Девочка, которая слышала демонов (ЛП)

Мои внутренности безнадежно скрутились в узлы. Я хотела помочь Леви, но вместо этого сделала только хуже.
— Может быть, это заговорил один из демонов парней. У них они тоже были.
— Ты так не думаешь. Если бы ты знала, ты бы не сказала мне переехать, — Леви покачал головой, его губы сжались в жесткую линию. — Я не могу в это поверить. Почему ты пытаешься повесить убийство на моего отца?
— Я не пытаюсь. Ты настоял, чтобы я рассказала тебе то, что я слышала, — я обхватила себя руками, чтобы унять дрожь. — Может быть, демоны лгали. Они могли догадаться, что я подслушивала…
— Нет никаких демонов, — голос Леви был резким. — Ты слышишь своё собственное мнение, и я начинаю думать, что ты точно знаешь, что делаешь.
Мой взгляд метнулся к нему.
— Что?
— Мой отец не хочет, чтобы мы встречались, поэтому ты решила сделать из него убийцу, — он снова покачал головой, глядя на меня так, словно больше не знал, кто я такая. — Ты изучала эти преступления, не так ли? — на его лице промелькнуло недоверие. — Ты спланировала это обвинение.
— Нет.
Моё сердце упало. Я попросила Леви поверить слишком во многое, и это настроило его против меня. Я противопоставила своё слово характеру его отца. Как я могла быть такой глупой? Я должна была догадаться, что ничего не надо говорить.
Он провёл рукой по волосам.
— Что на самом деле произошло в Нью-Мексико? Тебя преследовали, потому что ты отличалась от других, или ты пыталась контролировать всех, создавая маленькие грязные секреты о них?
Слова задели меня так сильно, что я не могла говорить. Я просто уставилась на него с открытым ртом.
— Я больше не собираюсь это слушать, — сказал он. — С меня хватит.
Я знала, что он имел в виду, что он покончил со мной.
Он указал на лестницу.
— Давай. Я должен отвезти тебя домой.
— Не беспокойся.
Я не хотела больше проводить с ним время, особенно после того, как он обвинил меня в том, что я выдумываю истории, чтобы контролировать людей.
— Я позвоню тёте.
Он не уходил. Очевидно, он раздумывал, стоит ли спорить со мной и по этому поводу.
Я вытащила свой телефон из кармана, набрала номер тёти и приложила телефон к уху. Я не собиралась принимать от него одолжение. Я бы предпочла пройти пять миль пешком до дома.
Звонок перешел прямо на голосовую почту моей тёти.
— Привет, — я заставила себя говорить так, как будто обращалась к ней. — Ты можешь забрать меня из школы? Мне пришлось остаться после уроков.
Я говорила под её собственное послание, призывающее людей оставлять своё имя и номер телефона. Пять миль — не так уж далеко. Я могла бы пройти их за полтора часа и оказаться дома до того, как тётя Шерил вернётся с работы.
Она никогда не узнает, что я получила наказание или поругалась с Леви.
— Спасибо, — сказала я во время звукового сигнала и закончила разговор.
— Хорошо, — сказал Леви, хотя я с ним не разговаривала. — Тогда увидимся позже.
Он повернулся и зашагал вниз по школьной лестнице, даже не взглянув на меня.
Я стояла на верхней ступеньке, крепко скрестив руки на груди, и ждала, когда его машина выедет со стоянки. Когда это произошло, я отправилась в долгий путь домой.
ГЛАВА 24
Леви
Я поехал домой, крепко сжимая руль. Как я мог так неправильно истолковать Адель? Я думал, что её неправильно понимали, что она была какой-то бессознательно гениальной девушкой. Но это было не так. Она была какой-то мошенницей. Должно была быть. Иначе зачем бы ей говорить, что мой отец был убийцей?
Он не был. Сама идея была нелепой. Что она пыталась доказать?
Я стиснул зубы. Должно быть, она думала, что я поверю во что угодно. Вероятно, именно так она провела свою аферу — она проверила ситуацию, чтобы увидеть, кто ей поверил, затем она манипулировала своей жертвой и добивалась от них всего, чего хотела. Эти невинные карие глаза, вероятно, притягивали парней.
И я был её последней целью.
Я въехал в свой район, свернул на свою улицу и нажал кнопку открывания гаражных ворот. Когда я подъехал, я не мог не уставиться на то место, где папа всегда парковал свой BMW.
 
Он беспокоился о том, что его машина прослушивается. Конечно. Конечно. Вероятно, именно там он планировал — вслух — все свои убийства.
Я вошёл в кухню, мои мысли застряли на разговоре, который папа имел с теми парнями за пределами школы — Шоном Мейнардом и Ноланом Валенсуэлой. Их слова не имели смысла. Зачем Виктору, кем бы он ни был, ломать им ноги из-за того, что отец задолжал ему денег?
Может быть, я что-то не так понял или неправильно запомнил разговор.
Этому должно было быть логическое объяснение. Насколько я знал, Мейнард и Валенсуэла изменили свою жизнь и нуждались в деньгах, чтобы начать программу обучения для подростков из группы риска. Вся эта история с Виктором, ломающим ноги, вероятно, это была гипербола. Это была вина Адель, что я продолжал придумывать зловещие причины для их слов.
Я сел делать домашнее задание, открыл «Отелло» по английскому языку и уставился на страницы вместо того, чтобы читать их. Адель сказала, что мой отец беспокоился о том, что люди узнают, что было на его компьютере, и услышат, что он говорил в своей машине. Я не мог взломать его компьютер, но я мог доказать, что другое утверждение не соответствует действительности. Я мог бы прослушивать его машину. Такого рода оборудование было доступно в Интернете.
Мне потребовалось полминуты, чтобы найти сайт, где продавались подслушивающие устройства, и ещё десять, чтобы понять, что мне нужно. Я уставился на экран своего телефона, не в силах заставить себя сделать заказ.
Это было глупо. Хорошо, у моего отца, очевидно, были проблемы с деньгами. Такое иногда случалось с взрослыми. Может быть, он даже занял не у того человека и оказался в затруднительном положении. Но он не был убийцей. Он не имел никакого отношения к смерти Купера и Рида. Мне не нужны были доказательства этого. Я знал его. Конечно, у него были недостатки. Он был скор на суждения и никогда не позволял мне выиграть спор. Он также слишком заботился о деньгах и о том, что другие люди думают о нём.
Но он не стал бы делать ничего противозаконного — хотя бы по той причине, что его слишком заботило, что о нём думают другие люди. Было бы большой новостью, если бы директора средней школы Саутбрука арестовали. Кроме того, он дружил с шерифом. Это были неподходящие друзья, чтобы иметь их, если ты отправляешься на криминальные разборки. Половина людей в Саутбруке знали моего отца в лицо.
Адель ошибалась. Мне просто нужно было совсем забыть о ней.
ГЛАВА 25
Адель
К тому времени, как я добралась домой, я была измотана. Я и раньше проходила пять миль пешком, но никогда не тащила рюкзак или не носила туфли на плоской подошве. Я также никогда не делала этого, борясь со слезами. Я боялась, что если заплачу, кто-нибудь из школы проедет мимо и увидит меня. Было так же плохо, когда незнакомые люди замечали меня, думая, что что-то ужасно неправильно, и останавливались, чтобы предложить подвезти меня.
Я не хотела иметь дело ни с чем из этого.
Отперев дверь, я поплелась в свою комнату и бросила рюкзак на пол. Я была слишком зла, чтобы плакать сейчас. Я была зла на Леви за то, что он заставил меня рассказать ему о том, что я слышала, а потом обвинил меня, что я всё выдумала. Я злилась на жизнь за то, что она подарила мне несколько дней счастья, а потом отняла их у меня. И я злилась на себя за то, что доверила Леви свои секреты, когда знала лучше: раскрытие правды о демонах всегда возвращалось, чтобы укусить меня. Всегда.
Я подумала о том, чтобы позвонить своей матери и рассказать ей всё — что я узнала, что отец моего бывшего парня, который также был моим директором, был убийцей. Я хотела получить совет, хотела, чтобы кто-то сделал всю эту ситуацию лучше. Но она ничего не могла сделать, кроме как сказать мне, чтобы я возвращалась домой.