что Деклан и другие охранники следуют за нами на своем внедорожнике. Вейлон проверяет обойму своего пистолета.
— Что происходит? — Спрашиваю я, в моих словах сквозит замешательство.
Что-то врезается в машину, и я испускаю испуганный вопль.
— Это была гребаная ловушка, — выдавливает Лиам сквозь стиснутые зубы. — Я, блять, должен был догадаться. Блять! — Он хлопает рукой по рулю.
Я никогда не видела его таким злым и вжавшимся в сиденье.
 Я подвергла его жизнь опасности.
Осознание прорывается сквозь травму и горе, которые закрутили меня по спирали, просто желая заполучить коробку. Я оставила ее только потому, что думала, что останусь у Лиама на пару дней.
 Черт, это моя вина.
Пули осыпают бок внедорожника. Я кричу, затем рука Лиама оказывается у меня на затылке, и меня толкают вперед, пока мое лицо не прижимается к коленям.
— Лежи, детка, — приказывает он, вся мягкость исчезает из его голоса и заменяется абсолютной жестокостью.
 Что я наделала?
В машину попадает еще больше пуль, и окна разлетаются вдребезги, осыпая мою спину стеклом.
— Лиам, — кричу я, поворачивая лицо, чтобы увидеть, все ли с ним в порядке.
Он высовывает руку из окна, затем по внедорожнику разносится грохот выстрелов, когда он стреляет в нападавших.
 Боже милостивый. Звучит так, будто я нахожусь в зоне боевых действий.
— Ублюдки, — рычит Лиам, затем резко дергает руль вправо, и нас заносит, когда он входит в поворот, как чертовски опытный гонщик.
 Срань господня.
 Это происходит на самом деле.
— Почти приехали, — бормочет он. — Давайте, ублюдки, продолжайте следовать за нами.
Мои глаза поднимаются к его лицу, и, видя жестокую улыбку, искривившую его рот, мои губы приоткрываются.
 Это не тот Лиам, в которого я влюбилась.
 Этот человек – глава мафии.
Осознание, наконец, доходит до меня.
 Это то, от чего папа защищал меня.
Лиам делает еще один крутой поворот, его тело даже не шевелится на сиденье, в то время как меня отбрасывает к двери.
— Приготовься, — рычит Лиам.
Что-то ударяется о внедорожник, раздается звук гнущегося и скребущегося металла. Я хватаюсь за приборную панель, когда наш автомобиль бросается вперед, затем мы вращаемся по кругу.
Рука Лиама высовывается из окна, он делает один выстрел за другим, затем мы снова набираем скорость.
Он тычет в меня своим пистолетом.
— В отделении есть обоймы. Вставь новую.
Я беру у него оружие, не зная, что делать. Вытаскивая полную обойму из отделения передо мной, я спрашиваю:
— Что мне делать?
Лиам протягивает руку, нажимает на что-то на пистолете, и выскакивает пустая обойма.
— Вставь другую, — приказывает он.
Я делаю, как он говорит, затем пистолет вырывают у меня из руки.
 Черт. 
В абсолютном шоке я смотрю на пустую обойму у себя на коленях.
— Приготовься, — кричит он, затем внедорожник резко сворачивает, и мы внезапно останавливаемся.
— Вылезай и, блять, беги к выходу, — резко приказывает Лиам, распахивая свою дверь. — Убирайся отсюда, Киара!
 
Дрожащими руками я открываю свою дверь и чуть не вываливаюсь из внедорожника.
Мои глаза осматривают склад, и я наблюдаю, как мужчины бегут на помощь Лиаму. Три черных седана останавливаются прямо у входа.
Вейлон хватает меня за руку, затем меня тащат в противоположном направлении от места бойни.
По складу разносится эхо тяжелой стрельбы. Вейлон хватает меня за голову, и я вынуждена бежать, прижав ее к его груди, пока он прикрывает меня.
— Вперед! Вперед! Вперед! — Деклан кричит, затем его руки поднимают меня с ног.
Вейлон перестает бежать с нами, и из-за плеча Деклана я наблюдаю, как Вейлон достает пистолет и кричит:
— Уведи ее отсюда. Я задержу их.
 Боже Всемогущий.
Мой взгляд скользит по мужчинам у внедорожников в поисках Лиама. Я не могу его найти, что вызывает необузданную панику и страх, взрывающиеся в моей груди.
— Лиам! — Я кричу. — Остановись, Деклан!
— Ни за что, принцесса, — рычит он.
Я начинаю бороться и мне удается высвободить свое тело из его рук. Я падаю на землю, вскакиваю на ноги, затем оббегаю Деклана. Я бегу обратно к месту драки, крича:
— Лиам! — яростно ищу его, в то время как мужчины стреляют друг в друга и тела падают на землю.
Смерть и разрушение проносятся передо мной, как что-то из фильма ужасов.
Деклан хватает меня, мое тело снова взлетает в воздух, и меня перебрасывает через его плечо. Я пытаюсь не отрывать глаз от войны у главного входа, но она исчезает, когда Деклан выныривает через выход.
Меня отбрасывает назад, мои ноги сильно ударяются о землю, затем я бегу, когда Деклан тащит меня в лабиринт из металлолома.
Он ведет меня глубже в лабиринт, затем толкает на землю за большой кучей раздавленных машин.
— Лежи, — выдыхает он.
Держа пистолет наготове, он стоит передо мной, выглядывая из-за металла.
Гравий впивается в мои ладони, дыхание обжигает горло.
 Лиам.
Мои глаза закрываются, и все, что я вижу, – это образы тел и крови. Все, что я слышу, – это стрельба.
 Лиам.
Сильное чувство вины вырывает мое сердце из груди.
 Это моя вина.
Я не знала, что это будет ловушка. Мне просто нужна была коробка с воспоминаниями.
И все же, это моя вина, так много людей умирают сегодня ночью.
Глава 39
ЛИАМ
Каждое тело, которое падает рядом со мной, ударяет мне в сердце.
Это чертова кровавая бойня, но мы даем отпор, убивая двенадцать сицилийцев, которые пришли за нами.
Так на двенадцать ублюдков меньше, о которых стоит беспокоиться.
 Киара.
Когда Колин убирает последнего человека, моя рука медленно опускается, крайнее истощение борется с адреналином, наполняющим мои вены.
Мои глаза скользят по телам моих врагов, затем я смотрю вокруг на своих павших людей.
Аарон. Себастьян. Нолан. Сайлас. Гэвин.
 Мои братья.
Сильная потеря сотрясает мое тело, как приливная волна.
— У тебя идет кровь, — говорит Колин. Он берет меня за руку, но я не могу оторвать глаз от моих павших мужчин. — Просто рана. — Когда я не отвечаю, он спрашивает. — Босс?
Я выныриваю из скорби и встречаюсь взглядом с каждым из мужчин, переживших нападение.
— Позаботьтесь о наших и сожгите гребаных сицилийцев, — приказываю я.
Переводя взгляд на Колина, я поднимаю руку к его затылку. Знакомое чувство отвращения пробегает по моей коже, но ему всего восемнадцать, а он уже один из моих лучших людей. Притягивая мальчика ближе, я говорю:
— Ты молодец.
Я отпускаю его и направляюсь к Вейлону.
— Где Киара?
Он кивает в сторону выхода, затем следует за мной со склада.
— Деклан? — Я кричу.
— Все чисто? — кричит он со стороны свалки.
— Да. Выходи.