Сердце для падшего Ангела (СИ)
— Вчера впервые… — ну не совсем правда, но тот первый раз не в счёт.
— Даже так? И что, она лучше?
— Кто, она? — Господи, да что же я туплю на ровном месте то?
— Вот блять! Только не говори, что он?! — Машка таращит на меня глаза. — Пиздец! Егор что ли до тебя добрался?
— Нет. Маш, ну что ты несёшь, — чувствую, как непроизвольно краснею.
А она вдруг подходит ближе и прислоняется лицом к моему свитеру. Я стою не шевелясь, как обледеневшая статуя, и не могу понять, что вообще происходит.
Поднимает лицо и смотрит на меня с грустью.
— Это ведь ОН? — голос у неё дрожит.
— Маш, я не понимаю…
— Он и до тебя добрался… — гладит меня ладошкой по плечу.
Смотрю на неё с ужасом, осознавая, что она каким-то непонятным мне способом, догадалась.
— Ломаешь голову, как я догадалась? — заглядывает мне в глаза и притрагивается к холодной щеке. — Миль, у тебя на лице все твои «охренеть откуда она знает» заглавными буквами написаны.
Молчу, потому что сказать мне просто нечего, даю ей возможность самой закончить этот странный и неприятный мне разговор.
— Я просто вспомнила этот запах, Он всегда так пах, а теперь так пахнешь Ты. Вот только не потому, что украдкой пользовался его туалетной водой. Ты просто был с ним. Так пахнут, когда аромат остаётся от кого-то — слабый, но ощутимый.
Закрываю глаза и прислоняюсь спиной к ледяной стене. И пофиг, что холодно, меня трясёт уже совсем по другой причине.
Мальвина убирает руку и отходит на несколько шагов, слышу как скрипит колючий снег у неё под кедами.
— Знаешь Миль, я вовсе не обижаюсь на тебя. Мне тебя жаль…
Её шаги всё отдаляются, а я никак не отлипну от холодной поверхности.
====== Май : Снег. ======
Хоть убейте меня, но я был счастлив. Даже когда это мелкое чудовище чуть не втянуло нас в аварию, увлечённо шаря своим языком у меня во рту.
Впервые за долгое время, всю дорогу до офиса я улыбался. Мне казалось, что я смогу работать за троих и это, несмотря на то, что большую часть ночи я далеко не спал.
Губы саднило от бесконечных поцелуев, а внутри разрастался тёплый комок нежности, которой я ещё ни разу ни к кому не испытывал, даже к Майе.
Вспоминая всё, я начинаю осознавать, что слова, которые я произнёс этой ночью, были не результатом эйфории от перевозбуждения, они были искренними.
* * *
Майя заявилась ко мне в офис ближе к обеду. Уже успевшая сменить вчерашний костюм на узкие джинсы и белый кашемировый свитер. Судя по слегка покрасневшим глазам — вечеринка удалась, и спать ей вряд ли пришлось.
— А ты всё трудишься? — лёгкие шаги по ковру, и её попка уже на краю моего стола, а её обладательницу явно мало беспокоит то, что она почти закрыла мне обзор на монитор.
— Как видишь. Привет.
— Привет, — наклоняется и целует меня в губы, мимолётно проходясь языком по верхней. — Может ну её эту работу? Как насчёт перерыва?
— А ты я вижу ещё не растратила все силы? — улыбаюсь, откидываясь на спинку кресла.
— Ну Май, ты же знаешь, с тобой мало кто сравнится.
— Мало кто?
— Ладно, никто с тобой не сравнится, — придвигается ещё ближе, почти нависая надо мной. — Так что насчёт перерыва?
— Не могу.
— Хм… Уверен?
— Да. Вполне. И ещё… Нам надо поговорить, — раз уже и так помешала, можно использовать время с пользой.
— Ты меня пугаешь? Что-то случилось? — накручивает на палец длинный локон.
— Пока ничего.
— Ну что же, — встаёт и заходит мне за спину, нежно касаясь пальцами шеи. — Говори.
— У меня появилась девушка, — буквально несколько часов назад я пришёл к мысли, что идея с девушкой может подойти.
— И? — чувствую, как обхватывает губами мочку моего уха.
— Я думаю нам с тобой нужно на время прекратить…
— Прекратить что? — её губы уже на шее, и меня пробирает дрожь.
— Наши отношения.
Губы исчезают и за моей спиной, только гнетущая тишина, даже дыхания не слышно.
— Ты рехнулся? С каких это пор твои девушки и мои парни начали мешать нашим отношениям? — обходит кресло и, скрестив руки на груди, упирается бёдрами в стол.
— Май, это не может продолжаться вечно.
— Почему?
— Потому что, когда-то нам нужно начать личную жизнь, каждому свою.
— Вот как значит… И ты пришёл к этому потрясающему решению всего лишь за одну ночь?
— Нет.
— Нет? Ещё вчера вечером твоя девушка никак не мешала тому, что ты трахал меня в собственной кровати. Что же изменилось?
— Когда-то же нужно было что-то менять. Почему не сейчас?
— А почему сейчас? Почему не завтра или через неделю? Почему именно сегодня?
— Май, ну что ты как маленькая, — устало распускаю узел галстука.
— Нет, мой дорогой братик, это ты как маленький. Я хочу знать причину такого дикого решения?
— Дикого? Майя, дикость — это то, что мы с тобой делаем!
— Ахуеть! Значит столько лет тебя это не волновало и не мешало иметь меня где только можно и как можно, а тут вдруг дикость? Постой… — она округлила глаза и тихо добавила. — Отец узнал?
— Боже… Нет конечно. Иначе я бы наверное тут уже не сидел.
— Тогда, блять, что?! И всякую чушь, про вдруг появившуюся за ночь девушку, мне тут не нужно втирать!
— Не кричи, пожалуйста.
— Да мне похуй! Ты меня знаешь. Я могу сейчас выйти и на весь этот долбаный офис орать, что трахаюсь с собственным братом!
— Майя!!! — отталкиваюсь от кресла и нависаю над ней. — Прекрати сейчас же. Я тебе ясно сказал, пора это заканчивать. Значит — мы это закончим.
— Это?..А ещё вчера говорил, что любишь, — глаза у неё начинают подозрительно блестеть.
— Я и сегодня люблю тебя и буду любить до конца жизни. Ты же моя сестра, ты моя половина.
— Я тебя не отпущу. Слышишь? Никогда!
— Май…это не правильно.
— Пошёл к чёрту со своими правильно — неправильно. Для меня правильно то, что у меня внутри. А там ты! И ни одна девушка не заберёт у меня то, что принадлежит мне! — отталкивает меня ладонями и быстрыми шагами пересекает комнату.
Останавливается у самой двери и, уже взявшись за дверную ручку, почти спокойно произносит:
— Ты мой! И это на всю жизнь.
* * *
Наблюдаю из салона автомобиля за его фигурой, бегущей по двору школы. Спешит, собирая на волосы хлопья снега. Ещё утром сыпалась непонятная пыльца, а сейчас как будто небольшие куски ваты. Как всегда без шапки, да и куртка расстёгнута, куда так торопился?
— Привет! — плюхается на сидение рядом, стряхивая снежинки прямо на мягкую обивку.
— Привет… — не успеваю больше ничего добавить.
Тянет меня за воротник пальто и касается своими холодными губами моих. Пахнет клубничной жвачкой и сигаретами, явно пытался скрыть, что курил. Обхватываю его за талию и почти перетягиваю себе на колени. Урчит мне в губы, начиная расстёгивать пуговицы на моём пальто. И пока я раздумываю, остановить, или не стоит, пробирается прохладными пальцами под пиджак, тянет на себя края рубашки.
— Эй… Потише…
— Зачем? — слегка отстраняется и довольно смотрит мне в глаза.
— Затем, что мы у школьных ворот. А если одноклассники? А если директор? Бедный старичок не выдержит такого представления прямо у порога своего заведения.
— Хочу тебя…
Так просто, только два слова, а мне уже плевать и на директора и на всех остальных. Кажется я теряю последние остатки разума, когда он рядом.
— Малыш… Что же ты делаешь? — его пальцы всё-таки заползли мне под рубашку, и теперь он легонько водит ими по животу.
— Нельзя? — кусает меня за скулу и трётся холодным носом, залезая под воротник и вызывая мурашки.
Вместо ответа начинаю стягивать с него куртку, одновременно отодвигая сидение назад. Сейчас существуем только мы и похеру все остальные. Пальцы Эмиля путаются в галстуке, и я помогаю ему стянуть эту мешающую сейчас деталь, откидывая в сторону. Его свитер тоже летит куда-то на задние сидения. Места катастрофически мало, и я просто расстёгиваю свои брюки и его джинсы, обхватывая ладонью наши члены. Ёрзает у меня на коленях, пытаясь устроится поудобнее, а я начинаю двигать рукой. Быстро рывками, делая грубые движения, но сейчас не время для нежностей. Эмиль тоже спешит, двигает бёдрами, обнимает меня за шею, хрипло дышит рядом с ухом. Чувствую, как начинает подрагивать его тело, и ловлю его губы, кусаю, наверное больно, но сейчас именно так и надо.