И аз создам! (СИ)

Давящийся от сдерживаемо смеха, то ли Санька - то ли Ванька, проясняет ситуацию:
- В «роте условных танков условного противника» имеются два специальных - инженерно-сапёрных танка, перевозящих разборный мост общей длинной девять метров.
В это время на КНП послышался рёв моторов и отчётливый лязг стальных гусениц.
Шапошников подозрительно посмотрел на нас с то ли Санькой - то ли Ванькой:
- «Фанерные макеты на шасси мототелег», говорите?
Прямо ему в глаза, голубея взглядом, лопочу:
- Должно быть акустическо-звуковой эффект такой, товарищ командарм. Вроде трещоток вместо пулемётных очередей… Накидали, поди, железяк в пустую железную бочку и теперь катают её туды-сюды, кулибины доморощённые.
Другие объяснения на ум не приходили, поэтому Борису Михайловичу пришлось удовольствоваться этими.
Ещё несколько минут и с КНП стали отчётливо видны блёкло-серенькие коробочки танков и жмущиеся к ним фигурки пехотинцев.
Вдруг Шапошников протянув руку:
- А ну-ка покажите мне ещё раз ваш рисунок товарищ посредник.
Рассмотрев ещё раз внимательно схему укрепрайона, он со злорадством тыкая пальцем:
- Вот здесь на опушке в кустиках - у меня расположен «Зверобой», не отмеченный на вашем «художестве». Ваша танковая атака - как раз подкатывается ему под фланкирующий огонь.
Василевский флегматично дал вводную:
- Минус три танка.
Сморщившись сперва как от кислого, то ли Санька - то ли Ванька, ему в ответ:
- В атакующей ваши позиции танковой роте, товарищ комкор, имеются два «строевых танка» или иначе – самоходных 82-мм орудий, так что…
- …Противотанковое орудие уничтожено, - закончил за него Василевский.
Один из находившихся здесь командиров «Красных», обращаясь к командиру Пролетарской дивизии:
- Кстати, на этом рисунке хорошо виден наш Командно-наблюдательный пункт…
Тот, поняв с полуслова:
- Товарищи! Всем перейти на запасной КНП!
И осадив меня строгим взглядом:
- Всем, кроме гражданских. Мест для «зрителей» там нет.
Ну, что ж… Досмотрим это «представление» со стороны.
***
Подойдя к селу с двух сторон, «синие» с минимальными потерями захватили обоз, позиции дивизионной артиллерии и взяли обороняющихся «красных» в «клещи». Наконец, уже ближе к вечеру после отдыха, подготовки и перегруппировки, они приступили к штурму хорошо укреплённого населённого пункта.
В каждой штурмовой группе был взвод пехоты с парой штатных пулемётов, отделение сапёров, 82-мм «Гвоздика», 47-мм «Зверобой»… Впрочем, здесь вариации могли быть самые разные.
И наконец, решающий аргумент - два-три танка.
Не сказать, чтобы бойцы Пролетарской дивизии - не умели бороться с танками, или попусту их боялись…
С моей лёгкой руки, в каждой её роте имелась прошедшая на специальном полигоне «обкатку» тракторами группа истребителей танков и все без исключения бойцы прошли специальный инструктаж с просмотров учебных фильмов киностудии «Красная Русь – Межрабпом». Не говоря уже про то, что многие бойцы читали книгу Артура Сталка «Горячий дождь» и все без исключения смотрели снятый по ней фильм режиссёра Владимира Маяковского.
Рисунок 114. Граната системы генерал-майора И. И. Заславского обр. 1915 г.
Медсестру там играла Лилия Брик и когда она в финале фильма застрелилась после ранения в живот - навзрыд рыдали даже ветераны двух последних войн, видевшие вживую своими глазами или даже сами умевшие развалить живого человека надвое одним ударом шашки…
Имелись и штатные противотанковые средства – противотанковые гранаты перезапиленные с гранаты ударного действия Заславского, подрывные заряды и бутылки с зажигательной смесью…
Так что такая болезнь как «танкобоязнь» отныне - была исключена в Красной Армии, как оспа после прививки.
Но пехотное прикрытие, не давало истребителям танков «синих» подойти на гранатный бросок!
 
Только кто высунется, как тут же ему кричат:
- Мы тебя видим, пиф-паф – ты условно убит!
- А я вот в вас счас гранатой кину!
- Мёртвые не кидаются, «красный».
Посредники меж собой вновь перелаялись как торговки на Привозе, но как ни натягивай сову на глобус – больше двух танков пролетарцам «сжечь» не удалось.
В то же время танки, своим условным огнём подавляли огневые точки и позволяли артиллеристам подкатить орудие на прямой выстрел, а сапёрам подползти к обороняемым объектам со всем своим «хозяйством». После расстрела в упор или подрыва здания (иногда всё вместе) пехота штурмовых групп производила зачистку…
Вот здесь то и начался форменный бардак!
С обеих сторон были люди молодые и горячие и, страсть как не любящие проигрывать. И, вскоре штурм села свёлся к форменному обоюдному мордобою.
И вот здесь у ульяновцев имелись серьёзные преимущества:
Во-первых, в виде поддержки местного населения - у которого ещё со вчерашнего вечер, шибко чесались руки начистить москвичам рожи за свои потоптанные огороды и испорченных девок.
А во-вторых, в виде поддержки «группы зачистки» - состоящей из бойцов Вагнера… Организация вообще-то - хозрасчётно-коммерческая, но в связи с государственными интересами – вполне официально мобилизованная через военкомат «на войнушку». В отличие от двадцатилетних юнцов с обоих сторон – там мужики бывалые, чаще всего уже вдоволь повоевавшие и, дополнительно тёртые и битые-перебитые особенностями своей повседневной службы. И соответствующим образом обученные по программе «Городской боец».
Тем бывало, стоило лишь рявкнуть - как «сопляки» начинали выпрыгивать из окон и, «линять» куда подальше по добру, по здорову.
Напрасно командиры обоих сторон и всех уровней, бегали вокруг самозабвенно дерущихся бойцов – пытаясь разнять их, кричали и даже стреляли в воздух из табельных ижевских пистолетов… Пока половина пролетарцев не улеглась пластом, а другая половина позабыв про свои мототелеги, не бежала без оглядки туда откуда явилась - побоище не прекратилось.
Потом ещё всю ночь бойцы Ульяновского полка «Имени героев Революции» и местные ополченцы шарили по погребам в поисках оккупантов и, перебили при этом очень много горшков со сметаной и съели немало спрятанного там сала.
Полный разгром!
***
Одним из первых, был блокирован, а затем захвачен «синими» запасной командно-наблюдательный пункт (КНП) «красных».
К недостроенному блиндажу на северо-западной окраине Какино - с кое-как забросанном землёй перекрытием в один накат и с траншеей по колено, подползли лязгая траками гусениц и завывая моторами три серо-грязные коробки – «самец» и две «самки» и, угрожающе навели стволы пушек и пулемётов на вход и амбразуры.
Подползшие пехотинцы штурмовой группы крикнули:
- Сами вылезете, али гранату кинуть? У нас ведь и настоящие имеются, не подумайте!
- Канистру бензина нальём через крышу да подожжём!
- «Рысь» наедет на блиндаж, развернётся пару раз – от вас и мокрого места не останется!
От таких «блестящих» перспектив, многим на КНП реально поплохело до зеленоватого оттенка кожных покровов - больше приличтвующей рептилоидам с далёкой планеты, чем командирам доблестной РККА…
То ли Санька, то ли Ванька улыбнувшись, постарались приободрить Шапошникова и его команду:
- Это они так шутят, не берите в голову! За что после учений получат хорошенькую вздрючку от меня лично, не говоря уже про товарища Яшу.
Василевский, стараясь не смотреть подавленному морально командиру «красных» в глаза:
- На учениях признать поражение и условно сдаться в плен в безвыходном положении, не считается чем-то постыдным. И не забывайте слова Ленина, Борис Михайлович: «Разбитые армии хорошо учатся».
- Спасибо, «научили», - пробурчал тот, - вот только руки поднимать или белой тряпкой размахивать – вы меня не заставите.