Принадлежащая грешнику (ЛП)

Подойдя к столу Девона, Киара смотрит на экран компьютера, полностью погруженная в свои мысли.
— Пора идти домой, — говорю я.
Она подпрыгивает, издавая испуганный звук.
— О... Точно. — Я смотрю, как она все выключает, и жду, пока она встанет, прежде чем подойти к лифту и нажать кнопку.
Оглядываясь на нее, я спрашиваю:
— Чувствуешь себя лучше?
Ее голова качается вверх-вниз, когда она подходит, чтобы встать рядом со мной.
— Спасибо, что спросили.
 Всегда вежлива.
Мой взгляд скользит по ее лицу, и, когда она подходит ближе, я замечаю темные круги под ее глазами.
 Что-то не так.
— Отдохни немного в эти выходные, — говорю я. Двери лифта открываются, и я жду, когда она войдет, прежде чем войти за ней.
После того, как я нажимаю кнопку этажа вестибюля и отступаю назад, наши руки случайно соприкасаются. Я не чувствую необходимости мгновенно увеличить дистанцию между нами, но Киара быстро отходит в сторону.
— Простите, — извиняется она, хотя это не ее вина.
— Все в порядке, — бормочу я. Глядя на нее, я вижу, что она крепко обхватила себя руками за талию, ее плечи ссутулены, как будто она пытается стать меньше.
Желание защитить переполняет мою грудь, и впервые в жизни я чувствую потребность обнять другого человека.
Я засовываю руки в карманы, чтобы удержаться от того, чтобы потянуться к ней.
Когда двери открываются, Киара практически выбегает, осторожно обходя меня. Направляясь к выходу, я открываю перед ней дверь и следую за ней на улицу.
— Все в порядке? — Спрашиваю я, мои глаза изучают ее лицо.
Ее взгляд поднимается на меня, но это всего на мгновение, прежде чем она смотрит в сторону автобусной остановки.
— Да. Хороших выходных, сэр, — говорит она с эмоцией, которую я не могу определить, напрягая ее голос.
— Тебе тоже. —Я смотрю, как она идет к автобусной остановке и присоединяется к уже ожидающей ее группе собравшихся.
Качая головой, я возвращаюсь в здание и поднимаюсь на третий этаж, где происходит отмывание денег.
Когда я вхожу в офис, Уилл уже здесь, проверяет, все ли идет гладко.
— Сообщи мне.
Он подходит к Чарльзу сзади и указывает на экран компьютера.
— Мы обрабатываем четверть средств в качестве оплаты услуг, а остальное – за продажу недвижимости.
— Когда средства вернутся на счет Луки?
— Как обычно, через сорок дней, чтобы они не появились в том же календарном месяце.
— Хорошо.
Достав телефон, я отправляю Луке сообщение, информирующее его о происходящем.
— Я говорил с Джимми, — говорю я Уиллу.
— О да, что он сказал?
— Его информатор, Тони, говорит, что сицилийцы – это группа из двадцати-тридцати человек.
Уилл разражается лающим смехом, скрещивая руки на груди.
— Какого хрена они думают, что добьются успеха с двадцатью-тридцатью людьми?
— Верно? —Я усмехаюсь, качая головой. — Чертовски глупо.
— Может ли Джимми выяснить, кто главный ублюдок?
Я киваю.
— Он этим занимается.
— Хорошо.
Подходя ближе к столу Чарльза, я говорю:
— Не превышай суммы в двадцать пять тысяч.
— Да, босс.
Я провожу еще тридцать минут, проверяя, правильно ли обрабатываются все остальные платежи, прежде чем снова переключаю свое внимание на Уилла.
— Я только возьму свой пиджак, а потом мы сможем отправиться на главный склад.
— Я подожду в машине.
Возвращаясь на административный этаж, я возвращаюсь мыслями к сицилийской проблеме. Мне просто нужно выяснить, кто новый лидер и где они скрываются, а затем стереть ублюдков с лица планеты раз и навсегда.
Глава 16
КИАРА
Как только приближается автобус, начинает звонить мой телефон. Вытаскивая устройство из сумки, я отвечаю:
— Алло.
— Где ты, блять? — На линии раздается голос Финна.
Мгновенно мои мышцы напрягаются, а сердце начинает бешено биться.
— Я направляюсь домой.
 Почему ты вообще ему отвечаешь?
— Клянусь, я прикончу твою мать в течение следующего часа, если ты не тащишь свою задницу обратно в офис. У тебя есть десять минут.
 
Звонок обрывается, а его слова все еще вызывают во мне дрожь. Разворачиваясь, я начинаю бежать, мое дыхание уже срывается с губ. Я врываюсь в здание и несколько раз нажимаю кнопку лифта. По пути наверх я кладу руку на живот, только тогда думая о том, что произойдет, когда я переступлю порог кабинета Финна.
Все ушли, и охрана ни за что не услышит меня внизу, в вестибюле.
Закрывая глаза, сильный ужас заполняет каждый дюйм меня.
 Убей его, если придется, Киара. Это будет самооборона, и даже если это не так, лучше сесть в тюрьму, чем быть изнасилованной и жить так вечно.
Выйдя из лифта, я быстро обегаю стол Девона и, положив сумку, достаю из ящика нож для вскрытия писем. Я засовываю его сзади в штаны, затем медленно иду по коридору.
 Защити себя. Сражайся, если придется. 
Дрожащей рукой я открываю дверь. Я не в состоянии мыслить здраво, дыхание срывается с моих губ, а мое сердце – не более чем шепот.
Я в ужасе смотрю на Финна, который торжествующе ухмыляется, прислонившись к своему столу.
— Войди и закрой дверь.
Мои ноги налились свинцом, когда я захожу внутрь и закрываю за собой дверь. Мой язык высовывается, чтобы смочить пересохшие губы.
— Это должно прекратиться. — Мой голос звучит слабо, мой страх дрожит в каждом слове.
Финн издает садистский смешок, отталкиваясь от стола, медленно приближаясь ко мне.
Мои пальцы сгибаются, желание схватиться за нож для вскрытия писем захлестывает меня.
— Это должно прекратиться, — насмехается он надо мной, затем, качая головой, говорит. — Это прекратится, когда я скажу. — Подняв руку, он указывает на меня. — Пора посмотреть, что ты прячешь под этой одеждой. Раздевайся.
— Нет. — Медленно я завожу руку за спину и берусь за ручку ножа для вскрытия писем. Я вытаскиваю оружие, затем замираю. — Ты закончил меня мучить.
Финн поднимает брови, его ухмылка становится шире, затем он бросается вперед. Даже при том, что я ожидала этого, крик все равно вырывается у меня, когда он хватает меня. Меня отбрасывает в сторону, я падаю на диван, в то время как нож для вскрытия писем выскальзывает из моей руки и катится по полу.
 Черт. Черт. Черт.
— Ты, блять, издеваешься надо мной? — Финн смеется.
 Шевелись, Киара!
Я быстро ползу за ним, но удар в бок отбрасывает меня. Дыхание вырывается из легких, жгучая боль охватывает живот и грудь.
 О, Боже.
 Дыши.
 Двигайся!
Не сдаваясь, я тянусь, чтобы дотянуться до своего оружия, но вес Финна наваливается на меня. Перевернувшись на спину, я дико бью его изо всех сил, что у меня есть.
От удара в левую часть лица моя голова откидывается в сторону. Перед глазами пляшут пятна, огонь распространяется по челюсти, глаза мгновенно наполняются слезами. Из-за звона в ушах я не могу слышать ничего другого.
Финн хватает меня за руки, и когда он начинает обматывать ремень вокруг моих запястий, мои бедра приподнимаются, чтобы сбросить его с себя.
— Нет! — Я кричу, единственное слово звучит с ужасом.
— Ты только делаешь меня тверже, сопротивляясь, — смеется Финн, как будто это забавно.
Как будто самый ужасный момент в моей жизни развлекает его.
Все мои усилия заставляют его отказаться от попытки связать мои запястья вместе, и вместо этого он хватает мою блузку, разрывая ее спереди.
Яростный и испуганный всхлип вырывается у меня, затем он хватает меня за грудь. Когда он наклоняется ближе, я толкаюсь и бью его по плечам, шее и лицу.
Единственное предупреждение, которое я получаю, – это рычание, затем сильная боль парализует мой разум от его удара в лицо. Мир становится черным, и мои силы мгновенно иссякают. То приходя в сознание, то теряя его, я чувствую, как Финн срывает с меня одежду. Душный воздух лижет мою кожу, затем его сменяет ощущение его губ и зубов.