И аз создам! (СИ)
Статьи напечатанные в губернских газетах, стали перепечатывать в центральных - подспудно подводя среднего гражданина к мысли: государство «своё» всегда возьмёт – но возьмёт уже из твоего кармана, а не из загашника должника. И «разум возмущённый» каждого сознательного гражданина, вскипал как тульский самовар на каменноугольном коксе:
- Он взял деньги и может быть - пропил с бабами по кабакам, а я теперь отдавай за него?! ШАЛИШЬ, БРАТ!!!
Последовали весьма многочисленные, «слезливые» письма кооператоров и прочих - разорившихся от невыплаты по кредитам, не могущие не вызвать сочувствия у «широких масс». Наиболее активные читатели открыто спрашивали:
- Что за буза, товарищи? Доколе будет продолжаться этот бардак в стране? Мы для того разве кровь вёдрами на колчаковских фронтах проливали – чтоб безучастными терпилами наблюдать и терпеть безучастно, как её с нас новые эксплуататоры - цистернами пьют?!
- Это что за дела творятся, граждане дорогие? Почему мы – победившие Колчака, Деникина, Юденича и «двунадцать языков» интервентов – не можем победить новых эксплуататоров-должников?!
Роковое слово было сказано!
Кондрат Конофальский уже до того насобачился в марксизме, что в целой серии своих публикаций идейно обогатил его собственной теорией о «возрастании классовой борьбы во время построения социализма в отдельно взятой стране». Об возникновении в ней новых эксплуататорских классов – разжигающих классовую ненависть и обостряющих классовую борьбу.
И это были вовсе не нэпманы или кулаки, в целом!
- …И имя ему – «злостный должник»! Советское государство и народное правительство, давая денежные кредиты всем желающим - предоставило всевозможные благоприятные условия для труженика, - вещал Брат-Кондрат с газетных полос, - но отдельные несознательные граждане, вместо того чтобы честно трудиться - присосались паразитами к народному хозяйству и пьют с него кровь. Предлагаю объявить злостных должников по кредитам новым эксплуататорским классом и вести с ним решительную войну на полное уничтожение: МЫ ИЛИ ОНИ!!!
Здесь мы с ним довольно сильно «разругались» - я играл роль «доброго следователя», он – «злого» (или наоборот, в зависимости от обстоятельств), но нарочитый «срач» - только подогрел интерес к теме, газеты просто выхватывали с рук и, подключив к ней довольно высокопоставленных идеологов большевизма.
Абсурд был как говорится - на лицо и, конечно последние разнесли «в пух и прах» обоих теоретиков - как «Товарища Чё» (Брата-Кондрата то есть), так и меня - пишущего в этот раз под ником «Бред Пить». В журнале «Большевик», мы с ним поочерёдно раскаянно повинились перед «старшими» товарищами - знавшими Маркса и Энгельса чуть ли не лично, признали свою неправоту - перед ветеранами борьбы с самодержавием…
Но, осадочек то остался!
В смысле: общественное мнение, хоть и самую малость, чуть-чуть – но в очередной раз изменилось в нужную мне сторону.
Наконец, в Нижнем Новгороде по инициативе «снизу» собрался симпозиум (по известной причине «съездом» назвать не решился) руководителей банковско-кредитных учреждений среднего уровня центральной России и некоторых регионов. После трёхдневной говорильни и довольно грандиозного шествия по улицам с плакатами и лозунгами, была выбрана «контактная группа» - среди которой затесался и я, которая поехала в Москву на встречу с руководством страны.
Делегаты-финансисты провели переговоры со многими советскими высшими партийными и хозяйственными деятелями. Чаше всего, конечно с Наркомом финансов СССР и творцом денежной реформы Григорием Яковлевичем Сокольниковым (настоящее имя Гирш Яковлевич Бриллиант). Кстати тоже, как и очень многие руководители пролетарского государства – он самого пролетарского из всех пролетарских, происхождения: его папа владел аптекой, а мама – дочь купца первой гильдии. Ну а так – пролетарий пролетарием: сухо-мозолистые руки привыкшие держать молот, вечно сутулая спина и чёрные круги под глазами – от навечно въевшейся каменноугольной пыли…
Бывал на этих встречах и переговорах и, хотя даже как-то разок толкнул кратко-информативную речь на злобу дня, но по большей части помалкивал - лишь внимательно слушая, что говорят другие. На мой взгляд, всё было уже предрешено – так чего попусту языком молоть?
На данном этапе мои и Советского правительства хотелки совпадают в своих главных чертах, а рутинные мелочи пусть обсасывают другие.
Так и случилось: под давлением общественности были изданы соответствующие правительственные постановления, внесены необходимые изменения в уголовный кодекс, в местные органы власти разосланы партийные директивы об «всемерном содействии» и, я (и не только я!) получил легальное обоснование по изъятию материальных ценностей в счёт погашения кредиторской задолженности.
***
Ещё одна – тайная причина, по которой следовало бы взяться за «злостных должников»…
После операции «Хулиганов нет», с этим явлением – по крайней мере в обеих столицах и центральных губерниях, за два прошедших года было покончено – если и не навсегда, конечно, то надолго. Комсомольцы – бойцы «ударных отрядов по борьбе с хулиганством», остались не у дел и заскучали. Тем более, время идёт – дети растут и, на место «старых» - приходит молодёжь, которая слушая рассказы о подвигах «ветеранов», рвётся в бой.
А «боя» то, всё нет и нет!
Иметь организованную, пусть и не вооружённую силу – находящуюся в бездействии, это – очень опасно. Детишки, маясь от безделья, способны и сами что-нибудь придумать такое-эдакое, что весьма может не понравиться «старшим товарищам» из Кремля. Те, могут не понять благородных порывов горячих молодых сердец и «всыпать» так, что…
Меньше всего партия большевиков напоминает чадолюбивого папашу, за прегрешения наказывающего неразумного отрока ремнём по заднице!
Та, больше напоминает Раскольникова: чуть, что не так – сразу топором по темечку.
Конечно, кое-какие меры предпринимаются.
Большую часть подросших борцов с хулиганами приняли «Ударные комсомольско-молодёжные строительные отряды» (УКМСО) – про которые я уже как-то рассказывал и ещё не раз расскажу.
Наиболее «воинственных» из уже взрослых бойцов «УКО» - забирает к себе «Полицейская академия», где им «через ноги» - жёсткой муштрой вдалбливается дисциплина. Получаются отличные сотрудники, которых уже начинают ценить, не только в «ВОХРе» и кооперативной «Спецухе» - но и в любых правоохранительных органах. Часть энергии оставшихся - растрачивается на борьбу с детской беспризорностью: облавами совместно с милицией, вылавливанием и определением недавних «союзников» в войне с хулиганством - в детские приюты, дома и воспитательно-трудовые колонии.
Мне удалось внушить Ефиму Анисимову всю серьёзность положения и, кроме всяких организационно-скучных мероприятий - типа политучёбы и политзанятий, он занимает своих бойцов спортом, популярной военно-прикладной игрой «Зарница», походами – в том числе «по местам боевой славы»…
Однако, этого мало!
Молодёжь, точнее: наиболее активная часть молодёжи (а в «УКО» - других просто по определению быть не может), требует настоящего – большого(!) дела. Чтоб, можно было потом детям и внукам рассказать.
Поэтому, Ефим и другие ребята просто обрадовались, когда я им изложил свой план, завершив его в духе эпохи весьма пафосно:
- Товарищи комсомольцы! Мы избавили страну от такого позорного пережитка проклятого прошлого, как хулиганство. Теперь мы должны помочь скинуть с шеи народа новых кровососов - злостных должников!
Те, только руки – соскучившиеся по бейсбольным битам, потирали:
- Ну, наконец-то настоящее дело, Серафим!
Прежде просто Вася Пупкин - а ныне, присно и во веки веков - Василий Васильевич Путин, не зря был приглашён мной на это совещание руководителей командиров «Ударных комсомольских отрядов» со всей губернии: